22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
28/07
26/07
19/07
15/07
11/07
10/07
06/07
03/07
Архив материалов
 
Архангельское экономическое чудо

С «подачи» одного-единственного инициатора Глеба Тюрина в Архангельской области было создано 40 ТОСов — органов территориального общественного самоуправления. Архангельский опыт начинают активно применять и в других российских регионах. Может быть, приведенные здесь примеры покажутся «чужими», непригодными для наших условий. Только учтите, что поначалу там, в Архангельской области, большинство селян тоже считало затеи тосовцев, мягко говоря, нежизнеспособными. Но ведь сработало!

В Коношском районе со времен советской мелиорации летом не было воды. Стали искать выход. Вспомнили: есть артезианская скважина, но надо построить водонапорную башню. Она стоит миллион рублей. У муниципалитета таких денег нет. Но людям нечем поить скот и поливать. И они решили собрать водонапорную башню из трех старых. Разработали проект, район помог им с инженерным обеспечением. Трудились деревенские бесплатно. Закупили только новые трубы, разводные ключи — вся стройка обошлась в 50 тыс. рублей. И теперь вода здесь есть!

В соседней деревне Фоминской такая же беда с водой. Жители решили расчистить родники, причем сделать из них местную достопримечательность. Поставили бетонные кольца для водозабора, срубы, беседку в традиционном русском стиле, декоративную ограду. И стали заманивать туристов. Родники были названы родниками любви и поцелуев. В местном загсе оставили рекламу. И новобрачные поехали. Родилась традиция. Сейчас там каждое воскресенье свадьба. Едут из райцентра. Каждая свадьба «оставляет» 500 рублей. Для деревни это деньги.

В деревне Хозьмино Вельского района решили перепахать все общественные сенокосы и засадить травой, которая даст гораздо больше зеленой массы. После этого решили модернизировать изношенную систему отопления поселка, при которой нещадно мерзли зимой и постоянно висела угроза размораживания. Первых 16 домов перевели на печи и мини-котельные, а освободившиеся теплоресурсы направили на школу, клуб, больницу. Эффект — 80 000 рублей в год экономии бюджетных денег. По завершении проекта — 600 тыс. рублей. Теперь хозьминцы взялись восстанавливать церковь ХVIII века…(http://www.sovsibir.ru/show.shtml?tp=th&nart=13101)

 

С чего начинается родина в 21 веке?

К самым удивительным примерам обновления современной России без всякого преувеличения можно отнести опыт развития деревень Русского Севера, созданный в Архангельской области Глебом Тюриным и его Институтом общественных и гуманитарных инициатив (ИОГИ). Я могу об этом судить, поскольку знаю не понаслышке. Познакомившись с Глебом пару лет назад, я объездил деревни, в которых он работал, побеседовал с сельчанами, отснял десятки кассет для нового фильма…          

Тюринский опыт, когда с ним сталкиваешься впервые, вызывает ощущение чего-то сказочного, нереального. Многие так и говорят: «в нашей глухомани этого просто не может быть!». Но потом, убедившись, что вот же оно есть, и что «все взаправду», самые разные люди (журналисты, различные школы политики, бизнеса и управления, экспертные команды – от Всемирного банка и крупнейших западных аналитических центров до российских федеральных министерств, администраций регионов и президентских Полпредств) приходят в восторг, пересказывает истории архангельских деревень на конференциях, предъявляя их обществу как большой успех, как некое чудо.

Но на самом деле даже среди экспертного сообщества мало кто осознает, какие масштабные инновации созданы и предложены на этот раз обществу, какое значение они могут иметь для развития нашей разрушенной сельской России, деморализованной, давно нищей, на глазах уходящей из жизни в грошовых  деревянных гробах

 

Основа российской программы «социального ликбеза»

Российская провинция не вписалась в крутые виражи рыночных реформ. Это - огромная «черная дыра», поглотившая все построенное раньше, и в которую лишь для поддержания жизни надо качать и качать средства. Но, увы, миллиардные дотации ей не помогают. Умирание глубинки идет стремительно. Молодежь уезжает, население стареет и сокращается. За 20 лет наша страна потеряла почти 20 тысяч населенных пунктов. Брошенная, разоренная земля - страна-континент Россия стремительно обезлюдивает, а риск потерять контроль над незаселенными территориями растет год от года. И сегодня мало кто представляет, как можно изменить эту ситуацию, что с этим можно поделать.

Тюрин знает. Он знает, как прийти в глухой угол, где на сто человек  - пятьдесят старух да тридцать алкоголиков, и сделать так, чтобы этот забытый Богом край начал вторую жизнь, добиваясь успехов и решения годами не решавшихся проблем.

Глеб знает, каким образом, не приказывая и навязывая готовых решений, сделать так, чтобы внутри маленьких полуразрушенных деревушек люди стали шевелиться, думать, стремиться, рождать здравые идеи, создавать проекты и новые виды бизнеса, ранее неизвестные или давно позабыты.  Тюрин создал для этого новые консалтинговые и гуманитарные техники, адаптированные к уровню нашего провинциального населения. Назовем вещи своими именами – маргинального, плохо образованного населения, называемого «отсталым» и «темным» в докладах современных чиновников.

Работа Тюрина привела к реальным изменениям в десятках северных деревень, где в результате реализовано более шестидесяти проектов. Люди «вдруг» начинали строить мосты, водонапорные башни, гостиницы, водопроводы, создавать пасеки пакетного пчеловодства и центры разведения породистых овец. И все это при копеечных вложениях и с колоссальной отдачей: полтора миллиона рублей на «входе» превратились примерно в тридцать миллионов рублей экономического результата на «выходе». Такая эффективность проектов и уровень капитализации труда недоступен сегодня даже для передовых американских и японских корпораций. У Тюрина таких показателей добиваются обычные сельские граждане «бесперспективной» провинции. Соотечественники оказываются вполне способными заниматься принципиально новым для себя делом, которое они до тех пор никогда не делали. Предпринимательский дух, смекалка и мастерство «внезапно» захватывают тех, кому еще вчера «на кладбище ставили прогулы».

Тюрин действует как садовник: выращивает новую культуру и ухаживает за слабыми растениями в агрессивной среде. Он создает ситуацию, когда «списанные» старики и сломанный «средний возраст», пропивавший до этого ворованный лес,- выходят из депрессии и уныния, и медленно, но верно начинают отвечать за свою жизнь. Другими словами, Тюрин - основатель российской программы социального ликбеза второй волны, которая помогает людям понять и менять среду своего обитания, виды и характер деятельности – и самих себя.

 

Немного «больших процессов»

Первая волна ликвидации безграмотности имела месте 20-е года 20-го века. Надо было научить поголовно крестьянскую Россию хотя бы читать и писать – для работы в новых отраслях. Ликбез, проведенный в сжатые сроки, позволил начать реализацию плана ГОЭЛРО и строительства новых индустрий. Жители советских республик после этого могли понимать новые правила игры, сильно отличающиеся от тех, что были прежде: аграрная экономика ушла в прошлое. Пришла экономика индустриальная. Основная часть населения теперь была занята в промышленном производстве.

Сегодня мы должны строить новый тип экономики, постиндустриальный: экономику услуг, сервисов, разработок. Эта экономика основана на иных, чем прежде, отраслях – связи, туризме, торговле, высококачественном сельхозпроизводстве, услугах, транспортном транзите, на создании брэндов и нематериальных активов. Этой экономики еще нет, она только формируется, но «процесс пошел» на наших глазах. И русское село, чтобы выжить, будет вынуждено вписаться в этом процесс, а значит - оно изменится по сравнению с  тем, чем оно было прежде. Для этого нужны знания о новой экономике. Нужны новые мысли, новые навыки, другие качества и проекты развития.

 

            Мировое признание ИОГИ

Во многих странах мира проблемы сельских территорий решают похожим образом. Как это еще недавно было на Русском Севере. Там это называется «местным развитием». И в принципе,  опыт Глеба Тюрина, -  российская версия местного развития.

Но оказалось, что наш российский, архангельский, опыт в мировом контексте оказался даже более передовым, чем у соседей по планете. С ним просто сложно что-то сравнивать про уровню эффективности Он быстро вызвал неподдельный интерес и приобрел широкую известность. Сегодня Тюрин ездит по миру, потому что там хотят знать о том, что он «натворил» в Архангельской области.

Так для проекта в Европе или Америке 20-30 тысяч долларов – это скромные деньги для одного скромного проекта. На Западе никак не могут взять в толк, как Тюрину удавалось на такие средства раскручивать десятки очень высоких по эффективности проектов на территории большей, чем Франция. «Ваша работа - чудеса, мистер Тюрин…» У него учатся в европейских странах и даже в США. Неплохо?

В мае 2005 года в Белграде крупнейшая европейская ассоциация CEE CN приняла на своей конференции особую резолюцию об архангельском опыте, объявив его «европейской ценностью». Его выдвигают на престижные мировые премии, приглашают выступать на крупнейшие мировые форумы. Он был единственным русским, удостоенным чести выступать на Всемирном форуме местных властей (Лион, Франция). О нем взахлеб пишут крупнейшие газеты мира. Без всякого участия Российского государства, технологии нашего с вами соотечественника стали брэндом страны, узнаваемым, уважаемым и востребованным.  Много вы знаете российских товаров или технологических разработок, признанных мировым сообществом? Нефть-газ-лес - металлы - оружие - космические старты… Тюринский консалтинг расширил специализацию России. За границей. Внутри страны все намного печальней.

 

Реальность

В любой стране того, что сделал Тюрин, было бы достаточно, чтобы ему вручили премии и награды, и под его руководством создали крупное национальное  агентство развития с достойным бюджетом и штатом сотрудников. Успех требует закрепления и развития. В Архангельской области очевидный для всего мира успех местные чиновники тихо похоронили, а саму инновационную методологию Тюрина объявили ненужной. И, вообще, сделали вид, что никакого Тюрина никогда не было.

Есть такое понятие – «перехват управления». Работает кто-то умный, доводит дело до успеха, а потом приходят другие, отодвигают «умного» и забирают его дело. В русский язык пришло слово «рейдерство». Оказывается, такое бывает не только с заводами или фирмами, но и с проектами по развитию деревень. Цель рейдеров примитивна - деньги любой ценой.

Когда после нескольких лет тяжелейшего труда Тюрин раскрутил работу с развитием деревень, в проекты пришли серьезные деньги. После чего Тюрина с его Институтом, разумеется, «отодвинули» и от деревень, и от бюджетов, включив рычаг административного давления, обкатанный в борьбе за деление пирога.

 

Развития пока нет

В сухом остатке. О ТОСах и развитии деревень в Архангельской области говорят сегодня многие. Но проблема в том, что, убрав из технологической цепочки Тюрина и его методики, убрали и само развитие деревень. За последний год это стало очевидным. Развитие в деревнях прекратилось. Осталась банальная раздача денег.

Куда более чем деньги, для успеха дела нужны технологии развития. Жители деревень, в которых возникли группы развития и ТОСы, пишут, просят, умоляют, доказывают, что именно консультационная, обучающая, тренерская работа тюринского Института помогала им добиваться результатов, что нужно восстановить в области работу ИОГИ. В деревнях нужна информационно-обучающая работа. Нужно дать людям знания и навыки, по сути, серьезно изменить людей – и тогда выделение средств будет эффективным. А вот этого никто по настоящему, кроме Тюрина, пока делать не умеет. И не только в Архангельске - второго такого эксперта по местному развитию и в России нет.

Впрочем, архангельские чиновники в ответ повторяют суровый сталинский постулат: «Незаменимых людей у нас нет».

 

А что Тюрин?

Закономерен вопрос - зачем все это Тюрину? Зачем это человеку, делавшему вполне успешную бизнес-карьеру, имевшему за спиной американскую школу бизнеса, изучение банковского дела в Германии, работу в крупном банке?

Глеб Тюрин органично вписался в рынок и мог с успехом решать самые амбициозные личные задачи. Мог бы продавать свой консалтинг для хорошего бизнеса, которому профессиональный консалтинг, собственно, пока только и доступен. По всей логике он должен был уехать на знакомый ему Запад. Но он поступил ровно наоборот: вернулся оттуда и стал развивать русские деревни. Объяснение этому лежит в субъективной плоскости – Тюрин из плеяды людей, которые видят смысл в служении Родине. Он - сын своего отца, известнейшего архангельского журналиста, после смерти которого Союз журналистов учредил премию его памяти. Он - ученик легендарного северного историка Ксении Петровны Гемп, видевшей в нем своего преемника. Если хотите, он просто патриот, хотя это понятие у нас сегодня не модно.

 

            Все изменится?

            Еще недавно судьба Тюрина на родине могла бы быть предсказана таким образом: когда спустя десятилетия  его свезут в гробу на заснеженное сельское кладбище, толпы поклонников объявят Тюрина выдающимся и поставят ему монумент. Они станут писать учебники о социальных инновациях с грифом «Г.В.Тюрину посвящается». Но это будет когда-то потом, а пока.. Пока его будут по прежнему тихо закатывать в асфальт. 

Но теперь можно сказать: не дождетесь! Грядут серьезные перемены.

Во-первых, технологии и достижения Тюрина за последнее время стали явлением, по сути, мирового порядка. Могильщики инноваций, чиновники - даже не представляют, насколько широко архангельский опыт разнесен по миру. О нем можно узнать в Сорбонне и Лондоне, во Всемирном банке и на саммите Совета Европы. О нем знают и пишут в разных странах мира. Этот опыт легко привлекает и завоевывает людей, новых сторонников. Реакция почти всегда одна: восторг и восхищение. Сделать вид, что «опыт Тюрина нам всем приснился», уже не получится.

И, откровенно говоря, я просто не понимаю людей, которые пытаются делать вид, что «инноваций Тюрина не существует», что, дескать, это все выросло само собой. Развитие деревень в Архангельской области в мировом и общероссийском масштабе уже неразрывно связано с его именем. И то, что Тюрина пытаются замолчать и задавить, делает его фигурой еще более харизматичной, привлекательной, известной – фигурой борца за народное счастье.

Эти люди, «бойцы с тенью Тюрина», неумно подставляют своего губернатора, свою область, свою страну. Это очень смешно, но все идет к тому, что парламентариям, политикам, общественности стран Европы, Азии, Африки и Латинской Америки придется встать грудью на защиту архангельского опыта развития деревень. А они встанут в силу прагматизма и очевидной пользы от инновационных методик Тюрина там.

 

Да у Архангельской области за последние десять лет нет ничего более успешного, чем опыт Тюрина по развитию деревень. Нет ничего, что могло бы также же успешно создавать области имидж ее успешности. Вряд ли на позитив тянут бесконечные «лесные войны» и недостроенный газопровод. А вот Тюрин – интересен и свеж. Недаром к нему так потянулись ходоки из центральных изданий и зарубежной прессы.

Но главное, думающие и заботящиеся о будущем родины федеральные политики не могли не взять этот опыт под свое крыло. Методики Тюрина зашагали по стране. В ряде Российских регионов – от Хабаровска и Камчатки до Ленобласти и Твери их берут на вооружение. Ведь очевидно: опыт архангельских деревень может и должен стать федеральным проектом модернизации страны. Он должен им стать, - и он им станет! -поскольку в технологиях ИОГИ впервые за многие годы просматриваются все грани позитивных перемен нашей глубинки. Это и психологическая атмосфера (настрой на конструктивную жизнь и деятельность), и экономика - когда привычные с детства окружающие ресурсы вдруг приобретают новый смысл и рыночную значимость. Это проект настоящей модернизации. Им надо заниматься.

Наконец, опыт ИОГИ вполне «товарен»,- он может стать одним из способов возвращения влияния России за рубежом. Он с успехом может стать статьей российского гуманитарного «экспорта» в страны ближнего и, может, и дальнего зарубежья. Реальный спрос на эти социальные технологии уже есть, например, в Закавказье, в Восточной Европе и на Ближнем Востоке. А экономический рейтинг и статус страны определяется сегодня, в том числе, и ее способностью перемещать технологии быстро и на значительные расстояния.

Мирные технологии социального консалтинга - то, что может позволить нашей стране приносить в другие страны реальное развитие. Тем самым Россия сможет выстраивать новые конструктивные партнерские отношения и новый позитивный образ на внешних рынках.  Думаете, мечта? Убежден: это уже завтрашний день.

 

Иван Сидельников


0.23799705505371