22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
28/07
26/07
19/07
15/07
11/07
10/07
06/07
03/07
Архив материалов
 
Березовский против Абрамовича: разоблачающие показания

И разоблачения Викиликс, и убойные показания путинского другана Абрамовича в грызне за делёжку русского добра с бывшим путинским друганом Березовским в Лондонском суде — равнодушно пропускаются мимо ушей нищего досубъектного российского электората , который, можете не сомневаться, с огромным перевесом «легализует» нынешний мародерско-компрадорский режим на парламентских выборах 4 декабря 2011 года и на президентских выборах в марте 2012 года. Тем не менее свидетельские показания Березовского и Абрамовича чрезвычайно интересны для историка и политика, потому что Лондонский суд — это не встроенное в путинскую «вертикаль власти» позорное российское «правосудие» (многие из самостоятельных граждан РФ, включая меня, испытали его на себе), а инстанция серьёзная, в ней враньё сурово наказуемо. 


Читаем первые сводки из Лондона об этом занимательном процессе в Интернет-версии журнала «Форбс», подготовила Юлия Смирнова - "15 открытий, которые принес процесс Березовского и Абрамовича: От дружбы с Путиным до скорости личного самолета Абрамовича" (15 ноября 2011 года):

«Лондонский процесс дает новый взгляд на один из самых интересных периодов в новейшей истории России. Forbes следит за судом в ежедневном режиме. Процесс продлится еще долго, Forbes подводит предварительные итоги: что нового мы узнали из показаний двух его главных героев — Бориса Березовского и Романа Абрамовича.





Путин и Березовский дружили с 1990-х годов, «Сибнефть» потратила $50 млн на предвыборную кампанию Путина

В суде Березовский рассказал о своих отношениях с Путиным. По словам опального олигарха, они познакомились в 1991 году в Санкт-Петербурге и стали друзьями — часто встречались и вместе проводили отпуск. В начале 1990-х Путин несколько дней гостил у Березовского в его шале в швейцарском городе Гштаад.

Дружба прекратилась в 2000 году, когда после гибели подводной лодки «Курск» на канале ОРТ, 49% которого принадлежало Березовскому, прозвучала критика в адрес Путина. В августе 2000 года на встречах с главой президентской администрации Александром Волошиным и Путиным Березовскому, по его словам, было предложено продать ОРТ или сесть в тюрьму. Вскоре после этого с Путиным встречался партнер Березовского Бадри Патаркацишвили, на встрече было еще раз высказано требование о продаже ОРТ.

Абрамович утверждает, что «не был близок с Путиным», но тем не менее у них были «хорошие отношения». Абрамович и Путин встречались 29 ноября 2000 года — за несколько дней до того, как произошел рейд на канал ОРТ. Покупка ОРТ Абрамовичем была согласована с Путиным и Волошиным, которого Абрамович назвал своим другом. Во время разговора в Ле Бурже Абрамович упоминает, что «Сибнефть» потратила $50 млн на предвыборную кампанию Путина.

Аукцион по продаже «Сибнефти» был инсценировкой

В лондонском суде Роман Абрамович рассказал о том, как проходила приватизация «Сибнефти», важнейшего нефтяного актива страны.

В 1995 году на залоговом аукционе выиграли «Нефтяная финансовая компания» и банк «СБС-Агро», заплатившие сумму лишь на $300 000 выше стартовой — $100,3 млн. Победу Абрамовичу обеспечили Борис Березовский и Бадри Патаркацишвили. Березовский уговорил банк «Менатеп», также участвовавший в аукционе, указать в заявке сумму ниже, чем у НФК. Еще один претендент — компания САМЕКО, за которой стоял Инкомбанк, — отозвала своего представителя за 15 минут до начала аукциона, об этом договорился Патаркацишвили.

Абрамович рассказал и о схеме финансирования покупки: выяснилось, что «Сибнефть» была куплена за свои же собственные деньги — на кредиты, выданные «Ноябрьскнефтегазу» и Омскому НПЗ: «Мы привлекли под длинные контракты западное финансирование, которое пришло в «Ноябрьскнефтегаз», а он, в свою очередь, перечислил эти деньги. В конце схемы их получило правительство... Мы заложили долговременные поставки нефти, контракты следующего года и полученные деньги через банк «СБС-Агро» перечислили правительству».

Абрамович окупил все свои расходы на покупку алюминиевых активов за счет всего одной сделки с Олегом Дерипаской





В 2000 году Абрамович купил у Trans World Group, принадлежавшей братьям Рубенам и Черным, алюминиевые активы — Братский, Красноярский и Новокузнецкий алюминиевые заводы и Ачинский глиноземный комбинат. На суде он рассказал, что со сделкой ему помогал Бадри Патаркацишвили, проводивший переговоры с губернатором Красноярского края Александром Лебедем и Олегом Дерипаской.

«Без Бадри бы я туда не полез никогда. Там каждые три дня кого-то убивали. Мне такой бизнес был не нужен», — сказал Абрамович. В контракте покупателями кроме Абрамовича значились Евгений Швидлер, Бадри Патаркацишвили и офшорные компании Runicom Fort, Gallenton, Palmtex и Dilcor.

Спустя несколько месяцев «Сибнефть» и «Сибал» Дерипаски объединили свои активы в холдинг «Русал». Схема сделки была такова, что Абрамович, став равноправным партнером Дерипаски по «Русалу», получил при этом от Дерипаски ровно ту же сумму, которую за несколько месяцев до этого заплатил за алюминиевые активы TWG, — $575 млн.

«Сибнефть» использовала схемы ухода от налогов через офшоры

В суде была озвучена информация о различных схемах по уходу от уплаты налогов и вывода денег за рубеж, которые использовали компании Абрамовича. Сам Абрамович косвенно подтвердил существование этих схем.

Во-первых, речь шла об «оптимизации» налогов «Сибнефти» через внутренние офшоры. С 1998 года «Ноябрьскнефтегаз» продавал почти всю добытую нефть (98%) посредникам, зарегистрированным на Чукотке и в Калмыкии, а те перепродавали ее «Сибнефти» по цене в 2-3 раза выше.

Без посредников ставка составляла бы 35%. Возможность офшоров не платить региональную часть налога на прибыль снижала ставку до 11%, а то, что более половины их сотрудников были инвалидами, понижало ее еще больше — до 5,5%. Фирмы-посредники были присоединены к «Сибнефти» в 2001 году.

По оценкам банка «Ренессанс», две калмыцкие фирмы-посредники «Оливеста» и «Веста» получили в 2000 году $300 млн чистой прибыли. Обе эти компании выводили деньги за границу через Латвийский торговый банк. В частности, деньги переводились на счета панамской компании Palmex S.A. по контрактам на закупки техники (грузовиков и бульдозеров) для «Русала», часть акций которого принадлежала Palmex. Потом контракты отменялись и деньги переводились обратно в ЛТБ.

Во-вторых, всю экспортируемую нефть покупали у «Сибнефти» трейдеры Runicom S.A. (зарегистрирован в Швейцарии в 1994 году, ему принадлежало 12,22% «Сибнефти») и Runicom Ltd (зарегистрирован в Гибралтаре, управлял Runicom S.A.). Абрамович заявил, что оба трейдера принадлежали ему, и допустил, что за 1996-2000 годы их прибыль могла составить сотни миллионов долларов.

Роман Абрамович не закончил Московский автомобильно-дорожный институт, «никогда не был хорошим студентом», «немного говорит», но не умеет читать по-английски

В первый день допроса Романа Абрамовича речь зашла о его биографии. Абрамович признался, что так и не закончил Московский автодорожный институт, в котором учился «сначала на вечернем, а потом на заочном отделении». В списке членов правления «Сибнефти», который зачитал адвокат Березовского, значилось, что Абрамович выпустился из этого института в 1987 году. Сам Абрамович признал, что это не так. Он рассказал, что сразу после окончания школы полтора года учился в Ухтинском индустриальном институте, а потом его призвали в армию.

Первый диплом о высшем образовании Абрамович получил лишь в 2001 году, когда закончил заочное отделение Московской юридической академии. После нескольких вопросов Лоуренса Рабиновитца, адвоката Березовского, намекающих на то, что Абрамович, получив диплом юриста, не очень хорошо разбирается в правовых вопросах, Абрамович ответил, что «никогда не был хорошим студентом и не знает о законе всего».

На суде Абрамович заявил, что не знает английского, поэтому показания давал на русском. Однако в перерывах он разговаривал по-английски с Лоуренсом Рабиновитцем и корреспондентом Daily Telegraph, а во время допроса выяснилось, что он разбирается в английской юридической терминологии. По наблюдениям корреспондента The Guardian, Абрамович «немного говорит по-английски, но совсем не умеет читать».

На Бадри Патаркацишвили было оформлено 25% акций «Русала»

В последний день допроса Абрамович признал, что Бадри Патаркацишвили являлся по крайней мере формальным совладельцем «Русала». Адвокат Березовского Лоуренс Рабиновитц продемонстрировал соглашение, в котором утверждалось, что с марта 2000 года Бадри Патаркацишвили являлся бенефициаром 25% акций «Русала». Абрамович утверждает, что Патаркацишвили стал собственником лишь временно и на бумаге, чтобы можно было оформлять ему выплаты.

Будущий миллиардер Евгений Швидлер зарабатывал в «Сибнефти» «явно меньше $200 000», а ее совладельцем был лишь на бумаге

Партнер Абрамовича, впоследствии президент «Сибнефти» и миллиардер Евгений Швидлер (на фото — на заднем плане) сыграл решающую роль в получении «Ноябрьскнефтегазом» и Омским НПЗ западных кредитов. «Швидлер никогда, на мой взгляд, не имел интересов в «Сибнефти», — сказал Абрамович в суде. Согласно документам, зачитанным адвокатом Березовского, в 2000 году выплаты всем директорам и членам правления «Сибнефти» составили $200 000. То есть Швидлер получал «явно меньше $200 000», — заявил Абрамович. На вопрос, как Швидлер мог разбогатеть, получая такую небольшую зарплату, Абрамович ответил: «Он потом стал моим партнером. Кажется, наша первая совместная сделка — это «Фармстандарт».

Позднее Абрамович признал, что на Евгения Швидлера были оформлены 98% акций швейцарского трейдера Runicom S.A., которому принадлежало 12,22% акций «Сибнефти». Абрамович добавил, что настоящим владельцем Runicom был все же он сам, а запись акций на Швидлера была формальностью.

Березовский собирался приватизировать «Аэрофлот» и объединить его с «Трансаэро»

Борис Березовский рассказал о своих планах по приватизации авиаактивов и вывода их через офшорные компании. «Обсуждались практически все наиболее ценные активы, которые <...> мы делили с Бадри [Патаркацишвили]. Мы обсуждали «Сибнефть», алюминиевые, телевизионные, газетные активы, будущую приватизацию «Аэрофлота», компанию «Трансаэро», которой мы на тот момент уже владели», — рассказал он. «Аэрофлот» после приватизации планировалось объединить с «Трансаэро».

Березовский утверждает, что после ареста первого замгендиректора «Аэрофлота» Николая Глушкова (на фото) там продолжали действовать созданные им схемы, например сотрудничество со швейцарской компанией Andava, через которую, по версии российского следствия, из «Аэрофлота» похищались деньги. Арест Глушкова Березовский сразу воспринял как попытку давления на него. Глушков, выступивший в суде в качестве свидетеля, рассказал, что знал о том, что Бадри Патаркацишвили вел переговоры о его освобождении в 2001 году с секретарем Совбеза Сергеем Ивановым.

О Глушкове Абрамович, Березовский и Патаркацишвили говорили на встрече в Ле Бурже 6 декабря. Тогда Абрамович сказал, что не думает, что Глушкова арестуют, и добавил: «Ко мне Красненкер (бывший замгендиректора «Аэрофлота») позвонил позавчера и спросил: «Как ты думаешь, завтра не арестуют? Как ты думаешь, что делать? Вы про это не слышали, хотят его арестовать или нет?» А я сказал, что если тебя арестуют, то кто-нибудь позвонит».

Глушков был арестован на следующий день, по версии адвоката Березовского, потому что сделка по продаже ОРТ не была завершена 6 декабря. Абрамович отрицает, что арест Глушкова был связан со сделкой по ОРТ и использовался для давления на Березовского: «Я не знаю, почему это произошло. Вероятность, что человека арестуют, если заместитель генерального прокурора говорит, что его арестуют, весьма высока. Ближе к 100%».

Березовский и Абрамович за четыре года восемь раз отдыхали вместе, но это не было «крепкой мужской дружбой»

Абрамович рассказал, что они с Березовским познакомились в конце 1994 года, «незадолго до Нового года». Он утверждает, что в то время практически ничего не знал о бизнес-интересах Березовского. Знал только, что тот «продает машины — новые и подержанные» и связан с AVVA — «одной из существовавших в то время пирамид».

«Весь 1995 год я провел в приемной Березовского, ожидая назначенных встреч, я не стал бы называть это дружбой», — сказал Абрамович. Выяснилось, что у них были просто «хорошие отношения», они «проводили много времени вместе, отдыхали вместе». Жена Абрамовича Ирина часто встречала гражданскую жену Березовского Елену Горбунову. В августе 1995-го семьи Березовского, Абрамовича, Петра Авена и Андрея Блоха вместе отдыхали в Испании, а всего с 1996 по 2000 год оба олигарха отдыхали вместе как минимум восемь раз. Абрамович был приглашен на все дни рождения Березовского с 1996 по 2000 год, но, как утверждает сам, был только на двух праздниках. Рассказывая об ответных визитах Березовского, Абрамович запутался в показаниях. Сначала он сказал, что Березовский также несколько раз был на его днях рождения, но уже через несколько минут заявил обратное: он не может вспомнить, чтобы Березовский хотя бы раз принял его приглашение.

Абрамович сказал, что их дружба была основана на том, что он регулярно платил Березовскому: «Каждый раз, когда он приглашал меня в гости, я приезжал, но дружба, о которой мы говорим, крепкая дружба, большая дружба, мужская дружба — это не то же самое». По словам Абрамовича, их отношения испортились после гибели подводной лодки «Курск». После этого, по словам Абрамовича, не только он сам, но и многие другие знакомые Березовского перестали с ним общаться.

Абрамович подробно рассказал, что такое «крыша»

Абрамович подробно рассказал в Лондонском суде о российском институте «крыши». По его версии, Березовский никогда не был его партнером по бизнесу, а получал деньги за политическое «крышевание». «Крыша подразумевает конкретную услугу. Это не обмен услугами, а длящиеся отношения с более-менее регулярными платежами», — сказал он.

Березовский, по словам Абрамовича, «фактически превратился в политическую корпорацию, назначил себя политическим лидером крупного бизнеса, на которую мы все работали». В марте 1995 года Абрамович заплатил Березовскому $8 млн за поддержку с покупкой «Сибнефти». Осенью 1995 года он заплатил Березовскому еще $5 млн наличными и $4 млн на счета «ЛогоВАЗа». Далее, по утверждению Абрамовича, он заплатил $80 млн в 1996 году и по $50 млн в 1997 и 1998 годах. В 1999-м он платил за ТВ6 и «Коммерсантъ». «Мы платили за ОРТ, оплачивали кредитные карты Березовского, его шато в Южной Франции», — добавил он. Последний платеж, $1,3 млрд в 2001 году, Абрамович также называет платой за крышу. Березовский «был волнорезом. Он все проблемы снимал. Именно за это мы ему и платили».

Абрамович советовался с Путиным перед покупкой ОРТ, деньги за акции переводились через латвийский банк

Абрамович признался, что советовался с Администрацией Президента перед покупкой ОРТ. «Если бы президент страны или господин Волошин сказали мне не покупать акции ОРТ, я бы не стал их покупать. Это достаточно взрывоопасный продукт, эти акции», — сказал он. С Путиным обсуждался вопрос выплаты денег за акции ОРТ.

Вот что говорил Абрамович на встрече с Березовским и Патаркацишвили в аэропорту Ле Бурже: «Сначала вы мне говорили, что вы хотите получить это легально (…) А потом встал вопрос, что вы деньги хотите забрать из Москвы и поэтому нужно получить решение Центрального банка. Я сказал, что тут есть риск. Я пошел по этому поводу к Владимиру Владимировичу. Он сказал, что, если вы сможете сделать это тихо, чтоб скандала не было, я не буду ничего предпринимать, но и помогать не буду. А если вы хотите скандала… Мало того, что вы хотите продать, да еще и заработать, да еще и деньги пропустить. Поэтому я не буду. Если вы сможете сделать так, чтобы я в этом не участвовал, я возражать не буду. А поскольку деньги Березовского, наверняка Геращенко будет заниматься или его зам, а не рядовой клерк, то шиш чего у нас получится».

Цена за 49% акций ОРТ составила $150 млн, однако Абрамович заплатил в итоге $164 млн, чтобы легализовать деньги. Небольшая часть денег была выплачена в России, а остальная сумма была переведена на счета Березовского и Патаркацишвили через Латвийский торговый банк.

По словам Абрамовича, покупая ОРТ, он «спасал свой другой бизнес и помогал Бадри и Березовскому».

Абрамович, Березовский и Патаркацишвили обсуждали в Ле Бурже вывод и легализацию денег Березовского

Одно из главных доказательств со стороны Березовского — запись разговора Березовского, Абрамовича и Патаркацишвили в декабре 2000 года в VIP-зале парижского аэропорта Ле Бурже. Запись была сделана одним из подчиненных Андрея Лугового (в то время начальника службы безопасности ОРТ) по указанию Патаркацишвили и выкуплена Березовским. Большую часть времени на встрече обсуждается перевод и легализация денег Березовского и Патаркацишвили, которые в конце 2000-го уже жили за границей. Во время разговора Березовский говорит о легализации своих активов: «Я хочу, чтобы крупная западная компания разобралась в моей собственности. И перевести эту собственность на нее, на эту компанию, или передать ее в управление. Чтоб эта компания представляла мои интересы. Вот что я хочу. Я хочу, чтоб это было официально. Чтоб эта компания управляла моими акциями и чтоб было ясно, что эти акции действительно мои».

Речь идет и о легализации доли в «Русале». Абрамович говорит, что это невозможно, так как кроме него, Березовского и Патаркацишвили у «Русала» есть и другие владельцы: «Если мы легализуемся, то и они должны легализоваться. Ведь не может быть такого, что одна половина легализована, а вторая нет». Перечисляя совладельцев, он говорит: «И там все появятся: и Быков, и Миша, и Антон, и Аксён, и Олег Дерипаска». Предполагается, что речь идет о бывшем главе КрАЗа Анатолии Быкове, Антоне Малевском, Сергее Аксенове и Михаиле Черном из измайловской преступной группировки. Сейчас Олег Дерипаска отрицает свои связи с Черным.

При разделе «Сибнефти» Патаркацишвили хотел получить $2,5 млрд

В 2001 году Абрамович заплатил Березовскому $1,3 млрд. По утверждению Абрамовича, это была последняя выплата за политическую крышу, несмотря на то что в 2001 году Березовский уже не имел никакого влияния в России. «Так я покупал себе свободу», — заявил Абрамович. По утверждению Березовского, это была плата за его долю в «Сибнефти», при этом сумма сделки обсуждалась на нескольких встречах в Мюнхене, Париже и Кельне в мае 2001 года.

Изначально Патаркацишвили якобы называл цену $2,5 млрд. Абрамович отрицает это и говорит, что речь шла только об $1,3 млрд, при этом в 2002 году он доплатил Патаркацишвили еще $377 млн, так как тот потерял 20% при переводе денег. «Почему я согласился вообще? Он был убедительный. Он мог меня убедить. Я вообще после каждой встречи с ним уезжал с дополнительными расходами», — сказал Абрамович.

Коллеги-депутаты по просьбе Абрамовича голосовали вместо него; документы в России можно подписывать задним числом

Абрамовичу был задан вопрос, как он мог голосовать в Думе 14 и 20 декабря, если, по его собственному утверждению, он был в это время на Чукотке. В ответ на это Абрамович объяснил, что его действительно не было на заседании Думы в этот день, но он передал свою карточку бывшему губернатору Красноярского края Зубову, который и проголосовал за него.

Кроме этого Абрамович признался в том, что он подписывал документы задним числом, сказав, что это распространенная в России практика.

Абрамович выезжал из России без штампов погранслужбы, на его личном самолете можно долететь из Москвы до Ниццы за 3,5 часа

Роман Абрамович и Лоренс Рабиновитц разошлись во мнениях относительно того, когда и где Березовский и Абрамович встречались в 2000 году. Главный предмет разногласий — встреча двух олигархов в шато Березовского во Франции на мысе Антиб, на которой обсуждалась продажа ОРТ и судьба только что арестованного Николая Глушкова.

По утверждению защиты Березовского, встреча состоялась между 7 и 9 декабря. Абрамович утверждает, что этой встречи никогда не было, а с 7 по 9 декабря он был в России и обсуждал в Думе законопроект о государственной символике. Чтобы восстановить точные даты встреч, обсуждалась скорость личного самолета Абрамовича Gulfstream G5 и штампы в его заграничном паспорте. Выяснилось, что в некоторых случаях там стояли только въездные российские штампы, но не было выездных французских. Не осталось в его паспорте и выездных российских штампов от 6 декабря — в этот день он должен был встречаться с Березовским в аэропорту Ле Бурже. В письме погранслужбы подтверждается, что Абрамович выезжал из России 6 декабря 2000 года, хотя выездных штампов за этот день в его паспорте нет.

Согласно показаниям Абрамовича, дорога из Москвы в Ниццу на его личном самолете занимает 3,5 часа. А чтобы долететь из Москвы до Чукотки, требуется 9 или 11 часов в зависимости от маршрута». 


http://skurlatov.livejournal.com/1354607.html


0.51024484634399