21/11
14/11
07/11
02/11
25/10
18/10
10/10
08/10
02/10
22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
Архив материалов
 
Культурное господство и всемирная эксплуатация

Введение

Американский культур-империализм ставит себе две основных цели, экономическую и политическую: захватить рынки для своих "культурных" товаров и установить свое господство путем формирования общественного сознания. Экспорт развлечений - один из наиболее важных источников накопления капитала и мировых прибылей, вытесняющий более традиционные виды экспорта. В сфере политики культур-империализм играет ключевую роль в отрывании народа от его культурных корней и традиций солидарности, замещая их потребностями, созданными СМИ, меняющимися с каждой новой рекламной кампанией. Политический результат - отчуждение людей от традиционных классовых и общинных связей, атомизация и отделение их друг от друга.

Культур-империализм выпячивает расколотость рабочего класса: постоянных рабочих поощряют отдаляться от временных рабочих, а тех, в свою очередь - от безработных, которые далее разделяются на группы внутри "неформальной экономики". Культур-империализм подстрекает рабочих считать себя частью иерархии, подчеркивая мелкие различия в образе жизни, расе и поле с теми, кто находится ниже, а не вопиющее неравенство, отделяющее их от тех, кто наверху.

Основная цель культур-империализма - политическая и экономическая эксплуатация молодежи. Имперские развлечения и реклама нацелны на молодых людей - наиболее уязвимых для воздействия коммерческой пропаганды. Ее послание простое и прямое: "современность" связывается с потреблением американских информационных товаров. Молодежь образует обширный рынок для американского культурного экспорта и легче поддаются потребительско-индивидуалистской пропаганде. СМИ манипулируют юношеским бунтарством, присваивая язык левых и переводя недовольство в русло потребительских излишеств.

Культур-империализм сосредотачивается на молодежи не только по коммерческим, но и по политическим причинам: для подрыва возможностей политической угрозы, когда личное бунтарство может перерасти в политическое восстание против как экономических, так и культурных форм контроля.

В последнее десятилетие прогрессивные движения столкнулись с парадоксом: в то время, как подавляющее большинство населения треьего мира страдает от катастрофического ухудшения жизнееного уровня, от растущей социальной и личной небезопасности и упадка образования и здравоохранения (в то время как имущее меньшинство процветает как никогда), субьективным ответом были единичные бунты, постоянные, но сугубо местные действия и массовые краткосрочные протесты. Короче, налицо пропасть между растущим неравенством и социально-экономическими условиями с одной стороны,  и слабостью революционного и радикального субьективного ответа. Зреющие "обьективные условия" третьего мира не сопровождались ростом субьективных сил, способных изменить государство или общество. Ясно, что не существует "автоматической" связи между социально-экономическим упадком и социально-политическими изменениями. Культурная интервенция (в широком смысле включающая идеологию, сознательность, общественные действия) - критическое связующее звено, преобразующее обьективные условия в сознательную политическую деятельность.  Парадоксально, но имперские политики как будто понимают важность культурного измерения политической практики куда лучше, чем их противники.

Культурное господство и всемирная эксплуатация

Империализм не может быть понят просто как экономическо-военная система контроля эксплуатации. Культурное господство - неотьемлемая часть любой системы всемирной эксплуатации.

Что касается третьего мира, культур-империализм можно определить как систематическое проникновение и господство над культурной жизнью масс со стороны западного правящего класса с целью переупорядочить ценности, поведение, организации и индивидуальности угнетаемого народа, дабы они соответствовали интересам имперских классов.

Культур-империализм проявляется как в "традиционной", так и в современной форме. В прошлом церковь, образование и власти играли главную роль во внедрении в сознание местных жителей принципы покорности и преданности во имя бога или короля. В то время, как эти "традиционные" методы культур-империализма действенны до сих пор, новые способы, порожденные современными учреждениями все больше выходят на первый план в деле имперского господства. СМИ, реклама и нецерковные развлекатели и интеллектуалы играют сегодня первую скрипку. В нынешнем мире Голливуд, СиЭнЭн и Диснейлэнд более влиятельны, чем Ватикан, Библия или публичная болтовня политиканов. Культурное вторжение тесно связано с политическо-военным господством и экономической эксплуатацией. Военные интервенции США в поддержку правительств массовых убийц в Латинской Америке, для защиты экономических интересов, сопровождаются мощным культурным вторжением. США финансирует евангелическое нашествие на индейские деревни для внушения покорности коренным жителям. Для ручных интеллектуалов оплачиваются международные конференции с обсуждениями вопросов "демократии и рынка". Отвлекающие от реальности телепередачи сеют иллюзии о "другом мире". Культурное вторжение - продолжение антипартизанской войны невооруженными средствами.

Новые черты культурного колониализма.

Современный культурный колониализм (СКК) отличается от предшествующих методов следующим:

1) Он направлен на захват масс, не только убеждение элиты

2) СМИ, особенно телевидение, вторгаются в дома и действуют "изнутри" и "снизу", так же как "снаружи" и "сверху".

3) СКК - всемиреный по охвату и усредняющий по воздействию: предлог всеобщности служит для прикрытия символов, целей и интерсов имперской власти.

4) СМИ как орудия культур-империализма в наше время являются "частными" только по форме: отсутствие официальных связей с государством предоставляет юридическое прикрытие для частных СМИ, пропагандирующих интересы имперского государства под видом "новостей" или "развлечений".

5) При современном империализме политические интересы продвигаются через неимперские сюжеты. Новости сосредотачиваются на биографиях наемных солдат из крестьян в Центральной Америке (очевидно, имются в виду "контрас" и т.п. -пер.) и улыбающихся американских неграх из рабочих семей на войне в Персидском заливе.

6) Из-за растущего разрыва между обещаниями мира и процветания в результате бесконтрольного капитализма и рельности - растущей нищеты и насилия, СМИ еще сильнее сужают возможность высказывания других точек зрения в своих передачах. Полнейший культурный контроль идет рука об руку с полнейшим разделением жестокости реального капитализма и иллюзорных посулов свободного рынка.

7) Чтобы не дать проявиться отношению масс, СКК пытается разрушить национальные чувства или лишить их рельного социоисторического содержания. Чтобы подорвать солидарность общин, СКК рекламирует культ "современности" как подчинения чуждой символике. Во имя "индивдуальности" общественные связи подвергают нападкам, личности переформируются в согласии с новейшей модой, внушаемой СМИ. Пока имперские армии уничтожают гражданское общество, и банки грабят экономику, имперские СМИ снабжают людей "новой личностью", позволяющей избежать реальности.

Культур-империализм рисует разрушительные карикатуры своих революционных противников, изображая их дьяволами во плоти, в то же время поощряя коллективную потерю памяти о колоссальных масштабах насилия прозападных государств. Западные СМИ никогда не напоминают своим зрителям об истреблении антикоммунистическими проамериканскими правителями 100 000 индейцев в Гватемале, 75 000 рабочихв Сальвадоре, 50 000 жертв в Никарагуа. СМИ покрывает катастрофические последствия введения рынка в Восточной Европе и бывшем СССР, приведшее к обнищанию миллионов.

СМИ: пропаганда и накопление капитала

СМИ - один из основных источников богатства и власти американского капитала, раскидывающего свои сети по всему миру. Растущий процент богатых американцев получает свои доходы от СМИ. Среди 400 богатейших американцев число медиамагнатов выросло с 9.5% в 1982 года до 18% в 1989. Капитализм от культуры потеснил промышленное производство как источника богатства и влияния в США.

СМИ стали неотьемлемой частью америанской системы всемирного политического и социального контроля, наряду с крупным источником сверхприбыли. С ростом эксплуатации, неравенства и бедности в третьем мире, контролируемые Западом СМИ служат для обращения критически настроенной публики в пассивное стадо. Западные звезды и массовые развлечения стали важной составляющей в предотвращении возможности политического недовольства. Президентство Рейгана подчеркнуло важность манипуляций СМИ через широко известных, но политически реакционных мастеров развлечений, и это явление распространилось по Латинской Америке и Азии.

Существуют прямые связи между ростом числа телевизоров в Латинской Америке, снижения уровня доходов и снижения уровня массовой борьбы. В Латинской Америке между 1980 и 1990 число телевизоров на душу населения выросло на 40%, в то время как реальный средний доход сократился на 40% и куча неолибералов, чьи предвыборные кампании весьма зависят от телевизионные картинки, выиграли выборы.

Растущее вторжение СМИ в жизнь бедняков, растущие вложения и прибыли американских корпрораций, поставляющих культурный ширпотреб, и затопление массовых зрителей зрелищами, предоставляющими бедным возможность иллюзорного потребления и приключений "как в ящике", определяет нынешнюю задачу СКК.

Американские СМИ отчуждают народы третьего мира в двух смыслах. Они создают иллюзии "международных" и "межклассовых" связей. Через телекартинки устанавливается фальшивая близость и воображаемые узы между преуспевающими героями и обедневшими зрителями из "барриос" (трущоб -пер.). Такие связи создают возможность пропаганды личного решения частных проблем. Послание ясно. Жертвы сами виноваты в своей нищете, а успех зависит от личных усилий. Крупнейшие спутниковые теелстанции, американские и европейские филиалы СМИ в Латинской Америке избегают любой критики политико-экономических корней и последствий новейшего культур-империализма, который временно сбивает с толку и связывает миллионы обнищавших латиноамериканцев. Империализм и языковая политика культур-империализма создали двойную стратегию противостояния левым и установления своего господства. С одной стороны, они пытаются разрушить политический язык левых, с другой - сделать массы нечуствительными к преступлениям властей Запада. В 80-ые гг западные СМИ систематически присваивали основные идеи левых, выхолащивали их содержание и наполняли своим - реакционным. Например, СМИ описывали политиков, намеревающихся восстановить капитализм и способствовать неравенству как "реформаторов" или "революционеров", в то время как их оппоненты именовались "консерваторами". Культур-империализм пытался посеять идеологическую путаницу путем выворачивания наизнанку смыла в политическом языке. Многие прогрессивно настроенные люди были сбиты с толку. В результате они легче поддавались доводам имперских идеологов, что термины "правый" и "левый" лишены смысла, что разница между ними испчезла, что идеологии больше не существуют. Искажая язык левых и содержание правого и левого, культур-империалисты надеются подорвать политическое влияние и политические действия антиимпериалистических движений.

Вторая стратегия культур-империализма - лишить публику чувствительности, сделать массовые убийства западных государств обычными, приемлемыми действиями. Бомбежки Ирака изображались в духе компьютерных игр. Банализируя преступления против человечности, публику отучают от традиционных представлений, что человеческие страдания - недопустимы. Обращая ососбое внимание на новейшую военную технику, СМИ прославляет существующую власть и технологически продвинутые войны Запада.

Нынешний культур-империализм включает "новости", в которых оружие массового поражения наделяется человеческими качествами, в то время как жертвы из третьего мира - безликие "нападающие-террористы".

Манипуляция культурой в мировом масштабе поддерживается искажением политического языка. В Восточной Европе спекулянты и мафиози, захватывающие земли, предприятия и прочее имущество, описываются как "реформаторы". Контрабандистов именуют "изобретательными предпринимателями". На Западе предоставление управляющим неограниченного права нанимать и увольнять, усиление зависимости и неуверенности рабочих именуется "гибкостью рабсилы". В третьем мире распродажа государственного имущества гигантским ТНК-монополиям преподносится как "разрушение монополий". "Преобразование" - возвращение к условиям капитализма 19 века, когда рабочие лишены всяких социальных благ. "Реструктуризация" - возвращение к производству сырья или перевод средств из производства в спекуляции. "Отмена регулирования" - передача власти регулировать экономику от государства всеобщего благоденствия международным банковским заправилам. "Структурное приспособление" в Латинской Америке - передача большей части ресурсов инвесторам и снижение зарплаты. Предложения левых ( реформы, аграрная реформа, структурные изменения) изначально были направлены на перераспределение доходов. Эти принципы были присвоены и превращены в символы новой концентрации богатства, доходов и валсти в руках западной элиты. И, разумеется, все частные культурные организации империализма распространяют и пропагандируют эти орвелловские искажения. Современный культур-империализм подорвал язык освобождения, превратив его слова в символы реакции.

Культур-терроризм: либеральная тирания.

Так же как западный государственный терроризм пытается разрушить общественные движения, революционные правительства, и лишить слова гражданское общество, экономический терроризм МВФ и частных банков разрушает местную промышленность, подрывает общественную собственность и безжалостно разрушает жизнь наемных работников и их семей. Культур-терроризм ответственен за физическое вытеснение местной культуры и деятелей культуры. Культур-терроризм пользуется психологической слабостью и глубоким беспокойством уязвимых жителей треьего мира, особенно их ощущением своей "отсталости", "традиционности" и угнетенности, рисуя им новые картинки "мобильности" и "свободы выражения", разрушая старые связи с семьей и общиной, одновременно укрепляя новые цепи самозванной власти, связанной с корпорациями и рынками. Нападки на традиционные ограничения и обязательства - способ, которым капиталистический рынок и государство становятся окончательно центрами безоговорочной власти. Культур-империализм во имя "самовыражения" терроризирует жителей третьего мира, боящихся быть "традиционными", соблазняя их и манипулируя ими с помощью фальшивых образов "современности". Культур-империализм ставит под вопрос все ранее существовавшие отношения, препятствующие поклонению единственному современному божеству - рынку. Людей треьего мира развлекают, принуждают, завлекают быть "современными", подчиниться требованиям капиталистического рынка - бросить удобную, традиционную, свободную одежду ради плохо сидящих, неудобных тесных джинсов.

Культур-империализм действует успешнее всего через колонизированных посредников, культур-коллаборационистов. Типичные имперские коллаборационисты - образованные карьеристы третьего мира, подражающие своим хозяевам. Они раболепствуют перед Западом и нагло ведут себя перед своим народом, яркий образчик авторитарного типа. При поддержке банков и ТНК они получают огромное влияние в СМИ на государственном и местном уровне. Подражая Западу, они твердо придерживаются принципов состязания неравных участников, открытия страны и народа безжалостной эксплуатации во имя свободы торговли. Среди видных культур- коллаборационистов встречаются интелектуалы на службе, отрицающие наличие классового господства и имперской классовой войны, пользуясь жаргоном обьективной общественной науки. Они обожествляют рынок как абсолютного судью в вопросах добра и зла. Скрываясь за фразами о "региональном сотрудничестве", интелелктуалы-приспособленцы нападают на рабочий класс и национальные учреждения, ограничивающие движение капиталов. Сегодня по всему третьему миру находящиеся на содержании у Запада интеллектуалы принимают идеологию классового коллаборационизма. Вместо империализма они говорят о взаимозависимости. И неограниченный мировой рынок представляется как единственная возможность развития. Ирония заключается в том, что никогда ранее "рынок" не был так неблагосклонен к третьему миру. Никогда США, Европа и Япония не были так агрессивны в эксплуатации третьего мира. Культурное отчуждение интеллектуалов на жаловании от мировой реальности - побочный продукт господства западного культур-империлизма. Для тех критически настроенных интеллигентов, которые отказываются присоединиться к восхвалителям рынка, кто находится вне рамок официальных конференций, стоит задача - снова вернуться к классовой и антиимпериалистической борьбе.

Североамериканизация и басня о международной культуре

Один из величайших обманов нашего времени - заявление об "интернационализации" идей, рынков и движений. Вошло в моду употреблять словечки вроде "глобализация" или "интернационализация" для оправдания нападок на любой вид солидарности, общины или общественной ценности. Под прикрытием "международности" Европа и США превратились в основных экспортеров культурных штампов, наиболее подходящих для деполитизации и банализации повседневной жизни.  Образы личного продвижения, "самостоятельного успеха", упор на "сосредоточенность на себе" (массово производимые и распространяемые американскими СМИ в промышленных масштабах) стали основным орудием подавления треьего мира.

Неолиберализм продолжает процветать не потому, что он решает проблемы, а потому, что он служит интересам богачей и сильных мира сего и находит отклик среди некоторых слоев обнищавших "работающих на себя", заполонивших улицы третьего мира. Североамериканизация культур третьего мира происходит с благославления и при поддержке местных правящих классов, потому, что это помогает укрепить их власть. Новые культурные нормы - частное выше общего, человек выше общества, сенсации и насилие выше повседневной борьбы и общественных отношений - все это способствует вдалбливанию именно тех эгоцентрических ценностей, которые подрывают коллективные действия. Культура картинок, мимолетных впечатлений, сексуальных побед действует против размышления, убежденности и разделенных чувств дружбы и солидарности. Североамериканизация культуры означает внимание к знаменитостям, их частной жизни и сплетням.

Культура СМИ, прославляющая все "преходящее", отражает оторванность от почвы американского капитализма - его свободу нанимать и увольнять, перевести капитал за границу, не взирая на последствия для местных жителей. Басня о "свободе передвижения" отражает неспособность людей установить и укрепить общинные корни в условиях меняющихся запросов капитала. Североамериканская культура прославляет мимолетные, безличные связи как "свободу", в то время как на самом деле эти условия отражают отчуждение и бюрократическое подчинение массы личностей власти мирового капитала. Североамериканизация включает атаку по всем направлениям на традиции солидарности во имя современности, на классовую сознательность во имя индивидуализма, подрыв демократии через колоссальные кампании в СМИ, основанные на вытаскивании грязного белья.

Эта новая культурная тирания опирается на вездесущее бесконечное повторение премудростей рынка, однообразную культуру потребления и на подмоченную избирательную систему. Новая тирания СМИ стоит в одном ряду с иерерхическим государством и экономичесими учреждениями, которые из кабинетов международных банков дотягиваются до деревушки в Андах. Секрет успеха североамериканской культурной агрессии в третьем мире заключается в ее способности выделывать фантазии, позволяющие сбежать от реального убожества, производимого той же самой системой экономического и военного подавления. Важнейшие составляющие этого нового культур-империализма - сплав коммерциализации-сексуальности-консерватизма, и каждый из них представлен как идеализированное выражение частных нужд, личной самореализмации. Для некоторых жителей третьего мира, погруженных в повседневные дела и труды, непрерывную борьбу за выживание в окружении убожества и распада, фантазии североамериканских СМИ, как и евангелистов - картина "чего-то лучшего", надежда на лучшую будущую жизнь - или по крайне мере на сомнительное удовольствие наблюдать за другими, наслаждающимися ею.

Влияние культур-империализма

Если мы хотим понять причину отсутствия революционных изменений, несмотря на зрелость революционной ситуации, нам следует заново пересмотреть глубочайшее психологическое воздействие государственного насилия, политического террора и глубокого проникновения культурных/идеологических ценностей, пропагандируемых имперскими странами и впитанных угентенными народами. Государственное насилие в 70-х и 80-х причинило долгосрочный и широко распространенный психологический ущерб - страх радикальных предолжений, неверие в коллектив, чувство беспомощности перед властями - даже ненавистными. Террор заставил людей обратиться "вовнутрь" к частному.

Неолиберальная политика, сама по себе форма "экономического терроризма" привела к закрытию фабрик, отмены законов в защиту трудящихся, росту временных рабочих мест и росту нищенских "мелких бизнесов". Эта политика еще дальше раздробила рабочий класс и городское население. В условиях раздробленности, недоверия и приватизации, культурное послание империализма нашло подготовленную почву для использования восприимчивости уязвимых народов, поощряя и углубляя личное отчуждение, эгоцентричесике цели и конкуренцию за все более скудные ресурсы.

Культур-империализм и пропагндируемые им ценности сыграли основную роль в предотвращение коллективного ответа эксплуатируемых личностей на ухудшающиеся условия их жизни. Символы, картинки и идеологии, расползшиеся по третьему миру - главное препятствие превращению классовой эксплуатации и растущего обнищания в классовую сознательность -основу коллективных действий. Огромная победа империализма не только в прибылях, но и в захвате внутреннего пространства - сознания угнетенных, прямо через СМИ и косвенно через захват (или капитуляцию) его интеллекуталов и политиков. В такой степени, в которой возрождение массовой революционной политики возможно, оно должно начаться с обьявления войны не только условиям эксплуатации, но и культуре, которая подчиняет их жертвы.

Пределы культур-империализма

Против давления культур-империализма выступает сама реальность - личный опыт нищеты и эксплуатации, введенных западными банками, полицейско-военные репрессии (оружие поставляет США). Повседневная реальность, которую никакие СМИ с их сладкими сказочками не в силах изменить. В сознании народов третьего мира постоянно борются демон личного избавления (поддерживаемый СМИ) и внутреннее понимание, что коллективные действия и отвтетсвенность - единственный практичный ответ. В периоды роста общественной мобилизации солидарность преобладает, в эпоху поражения и упадка демоны индивидуальной алчности берут верх.

Существуют абсолютные пределы способности культур-империализма отвлекать и заморочивать людей, за которыми начинается их массовое отторжение. "Ломящиеся столы" на телеэкране противостоят реальности пустой кухни, галантные приключения телегероев разбиваются вдребезги при виде плачущих от голода детей. В уличных столкновениях бутылка Кока-колы становится коктейлем молотова. Обещание богатства превращаяется в издевку для тех, кому постоянно отказывают в самом необходимом. Продолжительное обнищание и распространенный упадок стирают блеск и привлекательность с фантазий СМИ.

Лживые посулы культур-империализма превращаются в тему ядовитых насмешек, в нечто ничтожное и не относящееся к делу.

Привлекательность культур-империализма ограничена сохранившимися связями  - местными и более широктми - которые имеют свои ценности и правила. Где классовые, расовые, гендерные и национальные связи выживают и привычка к коллективным действиям сильна, влияние СМИ ограничено или отвергается. (В ряде стран, в том числе в Аргентине и Венесуэле борьба принимает форму создания "своих" СМИ, например, общинного телевидения с участием всех жителей -пер.)

В той степени, в которой предшествующие культуры и традиции существуют, они образуют "замкнутый круг", обьединяющий общественные и культурные обычаи, направленные внутрь и вниз, не наружу и вверх. Во многих общинах существует явное отвержение "модерновых" примеров развивательно-индивидуального подхода, связанного с всемогуществом рынка. Исторические корни живой солидарности и антиимпериалистических движений находятся в устойчивых национальных и производтсвенных общинах - в шахтерских городках, рыбачьих и лесорубных поселках, в промышленных центрах. Где работа, община и класс сливаются с коллективными культурными традициями и действиями, культур-империализм отступает.

Эффективность культур-империализма не завист просто от технических навыков манипуляции, но от способности государства доводить население до скотского состояния, распылять его, лишать его надежды и коллективной веры в равенство.

Культурное осовобождение требует не просто "дать возможность" людям и классам, но зависит от создания общественно-политической силы, способной противостоять государственному террору, который подготавливает культурное вторжение. Культурная самостоятельность зависит от общественных сил, и общественные силы рассматриваются правящими классами как угроза экономическим и государственным властям. Точно так же, как культурная борьба укореняется в ценностях самостоятельности, общины и солидарности, которые необходимы для роста сознательности для общественных перемен, политическая и военная мощь необходима для поддержания культурных основ классовой и национальной самобытности.

Самое важное, левые должны возродить веру и идею нового общества, основанного на духовных, так же как и на материальных ценностях: красоте, а не только работе. Солидарность, связанная с щедростью и достоинством. Там, где способы производства подчинены усилиям укрепить и углубить прочные личностные связи и дружбу.

Социализм должен признать желание побыть одному, быть задушевным, так же как быть общественным и колективным (хочу добавить, что Чернышевский писал об этом лет 150 назад -пер.). Превыще всего, новое вИдение должно вдохновлять людей потому, что оно созвучно с их желанием не только быть свободными от подавления, но и свободными создавать осмысленную жизнь, с дружескими отношениями, которые не служат корыстной цели, которые выходят за рамки повседневной работы, даже когда она вдохновляет на продолжение борьбы. Культур-империализм процветает на таких уловках как новинки, мимолетные связи и использование других людей в своих целях, но никогда - на подлинных близких отношениях, основанных на личной честности, равенстве полов и общественной солидарности.

(Картинки маскируют массовые государственные убийства, так же, как технократическая заумь оправдывает оружие массого разрушения ("умные бомбы"). Культур-империализма в эпоху "демократии" должен искажать реальность в имперской стране для оправдания агрессии - превращая жертв в агерссоров и агерссоров в жертв.

Так что в Панаме имперское гсоударство США и СМИ изображали Панаму как наркотическую угрозу молодежи в США, в то время как на рабоимче квраталы сбрасывали бомбы.

Сальвадор и Гватемала в 1980-е весьма показательны.

Никарагуа при сандинистах и Чили при Альенде - символы.)

Д. Петрас


Оригинал опубликован на
http://www.rebelion.org/petras/english/cultural_imperialism.htm

Перевод Аллы Никоновой

http://left.ru/2004/13/petras112.html


0.72920107841492