22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
28/07
26/07
19/07
15/07
11/07
10/07
06/07
03/07
Архив материалов
 
Милее ли нам воры, чем душегубы?

Праздничное затишье, новостей почти нет. Единственное, что в этом почти замершем мире не останавливается ни на минуту, а, напротив, все усиливается, это давления Запада и Израиля на Сирию и Иран. Санкции со стороны ЕС, военные маневры. Теперь еще и Израиль, вроде, решил заглушить свой атомный реактор – мол, не сможем обеспечить защиту от ракетной атаки со стороны Ирана. Власти западных стран и мировые СМИ готовят нас к своей агрессии в отношении Сирии и Ирана примерно так же, как ранее готовили против Сербии, против Ирака и против Ливии… Тем не менее, обратим внимание и на одно событие в своей стране.

Бывают драмы, бывают трагедии. Иногда вследствие теракта или техногенной катастрофы люди гибнут сразу десятками, сотнями или даже тысячами. Но бывают и ситуации трагедии одной семьи столь душераздирающие и одновременно абсурдные, что, хочешь или не хочешь, но именно мимо них пройти никак невозможно. В данном случае я имею в виду трагедию в Брянске, когда под молодой мамой с коляской вдруг разверзается земля и канализационные воды уносят ребенка в бездну…

Вовсе не хотел бы спекулировать на этом случае и делать какие-то преждевременные выводы. Но общий-то контекст этой ситуации все мы видим и понимаем. Приведу пример, мне непосредственно близкий.

С десяток лет назад ниже нашего дома на месте бывшего сквера спилили более сотни деревьев и начали строить гигантский подземный гараж. Сам дом строили сравнительно недавно, под занавес СССР, на склоне упрятанной в трубы реки Неглинки, и все изыскания известны и свежи. В том числе, отказ тогда строить сразу же под домом и подземный гараж (что изначально, вроде, предполагалось) именно потому, что грунты и подземные водные потоки не позволяют. И вот ниже этого дома всего в тринадцати метрах начали взводить в прямом смысле подземную монолитную плотину высотой в пять этажей поперек течения подземных стоков. Опасения жителей, наверное, понятны. Тратить далее время читателей на все перипетии совершенно стандартной в наш век борьбы жителей за свой дом не стану – таких историй тысячи. Обращу внимание лишь на главное: удалось добиться подписанного зампредом Госстроя в адрес мэра Москвы предписания немедленно приостановить все работы до проведения независимой экспертизы на предмет безопасности строительства. Но… Работы так никто ни на минуту и не приостановил, никакой экспертизы никто не провел, подземный монстр построен и… заброшен. И теперь, вот уже более пяти лет в тринадцати метрах от нас – огромная брошенная стройплощадка. С виду – обычная стройплощадка, на которой разбросаны какие-то стройматериалы. Но под ней, метров на двадцать в глубину – гигантское нечто из монолитного бетона, перекрывшее все прежние естественные подземные стоки. А между домом и этим подземным монстром – дорожка, выезд из двора. И что с ней происходит, было бы неизвестно, если бы прямо на ней не были бы расположены канализационные люки. И эти люки теперь, по мере продолжающегося оседания дорожки (какие воды ее размывают и когда размоют окончательно?) все более и более выступают – торчат уже весьма причудливо сантиметров на десять-пятнадцать. И водители дорогих «Мерседесов» (все-таки центр Москвы) их аккуратно и тщательно объезжают. Когда и какой из этих «Мерседесов» окажется унесен канализационными водами вместе с весьма небедными и даже высокопоставленными пассажирами – одному Богу известно…

И установить конкретного виновного в смерти будущей жертвы, которой, как и в брянском случае, может оказаться и мать с ребенком, окажется невозможно. Ведь решения органами власти принимались давно, да, не исключено, еще и коллегиально, то есть какая-нибудь «комиссия» постановила. Те компании, что собирали деньги на подземный гараж, заранее распродавая в нем места (под занавес так и не оконченной стройки – аж по сто тысяч долларов за машиноместо!), уверен, давно обанкротились, и следы их руководителей и выгодоприобретателей затерялись в тумане. Да и компании, непосредственно ведшие строительство, тоже, скорее всего, уже не существуют. Все выгодоприобретатели, как от власти, так и от «бизнеса», разумеется, цветут и пахнут. Но кто же теперь и что с них спросит?

Так вот, повторю: вовсе не намерен делать скороспелых выводов в отношении трагедии в Брянске. Но, тем не менее, совершенно уверен в том, что и там истинные виновные в нынешней трагедии также привлечены к ответственности не будут. Просто потому, что вся система организации власти и ее взаимодействия с «бизнесом» в нашей стране целенаправленно настроена на то, чтобы доходы максимизировать, в том числе, в ущерб безопасности граждан и общества, и их приватизировать, а любые издержки возложить на общество и государство в целом. Суть системы – не в нюансах отношений собственности, налогов, социальной политики и т.п., но именно в этом - в максимизации паразитического присвоения плодов, при полном отсутствии какой-либо ответственности за последствия, включая игры с жизнями людей.

Воистину, лозунг эпохи «Воры мне милее, чем душегубы» (Бродский) реализован как абсолютный императив, в том смысле, что иного выбора как будто и не было. И без даже и минимального понимания, что последствия самой подобной постановки вопроса совершенно неминуемо окажутся сугубо душегубскими…

Кстати, не обратили внимание на то, что теперь, в новую «революционную» эпоху, самыми яростными пропагандистами в наших массовых СМИ определения ныне властвующей партии как «ПЖиВ» стали именно прежде столь же самозабвенные пропагандисты идеи о том, что воры все же милее?..

И здесь вынужден обратиться к одному из комментариев к моей предыдущей статье. Автор комментария процитировал из другого издания мой тезис об осознании властью, наконец, прямой военной угрозы стране, вследствие чего уместно ожидать не только увеличения бюджетных расходов на обороноспособность страны, но и востребованности собственной науки, образования, восстановления промышленности и т.п. А затем привел иное мнение – о том, что именно военные расходы, собственно, и сгубили СССР, так, следовательно, зачем же нам вновь наступать на те же грабли?

Действительно, зачем?

Прежде всего, вряд ли постоянные читатели «Столетия» могли ожидать от меня такого простодушия, как безмятежной радости в связи с тем, что власть, оказывается, наконец, осознала. Налицо просто элементарная некорректность интервьюера, бравшего у меня интервью по телефону. Понятно, что я говорил о другом – о том, что власть, ХОТЯ БЫ НА СЛОВАХ, ХОТЯ БЫ В РИТОРИКЕ, вроде, наконец, осознала. И это - свидетельство изменения мировоззрения всего общества…

Далее же – по существу вопроса. Хотелось бы мне, чтобы все те средства, которые можно было бы потратить на здравоохранение и образование, на капитальный ремонт бесчисленных плотин, дамб, мостов и т.п., на модернизацию ЖКХ и строительство дорог, на средства своевременной диагностики аварийно опасных объектов, наконец, были бы потрачены на закупки бесконечных «игрушек для генералов»? Разумеется, нет. Если заменить абстрактные «игрушки для генералов» на корабли, бронемашины, самолеты и даже стрелковое оружие иностранного производства? Еще меньше. Но если заменить это на оружие производства не иностранного, но отечественного, да еще и современное, требующее развития собственных высокотехнологичных производств, то тогда вопрос уже не столь однозначен. Тогда вопроса стоит поставить два.

Первый: а можем ли мы себе позволить не тратить существенную долю национального богатства на обеспечение обороноспособности? Не является ли единственно возможной альтернативой этому прекращение существования этого «мы» как единого целого уже в ближайшей вполне обозримой перспективе? Кто-то скажет, что нет, это, мол, маловероятно, да и сам Запад, якобы, теперь вовсе не заинтересован в нашем расчленении… Но не оскорбительно ли для нашего общества, для государства с тысячелетней историей звучит даже и само это упование на то, что Запад «сейчас не заинтересован»? А если ошиблись в оценке планов Запада (а равно и Китая), оказались введены в заблуждение? И, тем более, а если завтра будет вновь заинтересован – тогда и начнем экстренную мобилизацию и будем вооружать призывников срочно изготавливаемыми кустарными или игрушечными сабельками?

И вопрос второй, сама постановка которого для нас весьма драматична, если не трагична, но, тем не менее, который приходится ставить. А именно: какие же иные у нас есть шансы на то, что наша элита (как финансово-экономическая, так и непосредственно властная) станет хотя бы чуть-чуть менее компрадорской и более национально ориентированной, если не вытекающие из внешней угрозы стране? При сложившемся социально-экономическом и политическом режиме, характеризующемся неизбежными периодическими жертвоприношениями матерей с грудными детьми подземным стокам без каких-либо даже сколько-нибудь неприятных последствий для «элиты» (эти воры ведь нам все еще так милы), какие иные у нас есть или предвидятся возможности и побудительные мотивы для изменения ситуации? В частности, для отказа от статуса покорного и далее деградирующего сырьевого придатка внешнему миру и перехода к интенсивному самодостаточному развитию?

Вопрос крайне неприятный и тяжелый. Согласиться с его постановкой – значит, признать, что мы являемся обществом без внутренних стимулов, мотивов и механизмов саморазвития. Но, с другой стороны, разве это не так? Или несколько смягчим постановку вопроса: скорость возможного естественного внутреннего саморазвития нашего общества, при нашей нынешней отсталости, в ситуации, предположим, путь даже и отсутствия внешних угроз, разве позволяет нам всерьез рассчитывать на занятие в мировой иерархии, в том числе, в системе мирового разделения труда, достойного места?

Понятно, с теми, кому достойное место страны в глобальной мировой иерархии не нужно, с теми, кто полагает, что необходимы лишь «условия для комфортного проживания», с ними это вообще обсуждать бессмысленно. Им можно, конечно, сказать, что «комфортные условия» окажутся неминуемо сугубо временными. Но они ответят, что, значит, где-то в другом месте в это время условия окажутся приемлемыми – туда и переедем. Но мы же здесь не обсуждаем вопросы наилучшего личного обустройства космополитов на Земном шаре? Это, полагаю, со всеми подробностями и нюансами вполне компетентно обсуждают на иных сайтах, где вопросами судьбы Родины, уж извините, не «заморачиваются»…

Возвращаясь же к нам как целому, далее еще несколько смягчим эту постановку вопроса – этот, кажется, почти безнадежный диагноз. Да, через ситуации столь выраженного подавления всех естественных конкурентных начал (как в экономике, так и в государственно-политической системе), собственно, и являющихся основным механизмом саморазвития, а также через ситуации столь явственного разложения базисной морали общества, проходят не все государства. И, уж тем более, не все проходят через них успешно, то есть, не все находят выход. Но, тем не менее, вспомним, что представляли из себя США всего чуть менее ста лет назад. И для этого всем рекомендую вновь перечитать «Гроздья гнева» Джона Стейнбека. Не грех напомнить, что «голодомор» в те времена был не только у нас, причем, в отличие от нашей ситуации последствий разрухи и истинной слабости, отнюдь не по объективным причинам, имея в виду неурожай и реальную нехватку продовольствия. Да, конечно, для расследования того, о чем писал Стейнбек, была создана специальная комиссия Конгресса, да которая еще и подтвердила всю основную фактуру. Но вот что важно: могли бы ведь комиссии и не создавать, факты не подтверждать, а все задавить, как расстреливали, буквально, перед самыми этими событиями забастовки рабочих – безо всякого лишнего шума. Но почему же так не сделали? Почему взялись что-то менять и даже, о ужас, согласились на невиданно «социалистические» реформы Рузвельта? Об этом говорили и затем писали практически открыто: именно в силу внешней угрозы – угрозы советского коммунизма и германского, а точнее, практически тогда уже почти общеевропейского фашизма. Все дальнейшее, как известно, весьма интересно и до сих пор актуально и поучительно, вплоть до деталей рузвельтовских реформ. Но для нас сейчас важно другое: не только мы такие, уж извините, инвалиды, что без внешней угрозы развиваться совсем не можем. Оказывается, и самые лидеры нынешнего мира в совсем недалеком прошлом коренные реформы у себя, без которых даже и представить себе их нынешнее могущество было бы невозможно, произвели, в том числе, и явно под воздействием внешней угрозы.

Значит, и у нас есть шанс?

Важно, что наши глобальные конкуренты внешнюю угрозу своевременно осознали и восприняли это именно как угрозу для себя, причем, не только в среде образованного класса, далекого от государственного управления, но и в среде элиты. У нас же, как известно, главная проблема – антинациональная сущность значительной части нынешней элиты, проистекающая, в том числе, из генезиса «первичного накопления капитала», а также из, по существу, полуоккупационного характера переворота 1993 года и установившегося затем государственно-политического режима. Отсюда и не реагирование адекватно на совершенно реальную внешнюю угрозу, но симулирование активности в этой части. Вплоть до обращения к закупкам вооружений за рубежом – там, где, да еще и в условиях кризиса, на какие только демпинги и, одновременно, на какие только откаты не пойдут ради того, чтобы сбыть нам свою промышленную продукцию…

…Повторю, к сожалению, я все еще не имею возможности утверждать, что наша власть, наконец, что-то осознала. И если риторика в чем-то сменилась в более адекватную сторону, то я говорю об этом лишь как о воздании должного сдвигу в общественном мнении, на который власть вынуждена как-то ориентироваться, хотя бы в риторике.

В этих условиях не могу не отреагировать на «шутку» одного из комментаторов к предыдущей статье, искренне предложившего мне… почаще бывать на телевидении, буквально, «напрашиваться». Зримо представляю себе картину своего прихода, например, на первый или второй (государственный) телеканал:

- Здравствуйте, здравствуйте, а что же вы к нам так давно не заходите? Не хотите ли принять участие в прямом эфире – у нас как раз дискуссия о последствиях вступления в ВТО и, соответственно, о том, надо ли парламенту ратифицировать соглашения? Или, может быть, согласитесь принять участие в дебатах о современной финансовой системе – что нужно изменить, чтобы стало возможным финансирование промышленности? А также и вообще – о суверенитете и суверенности финансовой системы страны, об устройстве Центробанка и о его независимости… И еще хотелось бы с вами поговорить о проблеме контроля за властью: как нам восстановить независимую Счетную палату, и шире – о механизмах ответственности власти…

Что ж, если кому-то настоящее или хотя бы будущее нашего ТВ (может быть, даже обещанного к праздничку «общественного ТВ»), необязательно применительно ко мне, но применительно к любому более или менее компетентному и мыслящему человеку, которому есть что сказать, видится столь оптимистично, то оптимизму наших сограждан могу лишь позавидовать. У меня-то нет сомнений в том, что в реальности эти все вопросы если кому и предложат обсуждать, то лишь какому-нибудь «чистому и светлому», как будто только вчера родился, безо всякой нам вполне на самом деле известной предыстории, олигарху. Воры ведь нам все еще милее всяких других, подозрительных?

Но если все еще жив подобный искренний оптимизм некоторых наших читателей-комментаторов, искренне верящих, что на телевидение активному человеку достаточно себя просто предложить, а там (равно как и во власти) просто с ног сбились – всерьез ищут кого поразумнее и покомпетентнее, значит, действительно, еще не все потеряно. Ведь искренность и наивность тоже способны творить чудеса?


Юрий Болдырев

http://www.stoletie.ru/print.php?ID=117534


0.2008900642395