21/06
21/06
17/06
10/06
08/06
07/06
05/06
03/06
29/05
22/05
15/05
13/05
12/05
10/05
05/05
28/04
24/04
18/04
13/04
11/04
08/04
07/04
06/04
04/04
01/04
Архив материалов
 
Прилетят ли аисты в наш дом?
За исключением небольшого числа идеологов рыночной реформы обществоведы сходятся в том, что Россия втянулась в демографическую катастрофу. В конце 80-х годов ее никто не ожидал. Оптимистическим был прогноз ООН для СССР. Согласно докладу «World Population Prospects. 1988» (N.Y., 1989) продолжительность жизни в 2005-2009 гг. должна была составлять у нас 70,4 года — для мужчин и 78,2 года -для женщин. В 1993 г. в издательстве «Наука» вышла книга «Население Советского Союза. 1922-1991». Это максимально полное описание демографических процессов в нашей стране, хотя и в антисоветском тоне — время было такое. В главе «Взгляд в будущее» даны три варианта прогноза на 2000 г. — «оптимистический», «пессимистический» и «демографическая катастрофа». Последний вариант считался маловероятным.

Что же авторы из Академии наук обозначили термином «катастрофа». Снижение ожидаемой продолжительности жизни мужчин-горожан в 1995 г. до 63,1 года (с 65,4 года в 1988 г.). А что же произошло в результате реформы? Уже в 1994г. этот показатель упал до 57,9 года! На 4,2 года жизни ниже того, что считалось катастрофой. Всего за два с половиной года после написания книги — но такая катастрофа даже в воображении не могла привидеться ученым-демографам. Так что катастрофа — научное и подтвержденное опытом определение нашего состояния.

Это же ощущение катастрофы разлито и в широких слоях общества – среди людей, далеких от точного знания, которые судят просто по числу детских колясок на улицах и в скверах и по числу беременных женщин в метро и автобусе. В упомянутой книге демографы в прогнозе «демографическая катастрофа» считали, что рождаемость (на 1 тыс. населения) в городе упадет с 15,4 в 1988 г. до 10,8 в 1995 г. На деле же она упала до 8,6! Положение с рождаемостью в РФ несколько улучшилось в последние годы — в 2003 г. в целом по РФ на 1 тыс. родились 10,4 ребенка и умерли 16,5 человека.

Поскольку считается, что Россия после 1991 г. наконец-то пошла «правильной дорогой» вслед за Западом, возник интерес к тому, что там происходит с рождаемостью. Этот интерес подогревается и рядом российских и западных демографов, которые отвергают тезис о катастрофе в России на основании того, что и на Западе спад рождаемости. Мол, верным путем идете, господа-товарищи! Низкая рождаемость — признак богатства и этот признак Россия в ходе реформы уже приобрела. Ну само богатство слегка задерживается, но объективные законы общественного развития ему не обмануть — придет, как миленькое.

Если же говорить о конкретном историческом моменте, о последних 14 годах в России, то, конечно, надо отвергнуть успокаивающие заверения демографов-».ыночников». То, что происходит в России, никак не напоминает Запад. Мы переживаем именно катастрофу — перелом демографической ситуации в течение одного года, явление уникальное в истории.

Грозные признаки демографической катастрофы уже различимы в демографической динамике последних двух лет. Несомненно, динамика рождаемости за последние 2,5 года есть реакция на социально-экономический кризис. Прошлое пока не дает нам аналогичных примеров. Еще ни одна страна, ни одно общество, в котором деторождение хорошо регулируется на уровне семьи, не переживало в мирное время такого кризиса.

Так что слом произошел у нас вследствие реформы, а не вследствие постепенного снижения рождаемости от «благополучной жизни», как на Западе. Результаты реформы известны — резкое обеднение большинства, разрушение важнейших систем жизнеобеспечения, острая нестабильность и страх перед социальными бедствиями.

Реформы перенесли на нашу почву нечто такое, прямо не связанное с богатством или бедностью, что вызвало взрывное падение рождаемости. И этот взрывной, катастрофический характер означает «сжатие» во времени того процесса, который на Западе растянулся на полвека. Нас просто обязали пробежать, догоняя Запад, этот путь за десять лет.

Вот об этом и поговорим. Итак, демография регистрирует убыль коренного населения в развитых странах Запада по причине резкого сокращения рождаемости. В настоящее время рождаемость в целом здесь снизилась до отметки 1,5 ребенка на женщину, в Европе — до 1,34. А в Италии, например, до 1,1. Уровень же рождаемости, необходимый для простого воспроизводства населения, составляет 2,1 ребенка на каждую женщину.

Становится чуть ли не общепризнанным вывод, что материальное благополучие подавляет материнский «инстинкт». Мол, бедному-то все равно, у него дети — единственная утеха. А перед женщиной современного Запада все дороги открыты — карьера, материальная независимость, свободная любовь и пр. И кажется даже благоразумным решением, что женщина стала откладывать материнство на более поздний возраст или даже вовсе отказываться от рождения детей. Как говорят, «западная семья сегодня — это 3 автомобиля и 1 ребенок».

Мне кажется, весь этот ход рассуждений неверен. Известно, например, что население богатых исламских стран (Саудовской Аравии и т. п.) вовсе не следует примеру Запада. Более того, и на самом Западе небольшое богатое меньшинство вовсе не собирается «вымирать». многодетные семьи там – обычное дело.

Утрата «материнского инстинкта» — болезнь именно среднего класса буржуазного общества. И болезнь эта является болезнью духа, прямо не предопределяемой уровнем материального благосостояния. Эта болезнь среднего класса является «заразной», она распространяется и среди тех слоев населения бедных стран, которые возомнили себя средним классом и приняли его мировоззренческие установки — даже если по западным меркам их можно было бы причислить к бедноте.

Средний класс — основа буржуазного общества, генератор и носитель «духа капитализма». Очень богатое меньшинство приобрело характер замкнутого сословия, почти аристократии, оно утратило «буржуазность». Что же характерно для мироощущения среднего класса? Для нашей темы самая важная его черта — пессимизм. На Западе даже говорят антропологический пессимизм, и в этом определении много смысла. Это неверие в человека, в его благое предназначение, в его причастность Добру.

Индивидуализм был и прямо направлен против семьи.

Понятно, что решение родить ребенка — это акт любви, желания человеческой близости, веры в счастливое будущее этого ребенка и в спасение его души. Пессимизм и индивидуализм подавляли этот порыв, и как только во второй половине XX века появились простые и эффективные противозачаточные средства, число рождений пошло на убыль.

Пессимистический духовный фон жизни на Западе стараются подавить различными способами. Иногда этому помогают периоды процветания, иногда, наоборот, кризисы и даже бедствия типа войн. Иногда массу людей увлекают приступы фанатизма, как во времена фашизма, в благополучное время – сексуальные революции или приступы потребительской лихорадки. Но все это не спасает, и нарастающий пессимизм выражается в неприязни к зарождению и пестованию жизни. А также в тяге к разрушению или хотя бы к зрелищу разрушения, что отразилось в культуре (кино, телевидение, музыка, мода).

Известно, что православное общинное мироощущение — жизнерадостное. Оно было наполнено верой в лучшее будущее. И дело тут не в классовых корнях – очень важно наблюдение А. В. Чаянова: в русском крестьянстве совершенно не было мальтузианства, запрета на «размножение бедных», а в сознании крестьянства Франции оно было очень сильно. Еще более жизнерадостным было космическое чувство советского человека, наша «уверенность в завтрашнем дне» никак не сводилась к сытости.

На короткий период и в сознании народов СЭВ, втянутых в орбиту «советского лагеря», были ослаблены страхи и возобладал оптимизм. Его не могут быстро подавить даже рыночные реформы. С 1988 по 1999 год в 24 странах проходило обследование рождаемости и семьи в странах, входящих в зону Европейской комиссии. Вот вывод: «Распределение женщин по числу рожденных детей показало заметные различия в репродуктивном поведении всех изучаемых возрастных когорт между странами с традиционно рыночной экономикой и бывшими социалистическими странами Восточной Европы».

Но там, где население радикально вырвали из «полусоветского» состояния и вернули в лоно «среднего класса», в отношении к рождению детей произошла катастрофа. В 1994 г. был опубликован важный доклад: за четыре года после поглощения ГДР рождаемость на бывших землях социалистической Германии упала более чем вдвое! Как сказано в докладе, «социальная нестабильность и отсутствие будущего привели к головокружительному росту добровольной стерилизации восточных немок — более чем на 2000 процентов за четыре года». Формулировка неверна — социальная стабильность и сытость как раз были обеспечены миллиардами западных марок. Вернулись западный страх, страх перед бытием, пессимизм. Именно глотнув этого страха, стали мало рожать и русские женщины — реформаторам на время удалось подавить в нашей молодежи веру в будущее.

Если мы соберемся с силами и стряхнем с себя это наваждение, жизнь снова зацветет на нашей земле. Первый удар мы выдержали, духовное выздоровление начинается. Укрепимся духом — наладим и хозяйство. И все прогнозы ЦРУ о вымирании русского народа пойдут насмарку. м

0.16975903511047