06/09
27/08
19/08
09/08
01/08
30/07
17/07
09/07
21/06
20/06
18/06
09/06
01/06
19/05
10/05
28/04
26/04
18/04
13/04
09/04
04/04
28/03
22/03
13/03
10/03
Архив материалов
 
Кто сильнее всех пострадал от кризиса?

Уже полтора года в мире разворачивается небывалый по масштабам финансовый кризис. В ситуации, когда отпираться стало совсем невозможно, угрозу долларовой системе признало, наконец, правительство США. Совсем недавно было официально признано, что рецессия в американской экономике идет уже с IV квартала 2007 года. Но все равно первое лицо Америки продолжало убеждать сограждан во временном характере трудностей и скором разрешении проблем. Правда, весь остальной мир, который производит 80 процентов мирового ВВП, а потребляет только 60 процентов, дошел до осознания реальности угрозы намного быстрей, чем в главном эмиссионном центре мира.

Однако американцы настолько уверовали в возможность и дальше жить, потребляя в два раза больше, чем производят, и, развивая исключительно финансово-спекулятивную экономику, что им и в голову не могло придти, что так будет не всегда.

А что другие центры? Куда они смотрят? Пиковая осенняя нагрузка кризиса разделила страны на два разряда: пострадавшие и прогоревшие. К последним, что очень показательно, можно отнести огромное число новодемократических сателлитов США: Прибалтику, многострадальную Украину, Польшу. А также – Пакистан, который окончательно погряз и во внутренних, и во внешних проблемах не без участия американского «друга».

Из числа крупных европейских стран серьезно пострадала Великобритания – даже в сравнении с той же Францией и Германией. Причина – серьезная вовлеченность в спекулятивные аферы. К этой же группе можно отнести и Россию, слабость финансовой составляющей и спекулятивный характер инвестиций у которой в некоторой степени скомпенсировал высокий уровень золотовалютных резервов, полученный благодаря высоким ценам на энергоносители.

Страны, в которых по причине религиозных или политических причин не было увлечения фондовыми рынками (Индия, Иран, Южная Корея) и высокорискованного кредитования, оказались во вполне благополучном состоянии. Основной их проблемой оказалась вторая волна кризиса, выраженная в падении цен на ресурсы, в частности нефти, и снижении потребления в странах «золотого миллиарда». Последнее вызвало и падение темпов роста Китая.

Очевидно, что кризис по этим странам ударит тем больнее, чем продолжительней и глубже будет кризис в основных экономиках Запада. Падение цен на нефть уже вызвало двоякие чувства у стран членов ОПЕК: с одной стороны, они пытаются сократить добычу, чтобы посредством снижения предложения подстегнуть цену. С другой стороны, явно прослеживается желание продать как можно больше, чтобы не оказаться без «заначки» на черный день. Потеря рынка сбыта для стран «сборочных цехов», «грязных производств» и «фабрик пошива» (Малайзия, Индонезия, Филиппины, Таиланд, Индия, Китай) существенно ограничит приток средств, который им крайне необходим. А найти новые в существующей ситуации практически невозможно. Введение же протекционистских мер Западом и восстановление промышленного потенциала может растянуть внутренний стран кризис «стран – сборочных цехов» на долгие годы.

Бросок юаня пока откладывается

Конечно, полностью доллару утонуть не дадут. Китай продолжает выкупать американский госдолг, а европейцы покупают облигации Федерального Резерва с практически нулевой доходностью. Невыгодность краха доллара заключается и в угрозе сгорания накопленных средств. В современном мире золотовалютные резервы Центробанков в основном валютные, золота там или нет или – незначительная доля. Основная валюта резервов – доллар, до введения евро он был фактически единственной резервной валютой и продолжает сохранять свои позиции. Неслучайно именно нефтяные монархии поспешили оказать помощь МВФ, которому перестало хватать средств для раздачи экстренных стабилизационных кредитов.

К ним же присоединилась Япония, которую лишь недавно обогнал Китай по объему накопленных американских «долговых расписок». Китай по итогам переговоров с США также согласился оказать посильную помощь в спасении мировой финансовой системы, несмотря на то, что стороны не пришли ни к одному другому значимому решению. Китай требовал от США открыть доступ для китайских инвестиций, а США от Китая – прекратить поддерживать дешевый юань.

Китайские действия абсолютно понятны: несмотря на его желание стать одним из мировых центров силы, мощь валюты Поднебесной пока недостаточна для претензий на роль резервной. Как по причине недооцененности, которая позволяет китайским товарам занимать определенную нишу и привлекать финансовые и интеллектуальные инвестиции, так и по еще недостаточному политическому весу. Вряд ли высшее руководство КНР намерено ограничиться региональным уровнем – оно стремится выйти на общемировой. Крах доллара в настоящий момент времени оно рассматривает как преждевременный, отлично понимая, что занимать новые позиции надо в условиях ломки старой системы.

Евро выходит на позиции резервной мировой валюты В отличие от юаня, евро имеет прочные региональные позиции. При этом стабильность евровалюты поддерживается за счет экономической мощи Германии, Франции и Италии. Основные усилия будут сконцентрированы на укреплении целостности самого ЕС, пожелание видеть который «единым и сильным» совсем недавно выразил Саркози. Организация Средиземноморского союза позволит закрепить позиции как Евросоюза, так и евро в наиболее близком и важном для Европы регионе (можно вспомнить и транспортное значение Египта, и нефть Алжира), но при этом сохранять определенную дистанцию, не принимая новые страны в ЕС. Особенно отчетливо это проявляется в случае Турции, которую принимать не спешат, но и отпускать в свободное плавание не отпускают. Прием ее в Средиземноморский союз позволит разрешить это противоречие.

Очевидно, что зона влияния евро в перспективе будет расширяться за счет новых стран-членов ЕС, а также стран, традиционно входящих в зону влияния европейских держав. Ряд валют (например, западно-африканский франк КФА) будет привязано к евро, а значительное число Центробанков различных стран резко повысит и без того немалую долю евро в своих запасах. Эксперты уже сейчас оценивают численность пользующихся евро в 500 миллионов человек, хотя население еврозоны составляет всего 320 миллионов. С учетом перспектив включения новых стран в повседневные расчеты в евро, число людей, пользующихся этой валютой, составит 800 миллионов человек. А в международных расчетах евро, как минимум, будет делить первое место с американским долларом.

Новые члены Евросоюза, не входящие в еврозону, могут при достижении необходимых условий вступить в нее. Ряд стран уже привязали свои валюты к евро или используют европейскую валюту без договоренностей. Противятся вхождению в еврозону Великобритания, Дания и Швеция, хотя недавно были озвучены слухи о возможном присоединении к ней двух первых стран. Но если для Дании это вопрос времени, все внешние расчеты она проводит в евро, то Британия пытается сохранить независимость фунта стерлинга и вряд ли согласится входить в союз, где главенствующую роль играют ее давние геополитические противники. В то же время, оставаясь в стороне от зоны евро Великобритания может (особенно в условиях нынешнего кризиса) окончательно утратить шансы на сохранение самостоятельного геополитического влияния.

Перспективы рубля как региональной валюты

На роль крупной региональной валюты претендует и рубль. Руководство нашей страны давно уже заявляло о стремлении придать национальной валюте подобный статус. К тому же за последние годы активизировалась внешнеэкономическая кооперация РФ со странами ближайшего окружения. Структуры ЕврАзЭС и СНГ могут оказать важное содействие процессу. Первым успехом может стать согласие Белоруссии на переход во внешних расчетах на российский рубль. На фоне отложенного в долгий ящик перехода на единую валюту в Союзном государстве эта подвижка является существенной. Примечательно, что сам Александр Лукашенко заявил: «Белоруссия внесла свой посильный вклад в придание российскому рублю статуса региональной валюты».

Отметим, что для подобного решения есть экономические предпосылки. Основным рынком сбыта белорусских товаров является российский, доля России в сбыте продукции машиностроительного комплекса составляет порядка 80%, при этом на Россию приходится треть экспортной выручки Белоруссии, а остальные две трети в основном формируется из экспорта в Европу продуктов нефтехимии и удобрений, сырье для производства которых поступает из России. Немаловажную роль российский рынок играет в реализации белорусской сельскохозяйственной и текстильной продукции. Соответственно, закупая энергоносители и продавая свою продукцию в России, Белоруссия вполне может использовать российские рубли.

Сложнее обстоит дело на других направлениях. В экономических отношениях РФ со странами Средней Азии и Казахстаном основные экспортные товары данных республик во многом совпадают с российскими (зерно, нефть, газ, металлы). Если Россия намерена делать ставку на экспансию рубля в Средней Азии и Казахстане, то ей придется начинать увеличить долю высокотехнологичных товаров, конкурентных на рынках наших соседей. Развивая уже завоеванные плацдармы в сфере энергетики, геологоразведки, строительства и модернизации горнодобывающих и перерабатывающих комбинатов мы сможем включить данный рынок в сферу политического, финансового и экономического влияния.

При этом не стоит забывать, что среднеазиатский регион активно включается в зону влияния Пекина и здесь нам придется вступать в конкуренцию с противником, который имеет перед нами существенные преимущества. Например, текстиль из КНР превалирует над продукцией местного производства, а российский текстиль на рынке фактически отсутствует. То же самое можно сказать и про электронику, бытовую и промышленную технику и многое другое. А рост инвестиций из Китая нарастает с каждым годом и вполне возможно, что очень скоро китайский капитал в Средней Азии и Казахстане займет доминирующие позиции.

Еще одной слабой стороной рубля является гипертрофированная зависимость российской экономики от мировых цен на небольшое число сырьевых товаров и энергоносителей. В стратегическом отношении необходима структурная диверсификация экономики России, которая позволит обеспечить более высокий уровень ее стабильности.

Таким образом, у рубля есть весомые шансы стать полноценной региональной валютой. Но для реализации этих возможностей необходимо, чтобы РФ была представлена на международном рынке не только энергоносителями, сталью, удобрениями и лесом, но и передовой высокотехнологичной продукцией, способной конкурировать по параметрам цены и качества с продукцией других мировых центров.

Валерий Зуфман, Анна Зуфман

http://www.win.ru/


0.2143120765686