22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
28/07
26/07
19/07
15/07
11/07
10/07
06/07
03/07
Архив материалов
 
Какой послевоенный мир нам нужен в Южной Осетии?

 

1.

Появление в Южной Осетии частей российской 58 армии, пришедшей на помощь российским миротворцам и осетинским добровольцам, привело к перелому в грузино-югоосетинском конфликте. Как отмечают российские военные аналитики: «С появлением в зоне боевых действий частей регулярной армии РФ со штатной техникой и вооружением и при поддержке ВВС, Грузия полностью лишилась каких-либо военных перспектив в конфликте с непризнанной республикой». (Г. Нечаев «Третья сторона войны» «Взгляд.Ру»). Конечно, трудно отрицать, что  боеспособность армии Грузии после военной реформы, произведенной Саакашвили  при помощи США, резко повысилась. Грузия теперь имеет контрактную 30-тысячную армию, вооруженную по последнему слову западной техники, обученную американскими военными специалистами, имеющими большой опыт боевых действий в разных точек мира. Причем,  1 тысяча военнослужащих из этих 30-ти тысяч прошли службу в Ираке и специально подготовлены для борьбы с городскими партизанами. Западные эксперты отмечают, что начало военной операции против Цхинвали, которая была проведена ночью, еще раз подтверждает хорошую подготовку грузинских военных: не всякая армия мира способна в наше время  на ночную операцию. Грузия располагает также 100-тысячным контингентом резервистов. Хотя они не являются военными профессионалами, все же следует отметить их высокий моральный дух. Они  сплочены и вдохновлены идеями радикального грузинского национализма, которые вбивали в них при помощи СМИ Грузии с самого момента объявления независимости этой республики. Грузинское руководство не может, конечно, строить на них свои планы, но может вполне успешно использовать их в качестве «пушечного мяса». Наконец, за годы правления Саакашвили военный бюджет Грузии возрос с 30 миллионов до 1 миллиарда долларов США за счет приватизации госпредприятий и иностранных инвестиций, так что финансовое обеспечение войны в Грузии также «на высоте».  Вырученные средства активно расходовались на перевооружение грузинской армии. По данным министерства обороны России, «за последнее время Грузии были поставлены 206 танков, в том числе 175 - государствами НАТО, 186 бронированных машин (из них 126 - от НАТО), 79 артиллерийских орудий (67 - от НАТО), 25 вертолетов (12 - от НАТО), 70 минометов, 10 зенитно-ракетных комплексов, 8 беспилотных летательных аппаратов израильского производства, другие вооружения. Кроме того, страны НАТО передали Грузии 4 боевых самолета». («Грузию вооружали всем миром» «КМ.Ру»).

Вместе с тем очевидно, что как бы хорошо ни готовилась Грузия к войне, ее военная мощь несравнима с российской. Не будем забывать все же, что Грузия – небольшая республика, чье население составляет лишь 4, 5 миллиона человек, то есть чуть ли не вдвое меньше чем у такого российского мегаполиса, чем Москва.  Впечатляют цифры соотношения сил в зоне грузино-южноосетинского конфликта, приводимые радиостанцией «Эхо Москвы»: «Численность войск: Грузия – 30 тысяч человек. Южная Осетия – 3 тысячи, 58-я армия – 80 тысяч человек. Танки: Грузия – 120, Южная Осетия – 87, 58-я армия – 609. Установки «Град: Грузия – 18, Южная Осетия – 23, 58-я армия – 190. Самолеты: Грузия – 9, Южная Осетия – нет, 58-я армия – 120». Причем, как отмечал военный эксперт Г. Нечаев, не будем забывать, что у Грузии это  значительная часть ее военной мощи и сверх этого у нее почти ничего нет, что же касается России, то это лишь малая часть российских вооруженных сил. Скажем, даже если грузинским ПВО удастся сбить 9 российских самолетов, то в распоряжении 58 армии останется  еще 111, да и недостающие 9 с легкостью будут подтянуты с территории России. Если же российские войска уничтожат 9 грузинских военных самолетов, то тем самым они уничтожат все авиационные силы Грузи в Южной Осетии и значительную часть  ВВС Грузии.  Неудивительно, что с подходом 58 армии к окраинам Цхинвали, грузинская сторона заговорила о «гуманитарном прекращении огня», грузинская авиация срочно покинула воздушное пространство над столицей непризнанной республики, а обстрел города принял эпизодический характер.

Надо полагать, что Саакашвили    не ожидал вмешательства в конфликт  российских вооруженных сил и надеялся на «молниеносную войну» против южно-осетинских формирований и российских миротворцев, на которую у Грузии вполне бы хватило сил. Однако Саакашвили подвела его беспримерная наглость. Прямые удары по штабу российских миротворцев, повлекшие за  собой многочисленные жертвы, поставили российское руководство в практически безвыходное положение. Отказываться от вмешательства в конфликт под предлогом «гуманитарных соображений» значило бы теперь не только бросить на произвол судьбы своих собственных военнослужащих, но и окончательно подорвать репутацию России и в на Кавказе, и в мире в целом. Более того, это могло спровоцировать внутрироссийский политический кризис. Одно дело, когда  грузинские полицейские избивают российских военнослужащих и выворачивают им руки перед объективами телекамер, а совсем другое, когда их убивают. Может быть, определенным кругам в Кремле и хотелось спустить дело «на тормозах», но «горячий грузинский парень» Мишико не оставил им иного выхода.   Теперь же у России обратной дороги нет: военная операция «по принуждению к миру» должна быть доведена до конца. Хуже уже все равно не будет, даже если бы Кремль не выдержал давления со стороны Запада и приказал «вывести войска с территории Грузии», читай – Южной Осетии, как того требует Кондолиза Райс, в глазах западного истэблишмента Россия все равно останется «агрессором».    

Конечно, Россия будет вести военную операцию с большой осторожностью, стараясь свести к минимуму количество жертв со стороны грузинской стороны и особенно, среди мирных жителей прилегающих к границе грузинских населенных пунктов. Ведь несомненно, даже в случае минимума таких жертв, грузинские и западные СМИ поднимут истерию о «российских военных преступлениях на территории независимой Грузии» и не стоит давать им для этого лишние поводы. Это замедлит саму военную операцию, но можно не сомневаться, что в ближайшее время грузинские войска будут вытеснены из Южной Осетии. Тут и возникает проблема «послевоенного мира»  в регионе, про которую сейчас мало кто задувается, видимо, исходя из того, что пока гремят пушки и гранатометы, о мире рассуждать рано. Однако это заблуждение; русская поговорка говорит: «готовь сани летом», исходя из того же принципа  архитектуру будущего мира нужно конструировать, пока идет война. Потом будет уже поздно.

 

2.

Можно не сомневаться в том, что после бесславного окончания грузинского «блицкрига» М. Саакашвили попытается добиться тех же целей дипломатическими средствами. При поддержке США и Евросоюза он будет требовать вывода из зоны конфликта российских войск, как «дискредитировавших» статус миротворцев, разоружения и расформирования южноосетинских подразделений как «незаконных вооруженных формирований», и введения на территорию «Цхинвальского региона», как называют в Грузии Южную Осетию,  международных миротворцев, например, из военнослужащих государств – членов НАТО. При этом Грузия может заявить, что сама она готова не принимать участия в миротворческом контингенте и рассчитывает, что он будет действовать лишь исходя из постулатов международного права. Тем самым грузинское руководство достигнет сразу двух целей. Во-первых, оно «сохранит лицо» перед мировым сообществом, так как после этого формально никто Грузию не сможет упрекнуть, что она решает свои проблемы в обход международного права. А во-вторых, оно все равно достигнет желаемого, поскольку, очевидно, что натовские миротворцы будут осуществлять волю США, а Соединенные Штаты стоят в этом конфликте всецело на стороне Грузии. Пример недавней войны в Югославии ясно показывает: к чему приводят такие «миротворческие инициативы» Запада. Попытаемся обрисовать примерный сценарий развития событий. Натовские миротворцы на территории Южной Осетии займут позицию невмешательства в конфликт, в то время как подразделения грузинской полиции под предлогом борьбы с «незаконными вооруженными формированиями Кокойты» на территории «Цхинвальского региона», то есть Южной Осетии, формально входящей в состав Грузии,  начнут этнические чистки, целью которых будет вытеснение осетин на территорию России. Когда эта цель будет достигнута, начнется «возвращение» грузинского населения, бежавшего из зоны конфликта в 1990-1991 г.г. В итоге южно-осетинский регион будет в кратчайшие сроки грузифицирован и тем самым накрепко прикреплен к Грузии. Кроме того, Грузия инициирует, а Запад поддержит создание какого-нибудь международного трибунала по «бывшей Южной Осетии»,   который «объявит в розыск» не только руководителей непризнанной республики, но и российских высших офицеров, которые стояли во главе нынешней военной операции. 

Это не фантазии автора, отнюдь. Вспомним, что схожим образом развивались события в Хорватии  в августе 1995 года, когда хорватские военные формирования беспрепятственно прошли сквозь линию французских миротворцев и в течение 5 дней захватили непризнанную республику Сербская Краина, сломив сопротивление ее малочисленной и плохо вооруженной  армии. В итоге 150 000 сербов бежали из региона, где их предки жили веками, хорватские войска добили стариков, которые не пожелали бежать и сожгли 85% сербских домов, дабы предотвратить возвращение хозяев. Теперь никакой Сербской Краины не существует, это - регион Хорватии, населенный преимущественно хорватами. 

Вряд ли нужно долго доказывать, что России следует стараться всеми силами предотвратить такое развитие событий. Как этого можно добиться?

 

3.

Оптимальным сценарием стал бы политический кризис и смена власти в самой Грузии. Военное поражение в Южной Осетии популярности Саакашвили не добавит.  Обострятся противоречия в среде грузинского руководства, активизируется оппозиция. Падение режима Саакашвили и начало гражданского противостояния, по сути, поставит крест на планах грузинских националистов в ближайшие сроки завоевать Южную Осетию и Абхазию. Это доказывает опыт первого  грузино-югоосетинского конфликта в 1990-1992 г.г. Напомним, что тогда тбилисское руководство предпринимало уже активные и беспрецедентные по жестокости меры против провозгласившей в 1990 г. независимость Южной Осетии. Совет энергетиков Грузии отключил в Цхинвали электроэнергию, в результате чего погибло множество больных в больницах и младенцев  в роддомах. Грузинские полицейские и военные блокировали Цхинвали, занимались настоящим геноцидом в осетинских селах, обстреливали город. Южную Осетию спасло не только героическое сопротивление ее ополченцев и добровольцев из России, которое, конечно, тоже сыграло свою роль, но и разразившаяся в самой Грузии гражданская война между сторонниками и противниками тогдашнего президента З. Гамсахурдиа.  Грузинам стало не до мятежных нацрегионов, и конфликт был «спущен на тормозах». Затем, после прихода к власти Э. Шеварнадзе и были заключены Дагомысские соглашения и в Южную Осетию вошли смешанные миротворческие формирования, включавшие и российских военнослужащих.  Это позволило Южной Осетии практически беспрепятственно существовать в течение почти 18 лет на правах независимого государства, формально являясь частью Грузии. Новая политическая дестабилизация в Грузии на волне антивоенных настроений поможет опять законсервировать проблему на несколько лет, а то и десятилетий и обеспечит продолжение независимости Южной Осетии де-факто. При этом российские миротворцы беспрепятственно смогут находиться на территории Южной Осетии. Если же к власти в Грузии придут пророссийские и антиамериканские силы, то эта независимость может обрести статус де-юре. Возможность такого развития событий зависит в частности и от России, а точнее от активности ее спецслужб на территории Грузии и в среде грузинской диаспоры в России и от политической воли ее руководства. Не будем уподобляться записным моралистам и назовем вещи своими именами: такие, разумеется,  негласные попытки поддержки «нужной оппозиции» предпринимаются всеми странами, в том числе и США, которые не устают поучать мир с самым высокомерным видом. Так, может, России учесть и перенять этот американский опыт?

Менее оптимистичный сценарий развития событий состоит в том, то М. Саакашвили останется у власти и Грузия в значительной мере сохранит и свои воинственные устремления, и свои военные возможности.  Думается, в этой ситуации России следует настаивать на «нулевом варианте». Он состоит в том, чтобы после окончания военных действий в Южной Осетии, вернуть ситуацию в регионе к тому положению, которое было до 8 августа 2008 года. Этот вариант является компромиссным и для России, и для Грузии. Россия в этом случае отказывается от плодов своей военной победы (ведь фактически после вытеснения грузинских войск из Южной Осетии Россия будет иметь полную возможность вообще остаться там навсегда по праву сильного). Грузия в этом случае отказывается от своих притязаний вытеснить российских миротворцев из Южной Осетии, при этом она ничего не приобретает, но и ничего не теряет.  Естественно, для Грузии этот вариант – один из худших  (хотя и не самый худший) и она пойдет на него, только если почувствует, что поддержка США и Евросоюза ослабла. Добиться этого вполне в силах России. Прежде всего, Россия должна в полную мощь задействовать свою систему информационной безопасности. При помощи газет, распространяющихся за границей, радиостанций и телеканалов, вещающих на ближнее и дальнее зарубежье, Интернета, а также СМИ дружественных России государств и политических сил на Западе, Россия должна донести да зарубежного общественного мнения свою версию событий в Южной Осетии, отличную от грузинской, которую сегодня несут в массы западные СМИ. Нужно ознакомить международные правозащитные организации, например, «Международную амнистию», с фактами геноцида мирного населения со стороны грузинских войск в ходе конфликта.  Возможно обращение в Международный суд с обвинениями политического и военного руководства Грузии в «преступлениях против человечности» и «военных преступлениях».

Далее, России следует играть на противоречиях между Европой и США. Хотя сейчас они и выступают единым фронтом в оценках ситуации в Южной Осетии, очевидно, между ними есть   существенные противоречия. Так, Евросоюз не очень доволен слишком уж проамериканской позицией руководства Грузии (равно, как и Украины, стран Балтии и Восточной Европы), так как вряд ли его радует укрепление США в Закавказье, тогда как Брюссель рассматривает этот регион и как сферу своих интересов.  

Наконец,  для Америки очень важно влияние в Грузии, ведь это связано с  ее претензиями на каспийскую нефть, но все же речь не идет о жизненно важных интересах и ,конечно, уж никто не считает  Саакашвили незаменимым партнером Америки, особенно после того как он так неуклюже сорвал «молниеносную войну», на которую, несомненно, дал принципиальное согласие Вашингтон.  В любом случае нахождение российских миротворцев на территории Южной Осетии вполне может быть предметом дипломатического торга между Россией и США и компромисс здесь возможен. Если он будет достигнут, можно будет только удивиться резкому изменению позиции западных СМИ в оценке фигуры Саакашвили и действий грузинских военных в зоне грузино-югоосетинского конфликта…

Высказанные предположения являются предварительными и общими. Свою задачу я, скорее, вижу в том, чтоб инициировать в СМИ обсуждение перспектив  сценариев послевоенного мира в Южной Осетии, дабы Россия могла добиться максимальной реализации своих национальных интересов в этой ситуации. Мнения, которые будут высказываться публицистами, политиками, представителями общественных организаций, могут и должны повлиять  на выработку концепции новой политики Российской Федерации в отношении ЮжнойОсетии и Грузии.



0.22979116439819