28/11
21/11
14/11
07/11
02/11
25/10
18/10
10/10
08/10
02/10
22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
Архив материалов
 
Зачем «Акрону» плановые цены?
Точка в споре хозяйствующих субъектов оказалась кляксой.

Известный советский миллионер Артем Тарасов, ставший легальным миллионером еще в 1989 году в своем кооперативе «Исток», вскоре откровенничал в прессе о том, как просто он заработал свои деньги. Брал литр тосола за 1 рубль, продавал за бугор за 1 доллар, за этот доллар покупал бытовую электронику или джинсы и здесь продавал доллар за червонец. Разница плановых цен в СССР и рыночных на Западе была столь велика, что соблазн воспользоваться этим был непреодолим не только у Артема Тарасова.

Идет уже 15-й год, как мы живем в условиях отрытого рынка, реальных рыночных отношений, видим, как крепнет наш прежде «деревянный рубль». Как исчезает из оборота прежде столь вожделенный доллар. Бизнес уже приспособился и к рыночным отношениям в трудовой сфере, и к необходимости инвестировать и развиваться, и к необходимости тянуть на себе груз социальной ответственности. Но схема Артема Тарасова до сих пор не дает покоя главному акционеру новгородского «Акрона» Вячеславу Кантору. Ну не хочет он никак понимать, что в  рыночной экономике доход в 7-8 процентов годовых – это уже хорошо, а 10-12 процентов – очень хорошо, даже отлично. И хочется ему, грешному, за полушку купить пятиалтынный.

ВЕЛИКИЙ БИЗНЕСМЕН   

ОАО «Акрон» потребляет всего несколько видов сырья – природный газ для производства аммиака, фосфатное сырье – апатитовый концентрат и калийное – хлористый калий для производства сложный удобрений, ну и электроэнергию. Ну а почти всю продукцию, 85% по собственному признанию, гонит на экспорт по мировым ценам. На самом деле вовсе на 85, а 90 и даже больше. Ведь в свою статистику «внутрироссийских поставок» «Акрон» постоянно  включает отгрузки в Калининградский рыбный порт, где из акроновского аммофоса делают тукосмеси и отправляют их на экспорт в полном объеме. Ну да это дело десятое, не об этом сказка сказывается.

На самом деле вопрос в другом. С седьмого июля этого года В.Кантор может считаться самым знаменитым бизнесменом России, и не только России, но и всех государств с рыночной экономикой. Ведь на сегодняшний день он, по сути, единственный в мире бизнесмен, который измудрился в условиях открытой рыночной экономики повторить на практике «схему А.Тарасова».

Не верится, сейчас докажим!

Цены на газ и электроэнергию у нас фиксированные, их определяет правительство на год вперед, причем по газу разрыв с мировыми ценами составляет 4-5 раз, а по электроэнергии 2-3 раза.  Хлористый калий «Акрон» закупает на пермском «Сильвините» по пятилетнему контракту с фиксированной ценой, которая сейчас ниже внутрироссийской рыночной примерно в три раза. Тут, похоже, работает некая хитрая схема перекрестного опыления, ведь «Акрон» владеет 15% «Сильвинита», а крупного акционера обижать нельзя. Но при этом работает явно в пользу В.Кантора. Ну а теперь откроем страшную тайну. На одну хитрую фирмочку еще в конце 90-х В.Кантор завел около 10 % акций мурманского ОАО «Апатит». И уж было подумал, что «отожмет» поставщика на долгосрочный контракт по фиксированным ценам, но не тут то было.

Длящийся уже который год ценовой конфликт между «Акроном» и «Апатитом» давно перешел все рамки заурядного спора хозяйствующих субъектов. От него трясло Госдуму, где Кантор безуспешно требовал признать «Апатит» монополистом, а вице-спикер Л. Слиска напоминала лоббистам Кантора о том, что в Думе недавно создана антикоррупционная комиссия и она вполне может заинтересоваться деятельностью этих самых лоббистов. Правительство России и целая куча министерств и ведомств, откладывали свои важные государственные дела и разбирались в подметных и челобитных письмах канторовских клевретов и давали ответы, для клевретов неутешительные. И вот теперь в многолетнем «споре хозяйствующих субъектов» может быть поставлена точка.

Именно седьмого июля судья Московского арбитражного суда И.Ю.Бурмаков обязал «Апатит» поставлять «Акрону» свой апатитовый концентрат в требуемых объемах, по фиксированной цене и в течении пяти лет. Да здравствует В.Кантор, до него никто не смог в рыночной экономике на целых пять лет получить индульгенцию на повторение «схемы Тарасова». Наверное, даже А.Тарасову такая возможность не приходила в голову. Да и куда ему до Великого бизнесмена, он уже почти пенсионер, мемуары пишет, а В.Кантор 7 лет боролся, но своего добился. «Газпром» пусть убытки российского рынка ценой на экспорт перекрывает, РАО «ЕЭС» просит у правительства 50 трлн. рублей на реконструкцию отрасли, «Сильвинит» дерет три шкуры на мировых рынках, лишь бы «Акрону» угодить. А «Апатиту» что делать? У него почти все отгрузки – внутрироссийские. Поднять цену остальным потребителям, чтобы умилостивить В.Кантора? Но тогда удобрения станут для аграриев золотыми, а остальные российские  производители окажутся неконкурентоспособными по сравнению с продукцией «Акрона».

Московская газета «Труд», обсуждая ситуацию с этим судом, высказала мысль, что этим же судебным решением судья Бурмаков был обязан зафиксировать цены для «Апатита» на все потребляемые им сырье и материалы. Мы с этим категорически не согласны. Это сложно, долго и хлопотно.  Судья был обязан поступить принципиально иначе: запросить в любом агрохимическом НИИ калькуляцию себестоимости «Акрона» (она делается за 2 часа – ресурсы по фиксированным ценам, зарплата, амортизация), прибавить к ней 20% прибыли (10 на развитие и 10 акционерам) и установить для «Акрона» предельные отпускные цены на удобрения, обязав предприятие  поставлять весь объем исключительно на внутренний рынок. Вот тогда экономический смысл судебного решения был бы понятен.  Уж если на «Акроне» плановое хозяйство, пусть оно будет плановым до конца, до полей российских аграриев. Но если судья Бурмаков подыгрывает автору «схемы Тарасова» для рыночных условий, то пусть будет добр указать для «Апатита» источники покрытия убытков, которые возникнут у предприятия из-за его решения.

Апологеты В.Кантора постоянно упрекают «Апатит» в завышении себестоимости, приводят в доказательство расчеты ОАО «Гипроруда», но совсем «забывают» упомянуть, что это расчеты сделаны в 2000 году, при курсе в 33 рубля за доллар, а покупательная способность доллара тогда была такой – 12 долларов за баррель нефти, сейчас почти 80, и 260 долларов за унцию золота, сейчас почти 600. Так что расчеты многолетней давности можно экстраполировать на текущий момент времени только от полной экономической безграмотности. Ну просто уверен, что «Апатит» готов  кому угодно поставлять  свой концентрат по 30 долларов за тонну, если эти доллары будут покрыты 12-долларовой нефтью.

Так что «пудрить мозги» обывателям канторовские клевреты могут сколько угодно, но при этом почему-то есть уверенность, что у российских властей на 15 году рыночных реформ хватит разумения разглядеть за дымовой завесой «борьбы с монополями» тривиальную жульническую «схему», от которой страдают одни и получают незаработанные прибыли другие.

ВЕЛИКИЙ СУДЬЯ

Судья Бурмаков вряд ли взял на себя труд изучить ТЭО развития ОАО «Апатит» до 2020 года, подготовленного в 2000 году ОАО «Гипроруда», наверняка не знакомился он и с калькуляцией себестоимости «Апатита», а также с гарантией не имеет ни малейшего представления о методике расчета текущей инфляции. Мало того, он просто уверен, что в ближайшие 5 лет никакой инфляции в России не ожидается. Ибо только такой уверенностью можно объяснить фразу из судебного решения о том, что «установленная в таком размере цена позволит ОАО «Апатит» финансировать капитальные вложения сверх амортизации и производство апатитового концентрата не причинит убытков обществу». Мы сохранили в цитате пунктуацию автора, ибо прощаем ему не только экономическую безграмотность, но и незнание  русского языка. В конце концов, он не экономист и не филолог.

Но вот что ему простить нельзя – так это юридическую безграмотность. До его вердикта уже два аналогичных иска к ОАО «Апатит» были отклонены. И судьи в тех судах справедливо полагали, что не дело судов разбираться в экономических тонкостях, в конце концов на то и существуют рыночные отношения, чтобы определять цену рыночным путем. Но российское право не является прецедентным, один и тот же сюжет может порождать взаимоисключающие решения. Так что экономическая и юридическая логика двух предшествующих судов нашему судье не указ.

Он судит просто, выдергивает из экономического и исторического контекста ст. 445 Первой части ГК РФ, которая до этого никогда и нигде не применялась, объявляет своей волей «Апатит» какой-то там «обязанной стороной» и выносит свое решение. Хотя любому юристу-цивилисту хорошо известна цена этой статьи. Это эмбрион закона о Защите прав потребителей, и сегодня это уже юридический рудимент, ибо граждане судятся с компаниями по более совершенному законодательству. Но судья Бурмаков без сомнения запускает ее в дело. Или он не понимает вообще, что между публичным и корпоративным правом лежит целая пропасть, или же его поступками движут совсем иные мотивы.

Первая часть ГК принималась в 1995 году, в спешке, в пожарном режиме. Стране был срочно нужен какой-то юридический ориентир вместо закона «О собственности» 1991 года и известного Постановления № 601 об акционерных обществах. А о защите прав потребителей тогда еще никто ничего не слышал.

Статья 445 – «Заключение договора в обязательном порядке» запускается в действии ст. 426 – «Публичный договор». Разницу между корпоративным и публичным правом должен знать каждый мало-мальски образованный юрист. Публичное право – отношения юрлица и публики. В ст. 426 прямо указывается какие договора являются публичными - те, в которых юрлицо ведет деятельность, которую математики называют массовым обслуживанием – «розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.д.», т.е. организация должна выполнять свои обязанности «в отношении каждого, кто к ней обратится». Есть еще и дополнение в виде ст. 437 – «Публичная оферта», в которой говорится о рекламе и обращении производителя к «неопределенному кругу лиц».

Принципиальный водораздел, который отделяет одну отрасль права от другой, называется закон «О коммерческой тайне». Публичное право не может иметь тайну сделки, здесь все публично. А вот два юрлица, заключающие сделку, вполне могут   заявить, как мы это часто и видим, что «цена вопроса не разглашается».

Если судья Бурмаков считает, что деятельность ОАО «Апатит» по производству апатитового концентрата регулируется публичным правом, то тогда  «Апатит» обязан обслужить каждого, кто к нему обратится. И пусть теперь судья Бурмаков укажет всем его потребителям, которые раскупили в 1985 году аж 22 млн. тонн концентрата, где им взять эти объемы. Ведь сейчас «Апатит» производит только 8,5 млн. тонн в год.

Есть уверенность, что юридическое сообщество в первую очередь Высший Арбитражный суд РФ, достаточно быстро разберется в этой коллизии. Ведь стандарты правоприменения задет именно пленум ВАС, рассылая судам свои решения и инструктивные письма. Ибо если это не сделать быстро, наше корпоративное право превратится в полную неразбериху, в которой, если «решить вопрос с судьей», можно будет «нагнуть» и «отжать» любого поставщика. И количество юридических лазеек, которое отрывает это решение, будет вполне сопоставимо с практикой рейдерства, основанного на аресте по судебному решению чужого  контрольного пакета акций.

Возникнет ли в России великая экономика с такими великими бизнесменами и великими судьями?

          

Вик. Николаевский

          Автор благодарит за помощь в развитии темы профессора Эренова


0.2181830406189