21/11
14/11
07/11
02/11
25/10
18/10
10/10
08/10
02/10
22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
Архив материалов
 
Наши грандиозные планы и «скелеты в шкафах»

Что на прошедшей неделе было для России главным событием? То ли речь нашего бывшего и, весьма вероятно, будущего президента о планах социально-экономического развития страны и, в частности, создания нового Евразийского союза? То ли обсуждение и голосование в Совбезе ООН резолюции в отношении Сирии? А может быть, начало в Лондоне судебного процесса по иску Березовского против Абрамовича? Или же заявление следователя Нелли Дмитриевой, арестованной по обвинению в вымогательстве взятки, о готовности дать показания на вышестоящих руководителей? И что из всего этого для нас следует?

Двоякое впечатление оставила речь теперь уже, можно сказать, кандидата в президенты от правящей группировки. С одной стороны, создание нового Евразийского союза – очевидная практическая жизненная необходимость. И всякому экономисту, не зашоренному ультралиберальными иллюзиями, совершенно невозможно эту идею не поддержать. И если бы были шансы эту идею и впрямь реализовать, так тогда и карты в руки – работайте, действуйте. Но, с другой стороны, не оставляет ощущение некоторой предвыборной конъюнктурности действа и даже, более того, не вполне ясного осознания сути и смысла того, о чем говорится.

Прежде всего, а зачем нам вообще этот новый союз? И почему с ним лучше, чем без него, а без него – и совсем нельзя? Вроде, применительно, в частности, к Украине, все речи – о прямой экономической выгоде присоединения – абсолютно верны и убедительны: мы откроем вам рынок, который не откроет для вас более никто. Вы – Украина – сможете не выпрашивать у Запада подачки и кредиты, за которые потом придется расплачиваться (и совершенно непонятно, чем), а нормально цивилизованно зарабатывать – развиваться, а не впадать в безнадежную кабалу.

Но, с другой стороны, а нам – России-то – это зачем? И вот здесь даже на уровне публичной, фактически предвыборной риторики, тем не менее, остается некоторая невнятность представлений об окружающем мире и нашем в нем нынешнем и желаемом месте. Судите сами.

Прежде всего, последовательно настаивается на том, что Россия «выходит из кризиса». То есть, понимания, что кризис в мире лишь нарастает, а Россия – ныне лишь сырьевой придаток к мировой экономике – абсолютно зависима от внешнего спроса на энергоносители, и потому никакого самостоятельного «выхода из кризиса» в принципе иметь сейчас не может – этого понимания, к сожалению, не прослеживается. Если же такое понимание внутренне есть, но исходят из того, что кандидат в президенты обязан демонстрировать оптимизм, то, уж простите, кому как: одним, не слишком задумчивым, не исключаю, важнее демонстративный оптимизм, но другим, даже для того, чтобы, может быть, и поддержать, все-таки, важнее трезвое видение и признание реальностей.

Далее, а приоритеты-то в экономической политике в этих условиях какие называются? Все те же, прежние: «базовые условия для развития экономики» и «темпы роста». Но за скобками остается главное – качество «развития» и качество роста. Это мы должны обеспечить базовые условия для развития какой экономики – все той же сырьевой и финансово-манипулятивной? И рост должны получить за счет чего – совершенно неважно, какого подхода и требуют догматы ультралиберальной концепции? Или же мы должны обеспечить базовые условия для работы иной, не сырьевой и не финансово-манипулятивной, а высокотехнологичной производящей экономики? И рост мы будем отсчитывать от чего, и считать в чем? Отсчитывать от прежних сырьевых и финансовых потоков и считать в «твердой» валюте? Или же, наконец, вернемся (если отталкиваться от опыта СССР) или повернемся лицом (если ориентироваться на опыт современного Китая) к натуральным показателям? А также не откажемся и от показателей финансовых, но точно отфильтровывая показатели, полученные от сырья – отдельно, а от высокотехнологичного производства – отдельно? Нет ответа. По умолчанию же пока остается лишь первый вариант, очевидно, продолжающий вести нас в абсолютный тупик.

А ведь есть и альтернатива. Она в том, чтобы признать принципиальную невозможность самостоятельного выхода страны из кризиса в условиях полной зависимости ее экономики от внешнего спроса на энерго- и прочие сырьевые ресурсы. И плюс осознать содержание и масштаб угрозы: а если завтра поток нефтедолларов прекратится – будем, как и положено символу правящей партии зимой, «лапу сосать»? Это в общем. А конкретнее так: по скольким жизненно важным позициям мы критически зависимы от импорта? По каким позициям мы без нового импорта можем продержаться неделю, по каким – месяц, по каким – год? По каким и скольким позициям мы можем организовать собственное полнообъемное производство в течение месяца, по каким – в течение года, а по каким – трех-пяти лет? И по каким позициям и почему нам это не удастся, при нынешнем уровне нашего технологического развития, и в течение более пяти лет? И, соответственно, что нужно сделать, чтобы отставание в обозримой перспективе наверстать? Подчеркиваю: не с точки зрения создания «конкурентоспособной» продукции, то есть той, которая по всем параметрам не хуже, а то еще и лучше зарубежной, и которую можно поставлять и на внешние рынки. Нет – лишь с точки зрения элементарного выживания и самообеспечения в критической ситуации элементарного отсутствия у страны средств на покупку товара иностранного производства.

Разумеется, с точки зрения глобалистского современного экономического «мейн-стрима», то, о чем я ставлю вопрос – полный бред и анахронизм. Вам сразу объяснят, что «никто в современном мире сам все не производит», правда, забывая уточнить, что все, более или менее крупные и претендующие на самостоятельность, тем не менее, стараются жизненно важное производить сами и, главное, тщательно отслеживают некоторый баланс, позволяющий полагать, что внешний мир зависит от них по критически важным позициям не менее, чем они от него. И еще одна важная деталь: зависеть стараются либо от широкого круга взаимно независимых субъектов, либо, если от меньшего количества, то хотя бы от тех, от кого каких-либо «сюрпризов» ожидать не приходится, либо от прямых союзников, отношения с которыми скрепляются всеми доступными способами.

И вот при таком здравом понимании и честном описании реалий становится понятным, для чего нам вообще нужен, например, этот самый новый евразийский союз. А именно: для создания существенно большей по размерам территории и численности населения зоны, с одной стороны, позволяющей наладить широкий спектр рентабельных производств максимума того, что нам жизненно необходимо, и, с другой стороны, достаточно масштабного единого внутреннего рынка. И не просто внутреннего рынка, но такого, торг с внешним миром в отношении допуска на который позволит получать те или иные преференции и в выходе на внешние рынки, а также, что для нас на нынешнем этапе еще более жизненно важно, обуславливать допуск на масштабный внутренний рынок более жесткими условиями по передаче критически важных для нас технологий.

Слышали ли вы что-то подобное от нынешних и планируемых руководителей нашего государства? И что нужно, чтобы услышали? Как до них донести эти безусловные приоритеты?

Более того, в верхах, как известно, планируется всего лишь «рокировка», причем, уже оговорено, что будущее новое правительство во главе с нынешним президентом получит высокую степень автономии. Но автономии в чем? Понятно – в проведении экономической политики. И что, мы можем рассчитывать, что тот, кто на посту президента использовал любую возможность для того, чтобы окончательно приговорить наш авиапром, на посту премьера вдруг развернется в противоположную сторону и начнет заботиться о полном самообеспечении страны самолетами, морскими и речными судами, локомотивами и автомобилями собственного производства?

И кто будет политику нового самостоятельного правительства проводить? Один из апологетов ультралиберализма в администрации нынешнего президента Дворкович уже публично планирует быть министром (надо полагать, министром экономики или финансов) в новом правительстве – подозреваю, что внятно объяснить, зачем, с точки зрения его представлений об экономике и экономических приоритетах России, нужен новый евразийский союз, как его ни пытай, он, тем не менее, не сможет…

И, наконец, такая «великая» фигура, как бывший министр финансов Кудрин, напомню, он же на протяжении всех последних лет – руководитель всего экономического блока нашего правительства. Как подчеркнул нынешний премьер и он же вероятный будущий президент, этот бесценный специалист, надо понимать, приверженный идее нового евразийского союза примерно так же, как и Дворкович, «остается в команде», о чем мы, впрочем, и сами догадывались – в прошлой статье я обращал внимание на такую странность, как сохранение за этим разжалованным министром поста председателя Национального банковского совета… Невольно возникает вопрос: так у нас для власти что, действительно, по-настоящему, что всерьез: новый евразийский союз или личные дружеско-командные связи, в том числе, в случаях, когда одно другому явно противоречит?

Таким образом, я, разумеется, никак не оспариваю идею нового евразийского союза, но я хотел бы поверить, что это всерьез и надолго, а не только лозунг перед выборами. Если всерьез, то, наверное, надо бы публично говорить о ценности для правящей «команды» не тех, кто до сих пор всей своей политикой никоим образом не способствовал продвижению такой идеи и развитию такого союза, но тех, кто за такой союз боролся всей мощью своего интеллекта и гражданской позиции – понятно, я имею в виду, прежде всего, академика Глазьева, все последние годы последовательно и небезуспешно, вопреки всему (в том числе, и экономическому блоку правительства) боровшегося за реализацию идеи таможенного союза. Но о том, что именно Глазьев (а не Кудрин) для России и ее правящей верхушки, в свете новых заявленных приоритетов, теперь «важный член команды», к сожалению, мы так ничего и не услышали…

О дискуссии и голосовании в Совбезе ООН по Сирии можно ограничиться кратким: это тот редкий случай, когда есть возможность, безусловно, поддержать свою власть и ее позицию, а также то, что в этом вопросе удалось найти такого мощного союзника как Китай и выступить с ним единым фронтом. Что, впрочем, никак не смывает с нашей власти греха предшествовавшего «воздержания» по Ливии: смерти тысяч и тысяч ни в чем не повинных продолжающих гибнуть ливийцев (а также их, весьма вероятно, по сравнению с прошлым, совершенно беспросветное будущее, примерно как в нынешнем Ираке) - на совести не только натовских палачей, но и наших «наивных» властителей. И, к слову: все-таки, выборы – хорошее дело: не будь сейчас предвыборный период, к сожалению, не уверен, что и в вопросе о Сирии наши верхи не пошли бы на поводу у США и НАТО. И тогда зачем же нам выборы так редко? Надо бы либо выборы почаще – раз в два-три года, либо чтобы память у наших сограждан была чуть подлиннее…

И еще один показательный штрих к этой истории. Сколько нам, понимай, варварам, противопоставляли западную «цивилизацию диалога», рассказывали о западном искусстве и, особенно, приверженности демократических народов и стран решать вопрос не силой, но убеждением, слушать и слышать противника, идти на необходимые компромиссы. Но вот что же мы видим в реальности: перед голосованием в ООН по Ливии, напомню, официальному представителю законного и международно признанного правительства Ливии власти США просто… отказали во въездной визе. И теперь, не имея возможности провернуть тот же фокус в отношении Сирии, представитель США, строго говоря, представитель лауреата Нобелевской премии мира Обамы, демонстративно покинула зал во время выступления в Совбезе ООН сирийского представителя. Вот уж, действительно, есть у кого поучиться искусству равноправного диалога, слушать и слышать и затем ради мира во всем мире идти на компромиссы…

В заключение применительно к вопросу о Сирии напомню о том, о чем в последнее время почему-то «политкорректно» не упоминается. А именно - о ставших с полгода назад достоянием общественности данных о том, что «оппозиция» в Сирии на протяжении длительного времени целенаправленно финансово поддерживалась Западом, в частности, США. Но если это так, то уместно ли всерьез утверждать, что нынешний конфликт в Сирии – исключительно внутренний?

И, наконец, о разворачивающемся сейчас в режиме реального времени новом публичном документальном детективном романе «АбрАмович против АбрамОвича в английском суде». Каждый интересующийся может самостоятельно прочитать текст иска – он выложен в сети, в том числе, на русском языке. Из любопытного в этом тексте: никак нельзя пройти мимо описания совершенно очевидной даже и из самого этого описания авантюры с отъемом у России важнейших активов, объединенных именно ради этого в компанию «Сибнефть». Березовский свидетельствует, что именно ради этого – передачи этих активов заранее определенным конкретным людям – компания, собственно, и создавалась. За скобками, разумеется, остался факт совершенно аналогичного по механизму создания тогда и иных важнейших олигархических активов – «Норильского никеля», «ЮКОСа» и проч. Но далее Березовский описывает, как на него оказывалось давление, вынудившее его продать его активы партнеру на невыгодных для него условиях. Скорее всего, абсолютная правда. И вопрос не в том, является ли это основанием для компенсации его потерь – является. Вопрос лишь в том, удастся ли ему доказать, что ему действительно принадлежали доли (на основании лишь устных договоренностей) и было давление, продажа по заниженной цене, и сделка носила заведомо невыгодный вынужденный характер, а доверенное лицо – АбрамОвич – действительно злоупотребил доверием.

Но если так, то, аналогично, не злоупотребили ли совершенно несопоставимо более явно в описанном процессе приватизации «Сибнефти» доверием целой страны и ее граждан Ельцин и все его приспешники, включая обоих абрамовичей, различающихся лишь ударением? И кому тогда по справедливости, в конечном счете, должны отойти все недополученные прибыли, компенсации, проценты и неустойки? Ведь ранее все описанное мы знали и так – из официальных отчетов Счетной палаты и подписанных непосредственно мною (тогда зампредом Счетной палаты) обращений в нашу Генеральную прокуратуру по факту заведомо притворных сделок, лишивших страну стратегических активов на суммы, по тогдашней же оценке превышавшие тогдашний федеральный бюджет за несколько лет (полный текст этого документа я привел в своей книге «О бочках меда и ложках дегтя», вышедшей в 2003-м году). Теперь же, наконец, об этом публично свидетельствует в суде и один из непосредственных участников и выгодоприобретателей того небывалого по масштабам мошенничества. Так, может быть, подать еще один иск – одновременно к обоим фигурантам этого процесса, а также, разумеется, и ко всем должностным лицам, причастным к этим сверхмасштабным мошенничествам? Правда, не хочется слишком уж работать на английских адвокатов – дороговаты они. Но ведь можно подать соответствующие иски и в наши суды – была бы у власти воля.

Воли, понятно, нет – эта власть сама выросла из того масштабного мошенничества и на его плоды недвусмысленно опирается. И потому все пытается «подвести черту» под прошлым. Но, как показывает нынешний английский прецедент, сделать это не так-то просто – кроме нашего суда, послушного политической воле власти, и Суда Высшего, на который очень хотелось бы надеяться в конечном счете, есть еще и суды всякие промежуточные, вроде английского. Когда и в чьих интересах они все же без особого труда достанут те, буквально, полчища скелетов, которые наша власть так тщательно все пытается упрятать в шкафах, и на что направят эти полчища, остается только предполагать…

И последнее. Кого как, но меня в судьбе, без преувеличения, международно знаменитой следователя Дмитриевой, изъявившей готовность дать показания на своих начальников, более всего «обрадовало» одно – то, что у суда, а значит, косвенно, и у нее самой есть выбор: либо реальная тюрьма за вымогательство взятки в три миллиона рублей, либо штраф до 300 млн. руб. Понаблюдаем за торгом: кого надо «сдать», а кого и нет для того, чтобы получить (не просто за взятку, а за явное и недвусмысленное предательство общественных и государственных интересов – предательство следствия и правосудия) не реальную тюрьму, а всего лишь штраф?

Вот здесь уже, действительно, придется согласиться с тем, что мы, конечно, в смысле правосудия – никакая не цивилизация, а истинное варварство…

И ответ на один очередной комментарий.

Бывают разные люди. Англичане, например, как у нас принято считать, порой уходят «не прощаясь» - из соображений деликатности. Другие люди, напротив, прежде, чем уйти, обязательно попрощаются. Вежливо и деликатно или, напротив, демонстративно хлопнув дверью – тоже понятно, отношения ведь по-разному складываются.

Но есть еще одна категория: громко попрощаются, хлопнут дверью, затем еще раз приходят – чтобы хлопнуть дверью погромче. Увидев же, что за ними никто так и не бежит, заламывая руки и умоляя остаться, возвращаются вновь и вновь. Как назвать таких людей?

И в заключение хотел бы поблагодарить всех, кто в минувший четверг пришел на представление моей новой книги в магазин «Библио-Глобус»: мне было приятно с вами общаться, спасибо.

Специально для Столетия

Юрий Болдырев

http://www.stoletie.ru/poziciya/nashi_grandioznyje_plany_i_skelety_v_shkafah_2011-10-10.htm


0.20717597007751