29/05
22/05
15/05
13/05
12/05
10/05
05/05
28/04
24/04
18/04
13/04
11/04
08/04
07/04
06/04
04/04
01/04
29/03
27/03
26/03
22/03
19/03
16/03
15/03
13/03
Архив материалов
 
Экономика террора
Стремление навеки избавиться от такого явления, как война, всегда было присуще человечеству. Вспомним хотя бы знаменитую «Комедию о Лисистрате». Но только в ХХ в. люди смогли сделать серьёзный шаг в этом направлении. Правда, как обычно, оказалось, что благими намерениями выстлана дорога если и не в ад, то уж точно в какой-то исторический тупик.

Целое направление в философии, начиная со времён Макса Штирнера и Фридриха Ницше, стремилось убедить людей в том, что насилие и агрессия суть неотделимые (хотя, понятное дело, не самые приятные) элементы человеческой натуры, и «полный запрет» на них приведёт лишь к тому, что они найдут себе какую-то иную сферу для проявления — а это, возможно, будет хуже всяких войн, в которых, по крайней мере, есть правила. Тем не менее, в ХХ в., после первой мировой войны, цивилизация была так напугана всем произошедшим, что победила точка зрения веривших в изначально добрую природу человека. Мол, если все государства и все люди доброй воли вместе выступят против войны, то её больше не будет никогда. С этого утверждения, собственно, началась история новейшего времени. И революция 1917 г. в России в этом смысле — лишь следствие (ведь одной из главных целей большевиков было совершить мировую революцию, которая якобы положит конец всем войнам в мире, ликвидировав их экономические причины).

Знаменитый пакт Бриана-Келлога, появившийся в 1928 г., прямым текстом запрещал использование войны в качестве средства разрешения международных споров. Точно такой же была и общая позиция Лиги Наций. Но история второй мировой войны показала, что хорошие и умные слова не влекут за собой ничего. Гитлер на все рассуждения европейских мудрецов о запрете войны просто наплевал. И если бы демократические государства Европы тупо соблюдали пакт Бриана-Келлога, Гитлер с ними, несомненно, разобрался бы весьма скоро.

После войны архитекторы ООН придумали другие, более хитрые решения. Теперь война уже не запрещалась «прямо вот так». Но основные принципы международного права, под которыми подписались все государства-участники ООН, сводились, в первую очередь, к мирному разрешению международных споров. То есть война «отметалась с порога», однако при этом не исчезала с исторической сцены совсем.

Прежде всего, неявно предполагалось, что возможна агрессия со стороны нарушителей нового мирового порядка. Естественно, такая агрессия заранее гневно осуждалась. Кроме того, предполагалось также, что на эту агрессию можно отвечать силовыми действиями — как пострадавшего от неё государства, так и всего международного сообщества. Таким образом, основополагающие документы ООН фактически признавали два справедливых вида войны: ответ государства на агрессию и действия международного сообщества против агрессора.

В результате после 1945 г. войны приобрели весьма своеобразный характер. Можно сказать, войн в классическом смысле было так мало, что их можно перечесть по пальцам одной руки. Навскидку могу назвать только арабо-израильские конфликты, китайско-вьетнамскую и ирано-иракскую войну. Всё остальное вполне проходит по графе «ответ на агрессию». Зато расцвели другие типы конфликтов: приграничный инцидент и внутренняя (»гражданская») война. Ну и, конечно, ожесточённое идеологическое противостояние плюс невидимые миру битвы спецслужб (»холодная война»).

Основой этой странной эпохи в международных отношениях была сложившаяся после 1945 г. биполярность мира. Два «вполне цивилизованных джентльмена» — один в смокинге, другой в сереньком костюмчике председателя обкома — противостояли друг другу на мировой арене, и конкуренции в этом деле не терпели. Ибо, помимо прочего, осуждение войны в документах ООН делало ещё одно важное дело — не позволяло возникнуть каким-нибудь «третьим игрокам», не входящим в блоки противостоящих цивилизаций. Такой трюк попытался осуществить Китай, но ему быстро показали его место — и в результате энергия китайцев ушла вовнутрь, что, кажется, весьма благотворно на них сказалось (последняя война Китая с Вьетнамом 1979 г. — кстати, совершенно классического типа, — дала Пекину обильную пищу для размышлений и для поисков «чего-то другого» взамен войны).

Мир тем временем сотрясали гражданские войны, внутренние и пограничные конфликты. Корея, Вьетнам, Афганистан… Припомним и «холодную войну». И вдруг советский блок рухнул — не выдержал напряжения. Мир немедленно обрёл «многополярный» характер, то есть, по сути дела, превратился в один большой сумасшедший дом (радоваться «многополярности», по-моему, могут только люди, упорно не желающие смотреть дальше своего носа). Один из жандармов исчез, и жители улицы, порядок на которой он худо-бедно поддерживал, тут же вообразили себя кто Наполеоном, кто Цезарем, кто Гагариным, а кто и королём картёжников…

Однако никто не отменял Хартию и Устав ООН. Которые, скажем прямо, создавались под биполярный мир. Более того, скажем совсем уж страшную правду: видимо, биполярность для современного мира является нормальным, естественным его состоянием.
Что же началось после устранения «советского полюса»? Вполне понятная в таких условиях вещь — стал «отрастать» новый полюс. Самое удивительное, что нынешним миром этот полюс воспринимается в качестве более естественного и понятного, чем советский. Я говорю о так называемом «исламском фундаментализме» (здесь можно было бы поспекулировать насчёт роли СССР, как «последнего удерживающего», на место которого пришло что-то уж совсем гнусное и страшное, но я этого делать не буду). Штука это совсем непростая… И нынешний успех исламистского террора связан именно с желанием человечества вычеркнуть из своего лексикона слово «война».

В самом начале 90-х гг. в качестве реакции на знаменитую статью Фукуямы в западной печати появилось несколько работ, которые обосновывали и развивали теорию «сверхновой» или «постмодернистской» войны. К стыду своему, их авторов я сейчас не помню. У меня, однако, есть некоторое оправдание такому пробелу в памяти: тогда все подобные публикации проходили по графе «явный и ярко выраженный бред сумасшедшего». Подобную классификацию им выдавали признанные в мире эксперты по внешней политике и обороне, так что оставалось лишь согласиться с мнением светил и забыть про «чушь и дичь».

Однако авторы «бредовых измышлений» писали, как сейчас помню, следующее. Итак, в новых условиях, когда коммунизм повержен, уже полностью исчезает почва для ведения войн в традиционном смысле. Воевать-то «за правду против лжи» (а других войн в нынешнем мире быть не может) уже не с кем — все государства стремятся к демократии! Но глубинные причины, которые приводят к конфликтам, сохраняются. Следовательно, войны просто изменят свой характер и превратятся в «сетевые», «распределённые», «серии точечных ударов» (примерно такие термины употребляли «сумасшедшие теоретики»). Не будет ни фронта, ни тыла в прямом смысле этих слов. Не будет объявления войны. Не потребуется мобилизации армий и всех прочих привычных атрибутов военных конфликтов, поскольку они запрещены международным правом. Все действия будут осуществляться небольшими группами специально подготовленных людей против крупных промышленных и иных объектов, а также против больших масс гражданского населения.

Рисовались такие картины: допустим, какая-нибудь Республика Нагония обиделась на какое-нибудь, скажем, Королевство Кенгуролэнд. Нагонская военная разведка активизирует в Кенгуролэнде давно подготовленную группу молодых террористов, которые взрывают, скажем, гидростанцию, оставив половину населения вражеского государства (с которым, тем не менее, сохраняются дипломатические и прочие отношения) без электричества. Ну, ещё в двух-трёх супермаркетах столицы распыляются ядовитые вещества. На сенсационные ужасы сбегаются журналисты, которые начинают их ещё больше нагнетать. Получен резонанс, трон короля зашатался… Потом нагонские политики аккуратно намекают, что могут помочь кенгуролэндцам решить проблемы — на таких-то и таких-то условиях… Те соглашаются — и всё, война закончена. По сути дела, она свелась к трём хорошо подготовленным ударам. Если сами террористы попали в руки властей, то доказать их связь с вражеской разведкой и властями невозможно: все они в один голос твердят, что принадлежат к какому-нибудь «Всемирному союзу летучих межгалактических мстителей им. Л.Д.Троцкого» или к террористической организации «Злые клоуны». Никаких других связей не прослеживается, а сами террористы, как показывает следствие, абсолютно честны, они всерьёз считают себя космическими троцкистами или злыми клоунами.

Следовательно, писали «политологические психи», должна появиться разветвлённая сеть террористических организаций, которые будут брать на себя всю чёрную работу по нанесению таких ударов. Конкретный прогноз теоретиков новой войны, однако, не оправдался. Они были убеждены, что в ближайшие годы будет формироваться сеть из левацких групп типа «Красных бригад», которые будут контролироваться и даже специально создаваться спецслужбами разных стран, тем более, что кадры для «красного террора» будут всегда — их нужно только соответствующим образом обработать и подготовить.

Но вышло совсем по-другому. Действительно, поначалу человечество, как ломоть хлеба на помойке, прямо-таки расцвело плесенью разнообразных левацких армий террористов. А уже к середине 90-х гг. волна «левизны» сошла на нет. Оказалось, что у неё есть серьёзный и опытный конкурент под названием «исламский фундаментализм».

В 1999 г. мне попалась книга Жиля Кепеля «Джихад: расцвет и закат исламизма», в которой автор доказывал примерно следующее: исламизм был специально выращен американцами для борьбы против СССР, и теперь, когда задача уничтожения коммунизма решена, его ждёт скорый и бесславный закат. Американцы просто перестанут его финансировать, и он свернётся, как осенний лист.
Сегодня очевидно, что Кепель оказался слишком большим оптимистом. Наличие «мирового подполья», а точнее, мощной транснациональной корпорации под названием «исламский фундаментализм» (далее, для краткости, ТНК «ИФ») оказалась весьма выгодно правящим элитам современного мира, и, похоже, этому монстру суждена долгая жизнь.

ТНК «ИФ» относится, скажем так, к сфере услуг. Причём таких услуг, которые запрещены международным правом. Например, умышленного нанесения одним государством ущерба другому государству. За это международное сообщество по головке не погладит. А если электростанцию, банк, школу или вокзал взорвали неведомые «исламские террористы» — то и спроса никакого. «Будем ловить». Таким образом, не нужно вести войну и «засылать диверсантов». Достаточно установить контакт с коммерческими представителями «ИФ», отсыпать им немного звонкой монеты — и вас обслужат по каталогу (подозреваю, что и каталоги такие существуют). А уж дальше ваше дело, как обыграть трагическое происшествие. Можно аккуратно намекнуть соседу, что надо уступать, «а то хуже будет». А можно просто молча потирать руки и радоваться чужой беде.

ТНК «ИФ» идеальна для воздействия на политиков и общественное мнение. Она успешно пользуется теми, у кого есть средства. Но сама по себе она была бы не столь эффективна, если бы не существовало другой, уже совершенно невидимой, профессиональной корпорации работников СМИ.

Следует понимать, что к концу ХХ в. СМИ в массе своей вышли из под контроля государств и начали жить своей собственной жизнью. Они, конечно, зависят от спонсоров и содержателей (что влияет на их политическую ориентацию), но, тем не менее, журналистский мир идеологически весьма однороден — это на 95% люди леволиберальных взглядов, у которых в голове царит стихийная смесь из Маркса и Хайека, и которые искренне убеждены в том, что экономический либерализм способствует процветанию социальных институтов. Но дело не в этом, а в том, что они представляют собой огромную «цеховую организацию», которая постоянно ищет сенсационную информацию. Ещё одной интересной особенностью следует считать относительно невысокую обеспеченность журналистов (к примеру, мало кто из них откажется от дополнительного гонорара за заказную статью). Даже так: журналист получает достаточные суммы для того, чтобы вести умеренно-безбедную жизнь. Но он вращается в кругах, которые задают иной жизненный стандарт, и стремится улучшать своё положение.

В результате покупка отдельных представителей прессы для ТНК «ИФ» обходится в копейки. А учитывая наличие в её рядах хорошо подготовленных пропагандистов-психологов — иногда получается это сделать и бесплатно. В результате деятельность ТНК по обслуживанию заказчика получает и эффективную рекламу, и каналы воздействия на правительства с помощью СМИ.

К исламу как таковому ТНК имеет весьма опосредованное отношение. Я думаю, создание «корпорации монстров» именно на этой почве произошло по одной-единственной причине: чтобы затруднить внедрение в её ряды европейской агентуры (что было бы намного легче сделать в случае с левацкими организациями). Ну и, конечно, бедные исламские страны ещё долго будут поставщиками кадров для «ИФ». В общем, она действует вполне рационально — стремится монополизировать рынок террористических услуг.

Действует корпорация примерно так: в некоем материально неблагополучном регионе мира её эмиссары создают тоталитарную секту исламского толка (скажем, под названием «ваххабизм»). Приверженцы секты, помимо прочего, получают некоторые суммы, что быстро увеличивает количество завербованных. Затем среди них идёт отбор наиболее перспективных кандидатов на роль «шахидов». Они проходят обучение (давно уже поставленное на поток и ставшее технологией) и совершают поначалу мелкие, а затем и крупные террористические акты. Мелкие акты могут служить рекламой, имеющей целью привлечь средства: ТНК намекает, что теперь и в этом районе мира она может оказывать эффективное влияние. Вот, собственно, и весь рабочий цикл.

Естественно, ТНК «ИФ» не только оказывает услуги. Она ждёт, что в какой-то момент на её счетах скопятся средства, которых хватит для того, чтобы сыграть собственную игру — и построить какой-нибудь «халифат» или «султанат». То есть речь идёт о появлении в перспективе явного «второго полюса силы».

Оценим примерные масштабы деятельности ТНК «ИФ». Чисто умозрительно: никаких данных, кроме столь же умозрительных прикидок других авторов, у меня нет. Но, думаю, во всей «корпорации монстров» на всех ролях, от руководителей до временных статистов занято не более 1 млн. человек (а может, и того меньше). Примерно 20-30 тыс. из них осуществляют функции контактирования с «официальными кругами клиентов», они же контролируют те каналы, по которым в ТНК поступают деньги от заказчиков. 5-6 тысяч человек работает со СМИ (собственно говоря, это прикормленные медиа и отдельные особо шустрые личности в прессе плюс герои-пропагандисты). Оценить объем крутящихся в ТНК средств ещё труднее, но, видимо, он не выходит за несколько миллиардов долларов (не более 10), иначе нас давно бы трясло от взрывов, а вопрос создания «халифата» уже стоял бы на повестке дня.

Цель явного мирового полюса — США — состоит в том, чтобы удерживать «тайный полюс» под контролем, прежде всего, материальным. Ему не дадут умереть, так как его услуги востребованы в мире. Поэтому призывы к правительствам мира вроде «прекратить тайное финансирование фундаментализма» — это переливание из пустого в порожнее. Но главная цель состоит в том, чтобы не дать ему разбогатеть и подняться до уровня настоящего гиганта, способного соперничать с США. Отсюда «растут ноги» проектов вроде «Большой Ближний Восток и Северная Африка», которые призваны резко уменьшить кадровый и материальный арсенал ТНК «ИФ». Не уничтожить до конца, но сделать его безопасным в обозримой исторической перспективе.

Собственно говоря, это и есть главный тупик человечества. Реализовалась какая-то глубинно-психологическая модель. Мир по-прежнему рассматривается, как «поле битвы добра со злом». Но теперь «злу» не дают права легитимной институализации, и оно приходит «со дна», «из глубин», из «невидимого подполья». Европейский человек слишком ослаб, чтобы признать наличие некоторых элементов зла в себе самом. «Мы» — всегда добрые, а «они» — всегда плохие. Как анекдотическое заклинание, звучит «мы против войны, мы против войны, мы против войны». Тут раздаётся очередной взрыв, разлетаются «фрагменты неопознанных тел». «Это не мы, это не мы, это не мы!».

Просматривается только два выхода из этого положения. Первый: согласиться на тот вариант, который предлагают американцы — поставить «второй полюс» под контроль путём осуществления в исламском мире колоссальной программы образования и религиозной реформации. При этом террор никуда не денется и станет средством контроля за остальным миром. Естественно, в этом деле самым успешным окажется тот, кто вложит больше средств в «ИФ». Нетрудно догадаться, что это будет за государство.
Второй: развал всей внешнеполитической системы ХХ в., признание права государств на войну и фактический возврат лет на четыреста назад. Тогда услуги ТНК «ИФ» не будут востребованы, зато мир вступит в череду бесконечных междоусобных войн. Восторжествует истинная «многополярность».

Оба варианта не устраивают Россию в исторической перспективе. Но какое дело до неё остальному миру? Нам следует действовать самим. Мне кажется, единственное, что мы на данном этапе могли бы сделать — это хотя бы минимизировать информационные эффекты террора. Для этого следует создать «параллельную» систему СМИ, не связанную с «глобальным цехом», то есть реализовать идею «единого евразийского информационного пространства», когда-то высказанную А.Дугиным. От террора нас это не спасёт. Но зато, вероятно, во многом избавит от тех жалких «условных рефлексов», которые уже выработал «цивилизованный мир» в борьбе с собственным, загнанным в самые дальние углы мозга подсознанием — «исламским фундаментализмом».

0.076075077056885