15/01
10/01
28/12
20/12
18/12
28/11
21/11
14/11
07/11
02/11
25/10
18/10
10/10
08/10
02/10
22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
Архив материалов
 
Нас ожидает новый брежневизм?

Перестройка, начатая в 1985 году, заканчивается только сейчас. Нынешние выборы стали предпоследним шагом, а в 2008 году будет сделан последний шаг. И если только элиты не спотыкнуться, то нас ожидает новый застой – второе издание брежневизма. Особо оговорюсь – не возврат к брежневизму (возврата в истории вообще не бывает), а именно второе издание – дополненное и переработанное. В принципе, мы должны были придти к этому в году так в 1995-м, через десять лет после «судьбоносного» Апрельского пленума. Однако, страна заблудилась и забрела в пущу «демократии», из которой нас вывели только недавно – с большими, надо сказать, потерями. Тем не менее, перестройка своих целей почти достигла. В стране практически сложилась та система, которая должна была возникнуть без революции и распада СССР.
     В самом деле, давайте представим себе, что бы мы получили в случае победы перестройки. А мы бы получили примерно тоже, что имеем сейчас. Ведущую партию, чья политическая монополия очевидна, но предполагает наличие еще нескольких легальных партий – для «приличия». Имела бы «обновленная» КПСС в Верховном Совете свои две трети, а рядом с ней было бы несколько фракций: той же самой ЛДПР (она была создана еще в перестройку), каких-нибудь социал-демократов (типа СР) и коммунистов-державников а ля КПРФ (если кто помнит, была у нас такая КП РСФСР). Что же до президента СССР, то он умело «балансировал» бы между нардепами и своей партией.
     Это политика, а в экономике утвердился бы госкапитализм. Несколько крупных госкорпораций успешно рулили бы народным хозяйством, допуская наличие периферийного частного сектора (средний и мелкий бизнес). Ну, а сырьевая ориентация и так была присуща советской экономике – тут уже и менять ничего особо было бы не нужно.
     А во внешней политике проводился бы курс, достаточно независимый от Запада, но только уже без какой-либо конфронтации.
     В общем, было бы почти тоже самое, что и сейчас. Только вот цену мы за это заплатили бы гораздо меньшую. Не было бы миллионов погибших, порушенной «социалки», потерянных земель. Но по любому – был бы новый «застой».
     А что это, кстати, такое – застой? У нас, еще с горбачевских времен, принято воспринимать это слово как ругательное. На самом же деле, тут все гораздо сложнее. Застой, сам по себе, не хорош и не плох. Он представляет собой естественную и закономерную часть любого модернизационного цикла. Это стабилизация процесса, которая осуществляется за счет его развития. При этом от самого развития никто не отказывается, просто оно переводится в иной формат. Вместо развития вглубь происходит развитие вширь.
     России известны такие периоды. Так, на смену реформам Александра II пришли контр-реформы Александра III. Последние вовсе не отменяли первые, просто они их корректировали, стабилизируя политико-экономический строй. К примеру, выборные земства сохранялись, но на местах вводился охранительный институт земских начальников.
     В СССР образцом контр-реформы следует признать брежневизм. Он был стабилизационной реакцией на хрущевские преобразования. При этом от самих преобразований не отказались, их только скорректировали в нужном направлении. Хрущев передал власть в руки партийной олиграхии, пойдя на ревизию сталинизма. «Разоблаченный» им Сталин, был сторонником опоры на государственную бюрократию и пытался перенести центр власти в Совет министров (с мая 1941 года и до самой своей смерти «отец народов» занимал пост главы правительства и относился к нему как к главному).
     Брежнев закрепил «достижение» Хрущева, отказавшись от его «волюнтаризма». Как известно. Никита Сергеевич был человеком довольно своенравным и далеко не всегда прислушивался к мнению партноменклатуры. В результате его сместили, поставив во главе партии Брежнева, бывшего верным проводником воли партийной олигархии. Так началася застой, в течение которого партократия стабилизировала свое положение и «обкатала» технологию управления.
     В 80-е годы, однако, стало ясно, что систему пора реформировать. Советское общество настолько усложнилось, что им уже нельзя было управлять из одного центра. Тем более, что засилье партийцев встречало глухое недовольство разных сегментов государственной бюрократии: хозяйственников, военных и т. д. Вот тогда-то и был провозглашен курс на перестройку.
     Если отбросить всю тогдашнюю фразеологию о «социализме с человеческим лицом» и т. д., то суть реформации сводилась к следующему. Партийная бюрократия предложила государственной бюрократии значительно большую самостоятельность. Для этого контроль партии над обществом существенно сокращался, а в экономике был открыт «красный свет» для разного рода «хозяйствующих субъектов (в том числе и «теневиков»). При этом допускались - формальная многопартийность и реальный плюрализм мнений. И еще – партия сворачивала идеологическую конфронтацию с Западом.
     Однако на каком-то моменте партийная номенклатура потеряла контроль над ситуаций. А государственная бюрократия, напротив, его перехватила, использовав для этой цели госструктуры РФ и т. н. «демократическое движение». (Кстати, сделать это было легко, ибо РСФСР свою компартию иметь запрещали - вплоть до создания в 1990 году КП РСФСР, которая ничем себя проявить просто не успела. Дискриминация России в СССР больно ударила по самим же коммунистам.) Итог – СССР был разрушен, а КПСС отстранена от власти и распущена. Перестройка вступила в революционную фазу, которая растянулась на все 90-е годы. И только в последние восемь лет произошел некоторый возврат к целям и задачам прежней, эволюционной перестройки. Бюрократия наконец-то сорганизовалась в мощную партию (сильно напоминающую корпорацию) и переформатировала «дикий» капитализм в «государственный». По сути, в стране возникла «новая КПСС» («КПСС-2»), но только уже без марксизма-ленинизма и, вообще, без какой-либо четкой идеологии. Теперь эта система должна стабилизироваться, что мы, скорее всего, и будем наблюдать в течение ближайших 10-15-20 лет.
     Это лишний раз подтверждают нынешние выборы, которые повергли в шок оппозицию. Многие оппозиционеры немедленно заговорили о «нечестной игре», «админресурсе» и т. д. Между тем ошеломительный успех ЕР был обеспечен, прежде всего, высокой явкой избирателей (60 % «против» 55 % на прошлых выборах). «Единороссы» сумели мобилизовать «аполитичный» электорат, которому не нужны «интересные» выборы с «интригой». Голосуя за ЕР, люди голосовали за стабильность, за «новую КПСС» и «новый брежневизм» - с полными прилавками. А оппозиция оказалась совершенно не готова к таким ожиданием, что, впрочем, является одним из следствий ее затянувшегося кризиса.
     Итак, нас ожидает новый застой? Да, скорее всего. Хотя полной уверенности здесь быть не может. Все еще может поменяться. Слишком уж долго длилась революционная фаза перестройки, и это оказало травмирующее воздействие на все общество. Существует множество болевых точек, на которые могут надавить разного рода политические игроки. Недовольные есть, их много. Более чем достаточно тех, кто недоволен своим положением в обществе. Причем, среди таких хватает и элитариев, тоскующих по 90-м и тогдашнему «раздолью». Многим хочется интересного зрелища, которое неизменно разыгрывалось на выборах в 90-е. И это зрелище им могут устроить - в том случае, если на «верху» развернется мощная драка за власть. А предпосылки для этого есть - непонятно, что будет с институтом президентства в условиях резкого усиления влияния ведущей партии. Если правящая элита благополучно проскочит 2008 год и обеспечит равновесие двух «центров» - партии и президента, то лет на 10-15-20 нам обеспечено стабильное существование при ограниченном развитии. А потом - новая перестройка, к которой надо подготовиться как следует.
    

Александр Елисеев

 

http://www.rustrana.ru/article.php?nid=347185


0.35362005233765