19/10
08/10
03/10
24/09
06/09
27/08
19/08
09/08
01/08
30/07
17/07
09/07
21/06
20/06
18/06
09/06
01/06
19/05
10/05
28/04
26/04
18/04
13/04
09/04
04/04
Архив материалов
 
Нас пугают следующим кризисом

Интернет и пресса переполнена негативными публикациями о «второй волне», возможности рецессии в США, долговом кризисе в Европе, спаде в России. Экономическая статистика противоречива, но «дыма без огня» не бывает. При таком новостном фоне инвестиции и расходы падают автоматически.

Можно ли назвать все происходящее нормальным и приемлемым? Нас пугают следующим кризисом, хотя с 2008 г. прошло всего лишь 3 года (длина обычного цикла около 7-10 лет). Что в этом случае можно сказать о жизнеспособности современной глобальной модели экономики в ее либеральной, «американской» редакции? Недаром глава МВФ высказалась о возможности «потерянного десятилетия».

Попробуем разобраться в вопросе, чтобы не уподобиться «ежику в тумане». Как известно, в экономике имеются «длинные волны», которые открыл русский экономист Н.Д.Кондратьев. Обратимся к статистике по безработице США. Средний уровень безработицы за 1950-2010 г.г. составил 5.84 %. Если построить график безработицы в США с 1929 г., и беря в качестве индикатора экономических проблем период с повышенным уровнем безработицы (превышающего средний - выше 6 %) можно выделить три больших цикла – 1930-1941, 1975- 1987 г.г. и период с 2008 г., который пока не имеет обозримого конца.

При этом нетрудно видеть, что чаще всего приводимый пример «второй волны» в США в 1937-1938 г.г. во время Великой Депрессии на самом деле явился завершением очередного цикла 1929-1937 г.г. Нынешний кризис, так и его «предшественники» является глобальным и системным. Разница между концом первого цикла и началом второго составляет 35 лет, второго – 22 года. Длительность первого цикла составила почти 12 лет, второго – если считать основной цикл – 13 лет, с добавкой в 90-х еще больше. До Великой Депрессии, в 19 веке были аналогичные периоды.

Рыночная экономика может существовать в двух основных фазах – фазе роста и фазе рецессии. Есть промышленные предприятия, есть торговые, жилые и офисные помещения. Они работают как в режиме текущей эксплуатации, так и в режиме развития. Фаза роста отличается тем, что в экономике создаются новые объекты (капитал), что стимулирует рост занятости во всей экономике и прежде всего в секторе производства нового капитала. Поэтому в точке, где которой новый капитал не создается, а только замещает старый, экономика не может обеспечить уровень занятости фазы роста. Отсюда открывается дорога к рецессии. В стадии рецессии, когда новый капитал создавать бессмысленно и основные инвестиции носят убыточный характер, капиталистическая экономика теряет свой основной побудительный мотив активности – прибыль и начинает стагнировать.

Основной индикатор инвестиционной активности определяется соотношением прибыльность- риск. В фазе роста он положителен, в стадии рецессии – отрицателен. Возьмем гипотетическую экономику, в которой весь необходимый капитал произведен. Это будет экономика с повышенным и равновесным уровнем безработицы, который начнет падать только тогда когда за счет текущего износа капитала или его морального износа в результате научного технического скачка, роста населения появиться потребность в производстве нового капитала.

Возвращаясь графику, можно сказать, что кризисы «Больших Проблем» могут иметь общую природу – экономика приходит к стадии застоя, при которой у нее отсутствуют внутренние стимулы к новому производству капитала. Это связано с перепроизводством, переинвестированием при текущем уровне численности населения, научно-технического прогресса и модели распределения национального продукта.

Все исследователи причин Великой Депрессии называли массу причин – ошибки в денежной политике ФРС (М.Фридмен), крах на фондовом рынке (Дж.К.Гелбрейт), политику банка Англии (М.Ротбард) и т.д. Эти теории работают, но они не обращали внимание на главное. Авторитетнейший американский экономист Э.Хансен видел основную причину Депрессии 30-х в невозможности сколь угодно долгого поддержания того темпа инвестирования, который был вызван бумом 20-х годов.

На самом деле нынешняя Великая Рецессия отличается от Депрессии 30-х в основном тем, что благодаря страхованию вкладов и активной денежной политике финансовая система «зараженных» сейчас стран все таки уцелела, а антициклическая политика не позволяет превратиться экономике в выжженное поле с более глубокими амплитудами безработицы и падения инвестиций. В начале 30-х этих инструментов просто не было. Но суть и причины у них схожие. Во времена Депрессии безработица в США достигала 25%, сейчас официальные данные – 9.1%, однако как считаю некоторые аналитики, на самом деле цифры выше.

Оба этих системных, глубоких кризиса могут означать не что иное, как правильность ряда выводов К.Маркса, за вычетом атеизма и отказа от частной собственности. И кто знает, сколько бы длилась Депрессия, если бы не разразилась вторая мировая война, создавшая колоссальный военный спрос и за счет огромных разрушений расчистившая поле для новых инвестиций.

Что касается нынешнего кризиса в США, то называются самые разные причины - деривативы, ипотечный, долговой кризис и т.д. Однако многие из них, например чрезмерный рост долгового бремени и деривативов, а также пузырь на рынке недвижимости, опять же таки является следствием «переинвестирования», в т.ч. на рынке жилой недвижимости.

Логика рецессии заключается в ликвидации избыточных инвестиций, потребность в которых может быть востребована когда скажутся отложенный спрос, рост населения и естественный (а также инновационный) износ капитальных вложений в течении депрессивного периода. В этом смысле, хотя кейнсианская политика борьбы с депрессией облегчает ее течение, истинный «доктор» – все таки время. После наступления рецессии новые избыточные капиталовложения не делаются, следовательно нет оснований для второй волны.

Но если вторая волна «наступает», это значит, что начавшийся было слабый экономический рост, стимулированных за счет искусственных мер, захлебнулся из-за слишком большого задела, накопленного во время периода низких процентных ставок в эпоху А.Гринспена, который пытался стимулировать экономику после краха «доткомов», закончившегося рецессией 2001 г. В этот период с целью роста спроса на дома стали кредитовать даже тех заемщиков, которые кредит погасить не могли.

Мир стоит перед необходимостью эволюционно сменить парадигму экономики, либо погрузиться в новый хаос, который может кончиться глобальным конфликтом. Такое изменение произошло и во время Великой Депрессии, когда на фоне успехов плановой экономики в СССР (тогда американцы говорили – что придумали эти русские – у них есть работа!) США были вынуждены пойти на фактическую социализацию либеральной модели (общественные работы, рост роли государства, система социальной защиты, повышение налогов), в это же время родилась и новая экономическая доктрина – теория Кейнса. И нынешние проблемы Америки во многом происходят из-за отказа от наследия Ф.Д.Рузвельта. Не будем забывать о благосклонном отношении Дж.М.Кейнса к советскому эксперименту, хотя он не обращал внимание на его «обратную» сторону. Поэтому нынешняя модель капитализма должна трансформироваться в новую форму, иначе она будет «ежиком в тумане», захлестываемом «новыми волнами». Однако сейчас в мире пока нет никаких законченных альтернатив, даже в теоретическом плане, возможно кроме каких-то наработок Китая. Все это может возникнуть позже как ответ на вызов времени.

Как классическая экономическая теория, так и кейнсианская теория камуфлирует истинные проблемы капиталистической экономики: невозможность планирования, перепроизводство в капитальной сфере и ошибочные инвестиции. Иногда темы, вокруг которых идет стержень теории, обходят стороной суть, становясь самодостаточными понятиями, которые живут своей жизнью, в свою очередь становясь платформой для новых абстракций. Критикуя модель экономической динамики Р. Харрода, американский экономист П.Бэрэн писал: «… нынешние модели абстрагируются не от второстепенных черт того процесса, который они пытаются объяснить, а от его существа… Они заменяют капиталистическую экономику воображаемой рациональной системой, которая не имеет ничего общего с капитализмом, кроме названия».

Как считают классики, экономика способна к равновесию при наличии эластичной к падению заработной платы. Однако падение заработной платы, которое еще больше снижает спрос и открывает дорогу к всеобщей дефляции, т.е. еще большему спаду не может заставить предпринимателей нанимать больше рабочих (с точки зрения снижения издержек), поскольку в капитальной сфере наступает спад, вызванный перепроизводством на фоне сжатия спроса. И пока все сделанные ошибочные (избыточные) инвестиции не будут ликвидированы, «переварены», рост не возможен. На это справедливо обращает внимание австрийская школа, однако представляемые ей рецепты невмешательства в духе классической школы нежизненны.

Слишком часто ученые экономисты говорят сложно. Кейнсианский подход - за глубоко зашифрованным термином «предпочтение ликвидности» и «падением предельной эффективности капитала» скрывает нежелание предпринимателей инвестировать в депрессионную экономику за счет высоких рисков и самое главное – отсутствии спроса на инвестиции при избыточности уже сделанных. Как может развиваться экономика США, если один из ее традиционных лидеров – жилищное строительство лежит в руинах ? Тем не менее по понятным причинам термин «переинвестирование» в свое время покинул экономическую литературу.

При наличии обременительного долгового бремени и сверх-перепроизводства кейнсианская политика также не всесильна - тогда возникает так называемая ловушка ликвидности (Япония), когда колоссальная масса плохих долгов и ошибочных инвестиций не позволяют инициировать новый спрос даже при практически нулевых ставках, что не может заставить предпринимателей начать инвестирование. Похоже США также попали в эту «ловушку». Хотя кредитование бизнеса растет, ипотечное продолжает сокращаться. Но пространство для расширения бизнеса в США намного больше, чем в Японии. На развитии Японии сказываются территориальная ограниченность.

Английский экономист Р.Харрод, друг Дж.М.Кейнса, предсказывал в будущем общество, в котором процент может отмереть, считая такое общество альтернативой коллективизму. Кейнс также не баловал процент, считая что класс рантье умрет. Но не будет ли общество без процента, к которому близка Япония и к которому движется США той самой формой кризисного капитализма, который предсказывал К.Маркс ? Минимальность процента или его отсутствие говорит о том, что способность денег приносить доход близка к нулевой норме. Т.е. спрос как на капитал, так и на деньги крайне низки. Это является следствием полного переинвестирования, при котором новые инвестиции невозможны.

Представим себе гипотетическое общество, в котором все есть. Спрос на кредит на инвестиционные цели падает. Однако кредитная ставка не может упасть до нуля, поскольку всегда есть спрос на потребительский кредит, есть и минимальный инвестиционный спрос. В такой экономике сам смысл капитализма, прибыль уже не может быть единственной и тотальной мерой рациональности. Поэтому возможный путь для того общества –координация на только за счет одного лишь принципа прибыльности, который уже не может быть основным, в том числе за счет рациональной социализации общества и экономики.

Одна из временных, альтернативных возможностей продления агонии переинвестированного капитализма за счет сверхнормативного извлечения прибыли - путь вакханалии финансовых рынков. Именно это и наблюдается в США в последние десятилетия. Появляется масса спекулятивных финансовых инструментов и волатильный фондовый рынок, который играет роль не сохранения и перераспределения сбережений, а их фактического уничтожения и перераспредления в пользу паразитического финансового капитала, иначе говоря крупных игроков, которые фактически управляют финансовыми рынками путем мощных финансовых и информационных интервенций путем манипулирования общественно мнения через финансовые СМИ.

Тем не менее, кейнсианский подход, который открывает дорогу к массированным государственным расходам, которые должны стимулировать спрос в той области, где частный бизнес не имеет особых инвестиционных интересов – например общественные работы по улучшению инфраструктуры страны, а также более активной денежной политики – открывает реальный путь облегчения, который дает возможность временно, но начало нового оживления, компенсировать падение занятости в капитальных областях. Ф.Д.Рузвельт обладал абсолютным пониманием в проведении этой политики. Толпы безработных американцев примерно за 25 долл. в месяц, почти в духе советских строек, строили новую Америку – мостили дороги, улучшали состояние земель, занимались озеленением, развивали инфраструктуру, электрифицировали населенные пункты, был также проект развития энергетики в долине реки Теннеси. Результаты этого созидательного труда видны до сей поры. Кто может сказать, что Россия в этом не нуждается или в это будет вкладывать деньги частный сектор ?

Но существенно то, что если осуществлять проекты, направленные на те инвестиции, которые являются добавочным к сделанным - например, в строительство недвижимости - это может только усугубить ситуацию. Об этом часто любят говорить либеральные экономисты, в том числе австрийская школа, не делая важнейшую оговорку на счет сферы применения общественных работ и государственных инвестиций. Не всегда понимают сферы применимости такой политики и ее проводники. Но если наладить грамотную анти- циклическую политику, колебания спроса и цикла можно сгладить. Однако в целом цикличность в капиталистической экономике убрать не получится - и это признавали практически все видные ученые кейнсианской школы.

Как Э.Хансен, так и Р. Харрод предлагали анти-циклическую политику, которая позволяла бы сглаживать колебания занятости. Если бы профициты, которые планомерно накапливал наш Минфин, в «худые» времена бросить не на текущее «проедание», а на масштабные инвестиционные проекты, реализация которых позволила бы не только скомпенсировать падение занятости, но и создать новый спрос и новые рабочие места в сферах, в которые частный капитал на начальной стадии не пойдет никогда, тогда бы развитие нашего государства выглядело совсем другим.

Действительно, наш Минфин создавал «запасные фонды», которые действительно помогли смягчить течение кризиса, однако их применение, как и создание, было специфическим. Осенью 2008 г. деньги были в основном влиты в банковскую систему и ушли на покупку валюты. До реального сектора дошло не много. А ведь у нас есть достойные проекты развития, например Сочи, и таких проектов по обширной территории нашей страны должно быть множество. Но чтобы заниматься этим эффективно, необходимо предельно жестко решить проблему казнокрадства.

С другой стороны, бессмысленно создавать фонды за счет рестрикции развития, за счет извлечения необходимых оборотных средств в экономике. Насколько нужны резервные фонды, если они служат в основном подушкой безопасности для крупных псевдо-отечественных корпораций, активно занимающих за рубежом и международных спекулянтов ? Бессмысленно заниматься стерилизацией экономики, а не умножением ее богатства.

Либералы всегда говорили о том, что у нас нет денег, при этом делали все, что бы их действительно не было. Король не нуждается в кредите – он его создает. Задача насыщения экономики деньгами в количестве, необходимого для обеспечения созидательного труда нации есть задача эффективной финансовой политики. Если нет денег, значит нет и политики. Либо мы получаем то, что и было задумано.

Впрочем, Россия настолько отстает в развитии, что наличие избыточного профицита бюджета есть самый надежный способ консервации ее отсталости. В ближайшие 20-30 лет он должен быть преимущественно, но умеренно дефицитным. Р.Харрод, который впервые предложил идею «стабилизационного фонда», вообще хотел наделить его эмиссионными функциями для подъема покупательной способности в депрессивный период и проведения соответствующей анти-циклической политики.

В то же время марксисткая теория, которая дает в целом правильное объяснение цикличности капиталистической экономики, предлагает слишком радикальное средство борьбы с ней – фактическое самоуничтожение путем ликвидации частной собственности. Тем самым марксизм создал почву для своего отторжения.

Из идеи антициклической политики следует очень важное понимание разделение функций и возможностей частной экономики и государства. Задача частного сектора – расширение до границы «инверсии» цикла с минимальным объемом ошибочных инвестиций; задача государства – поддержать занятость на стадии рецессии. Отсюда с неизбежностью следует, что все внешне красивые идеи либералов о рынке без тормозов, об экономике с минимальным государственным вмешательством и минимальными государственными расходами есть полная фикция.

Все это создано лишь для того, чтобы снять с наиболее богатых членов общества, которые фактически имеют монопольное право на распоряжением финансами, капиталом и собственностью «лишнюю» ответственность за поддержание стабильности в экономической системе – иначе говоря иметь возможность легально платить низкие налоги или вообще еще меньше –используя оффшорную систему. В то же время нормальная налоговая политика должна делать упор не на налоги с корпораций, за исключением крупных компаний, а на прогрессивном личном обложении наиболее богатых и средних слоев общества. При этом доход надо перераспределять не за счет пособий (кроме определенных категорий граждан), рождающих иждивенческие настроения, а за счет общественных работ. Предприниматели в такой системе отнюдь не будут «ограблены» - налоги вернуться им достаточно быстро в виде государственных расходов, просто они больше заработают на объемах, чем на марже; и на стабильности, чем на цикле с большой амплитудой.

Но соблюдая идею преемственности конкурирующих школ, следует оговориться, что государственные расходы должны быть умеренны на стадии роста, обеспечивая профицит бюджета, что порадовало бы либералов - и максимальны на стадии рецессии, идя к дефицитам, рекомендуемым кейнсианством. Сводный баланс за весь цикл должен стремиться к нейтральному. Возможно антициклической должна быть и налоговая политика.

А теперь посмотрим, к чему привели либеральные рецепты в некоторых странах. Те же США, которые исторически были одним из крупнейших экспортеров и производителей в мире, страной постоянного экономического прогресса, превратились в королевство фиктивного капитала, живущего в долг за счет всего мира. Хотя определенные успехи в производстве высокотехнологической, хотя и не самой дешевой продукции показывает, что это возможная ниша их экспорта. Еще большее уничтожение производства произошло в России, упадок которой дошел до предела и ведет к вымиранию нации.

Вывод производства в страны с дешевой рабочей силой, использование гастробайтеров, вывоз капитала – все это, приносящее прибыль частному сектору подтачивает основание национальной экономики, так как не создает никакого внутреннего спроса. Другая вещь, которая создает проблемы – чрезмерное неравенство доходов, что также бьет по спросу. Доходы и потребление правящих слоев и в США и России шокирует, и это тоже ловушка для экономики. Нравственно ли все это? Недаром некоторые богатые и продвинутые люди в США недавно выступили за повышение налогов с богатых, и даже пошли на поддержку движения "Захвати Уолл-стрит".

Другое лекарство – создание тотальной плановой экономики – также спорно. Однако плановая экономика, не смотря на ее низкую способность работы в потребительском секторе, внутренне значительно мене противоречива, чем экономика рыночная. В ней нет потоков горячих денег и постоянной переоценки активов, нет альтернативных валют, любые долги могут быть списаны – это уверенно защищает такую систему от любых кризисов, в тоже время планирование, которое сводит спрос к предложению, строится так чтобы обеспечить преобладание спроса над производством, а не наоборот, как в рыночной системе.

Получается абсурд – те же США, которые могли бы обеспечить себе по уровню мощностей и развитию технологий практически развитой социализм, страдают от вынужденной безработицы, только из-за того, что не могут привести в соответствие возможности производства и возможность денежного (но не реального) спроса. Спрос всегда есть – 40 млн. населения, живущих за гранью бедности в США наверное есть что потребить, но нечем заплатить. Огромные производственные и высокотехнологические мощности США могли бы приносить пользу всему миру, закрепляя ее лидерство во многих областях, но это не возможно, поскольку в мире нет платежного спроса, способного поддержать их экспорт, в том числе из-за неразвитости многих экономик. Остается только бряцать оружием и являться источником проблем для всего мира.

Сейчас противоречия капитализма нельзя разрешить за счет глобального конфликта. После изобретения ядерного оружия этот вариант стал гипотетически невозможным - но в случае возникновения мог бы вполне стать предвестником конца земной цивилизации. Какое то время развитым странам помогло саморазрушение соцблока, освободившего пространство для сбыта и экспансии доллара. Все плоды этого изобилия оказались у нас на полках, разрушив нашу промышленность. Но и здесь возможности расширения исчерпаны. Глобальный спрос не может обеспечить развитие капиталистической системы. Необходимы новые подходы, а в теоретическом плане - некий синтез, который мог бы позволить создать новую модель экономики. Кризисы, которые могут повторяться с ускоренной частотой - категорически неприемлимы.

Хотя это сейчас выглядит невероятным, но возможно новая концепция экономики, «третий путь», может родится снова в России, история которой крайне шедра на экономические эксперименты. Вероятно, новая концепция экономики может сочетать в себе как эффективный рынок, так здоровые государственные финансы и элементы плановой экономики, при этом комбинация обеих антиподов должна быть свободна от их исходных недостатков. Но ее создание невозможно без новой экономической теории, которая служила бы интересам общества, а не была бы инструментом сохранения господства плутократии.

Новая волна кризиса, в случае ее разворачивания, может привезти к росту безработицы в России на фоне спада сырьевой коньюнктуры, что неизбежно может отразиться на рейтингах высшего руководства страны. Нескончаемый ПИАР тлеющей модернизации без ее видимых результатов явно набил оскомину. Но правящая элита похоже не делает адекватных выводов из складывающейся ситуации. Их выбор – перемена мест в правящем тандеме.

Текущие события еще раз подчеркивают, что сырьевая модель и тотальная экспортная ориентация на внешний рынок Россия губительна для экономики России. Стране нужно переходить, как это делает Китай к активной внутренней политике, развитию инфраструктуры, строительству дорог, жилья и т.д. В этом случае внутренний спрос перекроет возможное падение внешнего спроса и будет локомотивом любых инноваций, как для сырьевой, так и для новой экономики.

Александр Одинцов


0.20426511764526