Интернет против Телеэкрана, 30.07.2014
Русско-японская война и дальневосточная политика России

В сознании людей господствует идеологический шаблон, вдалбливаемый целым поколениям русских людей навязчивой коммунистической пропагандой. В этом шаблоне есть полный комплект упреков в адрес старой России – неготовность к войне, бездарное командование, техническая отсталость, низкий уровень боевой подготовки и многое другое. Логическим финалом рассуждений о неудачах русско-японской войны служит вывод о том, что она послужила катализатором «неизбежной» революции 1905-1907 годов. Но если посмотреть на русско-японскую войну непредвзято, без большевистского стремления всюду отыскать мнимые слабости царской России, то мы увидим войну, которую никто не знает. Об этой неизвестной и непонятой войне будет наш рассказ.

Причины войны 1904-1905 годов обычно скрываются за ширмой рассуждений о споре России и Японии за преобладание в Корее, за рассказами об «обидах», которые были нанесены Японии, когда гораздо более сильная Российская империя заставила ее отказаться от результатов японо-китайской войны, а затем приобрела Порт-Артур. Находится среди причин и место для «безобразовской группировки» (чья роль оказывается раздута до неприличия), форсировавшей колониальные планы России в Корее, что провоцировало Японию на силовое решение проблемы. Но все эти поводы так и остались бы поводами, если бы не главная причина, которая была достаточно далека от имевшихся фактов.

Причина русско-японской войны в том, что Япония была поздним государством, которое вышло на мировую арену тогда, когда колониальный раздел мира близился к концу. Поэтому вмешательство Японии в сложившийся миропорядок неизбежно приводило к вооруженному конфликту. Фактически Япония оказалась в роли «азиатской Германии», которая тоже неизбежно шла к войне, потому что ее конкуренты в Европе никак не хотели мирно делиться теми благами, которые они уже успели приобрести. Для Японии оставался один единственный путь расширения своей империи – Китай и Корея. Все остальные территории, включая расположенный вблизи Индокитай и острова от Индийского, до Тихого океана уже принадлежали великим державам.

Когда мы вспоминаем об изменениях дальневосточных границ России в XIX веке, то чаще всего вспоминается утрата Российской империей колоний на Аляске. Но при этом почти никто не вспомнит о том, что, продав отдаленные территории, мы приобрели ничуть не менее богатые земли у своей границы, при этом расширив территорию империи намного больше, размера земли за Беринговым проливом. К России были присоединены: Южный Сахалин, Камчатка, Амурская область, Уссурийский край, Квантунская область. Все эти земли достались России исключительно дипломатическими методами, без «пролития крови», что не может не характеризовать русскую дипломатию с самой выгодной стороны.

Впрочем, Китай и Корея, несмотря на то, что сохраняли статус «неразделенного пирога» представляли немалый интерес для великого соседа на севере – России. Находившаяся на подъеме Российская империя неизбежно обращалась к новым рынкам и источникам сырья, поэтому имела в этих краях особые интересы, которые демонстрировала, начиная с конца XIX века. Если бы на месте России была другая великая держава, Японии пришлось бы воевать с ней. Таким образом, можно с уверенностью говорить, что причиной войны был объективный фактор, который снимает с России мнимую вину в провоцировании войны агрессивной политикой на Дальнем Востоке. В то же время и Япония не могла отступить, так как ее судьба в качестве великой державы напрямую зависела от того получиться ли у нее создать колониальную империю.

Японию могли заставить отказаться от своих агрессивных планов давлением мирового сообщества, которое в подобных делах в начале ХХ века уже проявило себя. Но никому из великих держав не было выгодно останавливать Японию, так как все европейские страны нуждались в ослаблении России. Франция – главный союзник - желала поражения России для того, чтобы отвлечь ее от восточных проектов и полностью сориентировать на европейские дела, где Россия готовилась на роль поставщика пушечного мяса в войне с Германией. Германия в это время имела Россию в качестве потенциального противника и, уже поэтому, не имела никакого стремления удерживать Японию. Англия, как обычно, стремилась создать такую ситуацию, чтобы все потенциальные конкуренты воевали между собой как можно больше и становились слабее, уменьшая тем самым угрозу для британского могущества.

В таком раскладе сил очень четко проявилась огромная ошибка русской дипломатии и лично императора Александра III заключившего союз с Францией из личных, ничем не обоснованных германофобских убеждений[2]. Ведь практически до начала русско-японской войны германский император Вильгельм II открыто говорил, что в случае союза с Россией поддержит любые действия России на Востоке, и предлагал предоставить России полную свободу действий в тех странах, которые потенциально могут стать русским колониями[3].

Для этого надо было только разорвать невыгодный России союз с Францией, неизбежно толкавший Европу к великой войне, и заключить союз с Германией, выгодный России во всех отношениях[4]. Начиная от гарантии мира, так как ни один блок не решился бы начать войну против русско-германского союза, заканчивая тем, что этот союз повлек бы неизбежный упадок Англии – исторического геополитически обусловленного врага России[5]. Но Россия сохранила верность союзу с Францией (хотя история дипломатических действий вокруг этой проблемы, достойна стать темой отдельного рассказа) и, следовательно, война с Японией оказалась неминуемой.

Нельзя сказать, что русская армия была не готова к войне. У военного руководства империи имелись проработанные планы военных действий, которые были адекватны существующему на Дальнем Востоке положению. Шло постоянное усиление русских войск предназначаемых для разворачивания против Японии. К частям Приамурского округа были добавлены Сибирский и Казанский округа, а затем и Киевский с Московским. Численность Тихоокеанской эскадры постоянно увеличивалась, в Порт-Артуре строилась первоклассная военная база и морская крепость. Проведена большая работа по картографированию Маньчжурии и прилегающих территорий.

Военные планы России строились на признании того факта, что, обладая обширными и малонаселенными землями восточной Сибири и Дальнего Востока, мы не можем содержать там крупную армию достаточную для разгрома потенциального противника. Достаточно вспомнить, что в 1895 г. военная сила всего Приамурского военного округа составляла всего 19 пехотных батальонов. Поэтому русские войска, размещенные в этом регионе, должны были сдерживать наступление врага, пока из европейской части России не прибудут основные воинские соединения, предназначенные для ведения регулярных военных действий. К сожалению этот единственно возможный план действий был поставлен в зависимость от транспортного снабжения Европейской России и Дальнего Востока, но в той ситуации иного выбора у России просто не было. Впрочем, эта проблема решалась и уже к осени 1905 г., уже в ходе войны, была полностью решена.

Была увеличена численность непосредственно размещенных на Дальнем Востоке войск – из числа европейских частей отправлено 2 пехотных бригады, на Ляодунском полуострове сформирован III Сибирский корпус, все Сибирские стрелковые бригады развернуты в дивизии. Численность дальневосточных войск за срок около 10 лет выросла почти в 10 раз. Для создания эффективной системы управления дальневосточными владениями летом 1903 г. было учреждено наместничество с очень широким кругом возможностей. Надо признать, что для обеспечения боеготовности русским военным руководством было сделано все возможное и уж точно, готовность России к войне в 1903 г. была существенно выше, чем СССР летом 1941 г., несмотря на многолетнюю подготовку большевистского правительства к войне.

Надо отметить, что Россия, имея в Китае и Корее немалые экономические интересы, отнюдь не была заинтересована в присоединении хотя бы отдельных частей этих государств. В 1900 г. генерал А.Н. Куропаткин подготовил императору Николаю II доклад, который определял основы стратегии России во взаимоотношениях с Китаем. Вот что говорилось в нем: «Искать присоединения к нам Маньчжурии было бы совершенно невыгодно… (в результате) русские поселения были бы потоплены нахлынувшими волнами желтой расы. Восточная Сибирь сделалась бы вполне нерусской.

Между тем, надо признать, что только русское население этой окраины было и будет составлять впоследствии вполне надежный элемент. … Этим путем (притока китайских мигрантов) свободные земли были бы заняты нерусским элементом, между тем мы должны охранять каждую десятину в Сибири для русских, ибо в течение ХХ столетия Сибирь неизбежно должна обратиться в страну с огромным населением. Необходимо помнить, что в 2000 г. население России достигнет почти 400 миллионов. Надо уже теперь начинать подготавливать свободные земли в Сибири, по крайней мере, для одной четвертой части этой цифры».

Провозглашалось, что политика России в Китае должна придерживаться идеи сохранения Китаем суверенитета и непопадания его под власть иных государств, при этом необходимо было принимать все возможные меры, чтобы Китай смог представлять серьезной военной угрозы России. Торговые отношения с Китаем – крупнейшим рынком – потребителем русских товаров предполагалось всячески развивать. Такую же политику предполагалось проводить и в Корее, но там ситуация осложнялась необходимостью решительного противостояния Японии. Любой объективный наблюдатель на основе этих данных придет к выводу, что русская политика на Дальнем Востоке была исключительно разумной и национально ориентированной.

Надо сказать, что настолько выгодной для России и русского народа дальневосточной внешней политики, мы впоследствии не имели, вплоть до наших дней.

Единственной существенной ошибкой России в дальневосточной политике надо признать строительство Маньчжурской железной дороги (КВЖД). Стремление сэкономить на строительстве и срезать путь по более удобным равнинам Маньчжурии привело в итоге к зависимости основной транспортной магистрали от состояния дел в Китае, которое в те времена было далеким от идеального. Например, в 1900 г. из-за восстания в Китае Россия потеряла целый год, лишившись возможности осуществлять перевозку грузов и встав перед необходимостью восстанавливать участки дороги, разрушенные китайцами, что в результате плохо сказалось на проводимом в Квантуне военном строительстве. Генерал Куропаткин отмечал, что если бы не потерянный год положение русских войск в войне с Японией было бы гораздо более выгодным.

В начале 1904 г. русская армия на Дальнем востоке составляла около 100 тыс. человек при 184 орудиях. Япония по оценкам русского Генерального штаба могла выставить армию численностью около 400 тыс. при 1100 орудий. Но эту армию еще предстояло перевезти через море, высадить, наладить снабжение. Поэтому с опорой на укрепленный район Квантуна, который должен был сковать большую часть японских сил, русская армия была вполне готова к выполнению боевой задачи. Это делало позицию России в переговорах с Японией достаточно уверенной, хотя и не агрессивной. Наступательную позицию заняли японцы, которые понимали – еще немного и положение русских в регионе будет столь устойчиво, что любые действия против Российской империи будут равноценны самоубийству. Надо сказать, что японцы всегда умели чувствовать момент и угадывали, когда надо вовремя атаковать. Эту свою способность Япония подтвердила почти 40 лет спустя, когда начала войну против США внезапной атакой американского флота в Перл-Харборе, в результате обеспечившей военное преобладание Японских сил на несколько лет.

Начало войны было связано с эскалацией напряженности вокруг, в общем-то, рядового инцидента, связанного с активностью русских в Корее, которую обе страны участницы конфликта расценивали как объект непосредственного интереса. Позиция России была весьма миролюбивой, так в ноябре 1903 г. русское правительство предложило придать Корее нейтральный статус, но эта инициатива была отвергнута Японией, которая добивалась включения Кореи и Маньчжурии в свою сферу влияния. Япония разорвала дипломатические отношения с Россией и в ночь с 26 на 27 января японские корабли атаковали русскую эскадру стоявшую на Порт-Артурском рейде. Война, которой не хотели в России, и в которой крайне нуждалась Япония, началась.

 

Начало войны

 

Внезапная атака на морские силы России практически вывела их из строя, а японцы получили превосходство на море. Необходимо отметить, что в этом также нет вину русского командования, так как любая внезапная атака дает существенные преимущества агрессору, в то время как предотвратить такую атаку практически невозможно. Опыт СССР в начале Великой Отечественной войны и США в Перл-Харборе доказывает это со всей убедительностью.

Преобладание японцев на море вовсе не означало проигрыша войны русскими. Для России морские коммуникации с Дальним востоком были мало значимы, так как основной поток грузов доставлялся к месту назначения железнодорожным транспортом. Даже при сосредоточении большей части наших морских сил против Японии (что сделать было невозможно по причине протяженности морской границы России) все равно контроль моря для России был бы маловероятен. Этот результат - следствие того, что война была конфликтом России, державы преимущественно ориентированной на сухопутную мощь с Японией, которая ориентировалась, прежде всего, на морскую мощь, что неудивительно исходя из ее географического положения.

Благодаря господству на море японцы произвели высадку в Корее 1-й армии, в то время как после мобилизации началось формирование еще двух армий. В России была проведена частичная мобилизация, что позволило развернуть сибирские бригады в дивизии и отправить на фронт два корпуса из Московского и Киевского военных округов. Но в начале военных действий русским войскам приходилось действовать только теми силами, которыми они располагали в начале войны.

Несмотря на все меры, принятые русским правительством, военные силы России на Дальнем востоке были недостаточны для ведения широкомасштабной войны против Японии. Но для России это было следствием объективных факторов, прежде всего – географических. Удаленное расположение дальневосточных границ империи и слабое развитие транспортной сети приводило к тому, что при всем желании, Россия не могла сосредоточить на Дальнем востоке большие силы, чем оказались там, в момент начала войны. И это ни в коей мере нельзя ставить в вину России.

Географический фактор объективно существовал и существует по сей день, а уровень развития транспорта в начале ХХ века не позволял добиться большего, чем мы имели. Надо учесть, что даже сегодня, более чем сто лет спустя, после русско-японской войны транспортная проблема по-прежнему остро стоит для всего Дальнего востока. Прошло сто лет, а изменилось немногое. Появился авиационный транспорт, но в начале ХХ века его еще не было. Железная дорога получила новую байкало-амурскую магистраль, которую, однако, СССР смог построить только в восемьдесят лет спустя после конфликта. Дорожное же сообщение с Дальним востоком и сейчас возможно далеко не везде.

Командующего Маньчжурской армией генерала А.Н. Куропаткина часто обвиняют в бездеятельности, в том, что он упустил время, когда японцы только производили высадку и не «сбросил в море» японские войска. Это обвинение кажется серьезным, только если рассматривать его не понимая сложившейся ситуации. А положение было таково, что любые действия в Корее означали бы то, что пришлось бы фактически открыть японцам прямой путь на Порт-Артур, чем в условиях морского господства они не преминули бы воспользоваться. Десант на основной центр военных сил России на Дальнем востоке сильно изменил бы положение на фронте и поставил Россию в крайне невыгодное положение. Куропаткин же, здраво оценивая возможности коммуникаций с районом военных действий, предполагал использовать «тактику 1812 года» и заманивать японские войска вглубь континента, растягивая их коммуникации и сокращая свои.

Впрочем, война только начиналась, и нападение Японии вызвало невиданный со времен русско-турецкой войны подъем патриотизма в России. Даже оппозиционно настроенное студенчество поддержало правительство. В Петербургском университете состоялось собрание студентов, завершившееся манифестацией прошедшей до Зимнего дворца с пением «Боже царя храни». Даже революционеры отмечали настрой в обществе. Террорист Каляев, с обычным для этой публики озлоблением, писал в это время: «Гонят народ как на бойню и никакого протеста. Всех обуял патриотизм». Но разрушительные силы внутри России быстро оправились от разочарования в народе и принялись за работу с удвоенной энергией, тем более что в условиях войны они нашли в японском правительстве и генеральном штабе нового и щедрого спонсора. Началось разжигание революционных настроений.

Значение внутреннего фактора во время ведения русско-японской войны огромно. В то время как японцы сплотились вокруг правительства и были готовы идти на любые жертвы ради победы в России революционные партии и либеральная интеллигенция использовали все средства, чтобы ослабить страну изнутри. Дело доходило даже до поздравительных телеграмм японскому императору, которые отправляли либералы из России, чтобы отметить сражения японской армии, которые они вслед за японской пропагандой записывали в победы Японии. Революционеры же увидев, что война дает прекрасный повод для обострения внутренней ситуации в стране, активизировали свою подрывную работу.

В условиях, когда Россия вела войну, начались забастовки (участники которых получали щедрое вознаграждение), через границу ввозилось оружие, которое распределялось среди отрядов боевиков. Широчайшим потоком шла изданная за рубежом пропагандистская литература. Большевики не любят об этом вспоминать, но в годы русско-японской войны они превратились во «власовцев» этой эпохи. Предав свой народ и свое государство, приняв деньги и оружие из рук врагов России, они сражались с русским народом, развязав революционный террор и мятежи по всей стране. Проклиная генерала Власова за предательство (впрочем, обоснованно) большевистская власть «забыла» свои собственные истоки. То, что она вспоминает о патриотизме только тогда, когда этот патриотизм должен защищать коммунистов, но не Россию и русский народ.

Весьма неоднозначной была международная реакция на войну. Великобритания и США явно поддержали Японию, так как боялись усиления России. Для Англии ослабление Российской империи было крайне важным, так как Россия эффективно боролась с англичанами в Азии и создавала постоянную угрозу английскому империализму самим фактом своего существования. Президент США Т. Рузвельт даже сделал заявление, в котором предупредил Германию и Францию, что если они поддержат Россию и выступят против Японии, то США вмешаются в войну на стороне японцев. Французы во исполнение союзнических обязательств поддержали Россию, но сделали это более формально, чем искренне, тем более что левые круги Франции дружно выступали против русских.

В Германии, несмотря на то, что Россия находилась в союзе с их врагом – Францией, Россия встретила саму массовую поддержку. Император Вильгельм II написал на секретном докладе германского посланника в Японии следующую резолюцию: «Русские защищают интересы и преобладание белой расы против возрастающего засилья желтой. Поэтому наши симпатии должны быть на стороне России». Но поддержка России была не только в лице германского императора. Русских поддержал и немецкий народ. Так до наших дней дошла популярная песня о гибели крейсера Варяг, написанная на немецком языке, затем переведенная на русский и ставшая необычайно популярной. Понятно, что все эти факты являются лучшим доказательством того, что русское правительство совершило роковую ошибку, пойдя на союз с враждебными нам Францией, а затем Англией. В то же время, отвергнув дружбу Германии, которая гарантировала бы нашим странам преобладание во всем мире.

В конце марта - начале апреля 1904 г. состоялась серия боев на реке Ялу. Командующий генерал Куропаткин рассматривал позиции на реке Ялу как русский арьергард, которому была поставлена задача: максимально задержать продвижение японских войск, в то время как русская армия будет осуществлять маневр в Маньчжурии. Ошибкой командующего было то, что он оставил на важном направлении недостаточно сил. В результате чего японцы смогли организовать по фронту почти трехкратное, а вместе удара почти пятикратное численное превосходство и прорвали оборонительную линию. Несмотря на неблагоприятное соотношение сил сторон, русские войска дрались с исключительной храбростью и смогли прорвать окружение и уйти к своим. Такое сопротивление заставило японское командование существенно преувеличить силы русской армии. Русский полк они считали за дивизию.

Позиция на реке Яла была очень хороша, русский ее берег был высок и удобен для развертывания обороны. Если бы не приверженность русского командующего к выработанной ранее схеме войны и своевременное использование преимуществ местности, то можно было бы удерживать японцев в Корее гораздо дольше. Естественно, это не стало бы выигрышем войны, так как японцы могли перебрасывать войска по морю, но положение Японии было бы весьма осложнено. К сожалению для России, ее морская сила в это время была явно недостаточной, что впрочем следствие объективного фактора – невозможности обеспечить равное развитие и армии и флота. Кстати, эта проблема была неразрешима на протяжении всего ХХ века. Ее не смог решить и СССР, который, несмотря на напряжение всех сил страны, так и не смог создать большого океанского флота сопоставимого по мощи с силой потенциального противника.

В апреле после боев на Яле началась высадка у Ляодунского полуострова Второй японской армии. К сожалению и тут русские войска не воспользовались случаем и не ударили по разворачивающейся армии в тот момент, когда она была фактически зажата между войсками Куропаткина в Маньчжурии и войсками Стесселя в Порт-Артуре. Но сожалея об упущенных возможностях, мы забываем о том, что в это время не было спутникового слежения и русское командование не могло с уверенностью знать положение дел на фронте, так как конная разведка не могла обеспечить полной информации на протяженных территориях, где действовал противник. Поэтому осторожная стратегия Куропаткина может быть если не оправдана, то хотя бы объяснена. Отступление от не могло принести не только победу, но и являлось огромным риском для русских войск которые могли оказаться в ловушке и сами быть зажаты между Первой и Второй японскими армиями. Об этом надо помнить тем, кто критикует русское командование. В целом позиция русских была верной и разумной, но в условиях сложившейся ситуации невыгодной, о чем русские войска, однако, не могли узнать.

Кстати бои за Цинь-Чжоу, с которых началось продвижение на Ляодун, были для японцев крайне тяжелы и их армия понесла огромные потери (они как минимум втрое превышали русские). После прорыва у Цзинь-Чжоу, Ляодунский полуостров оказался в руках противника, а порт Дальний был захвачен и использован для снабжения армии. Так началась оборона Порт-Артура, одно из самых героических деяний русской армии.

 

Основной период войны

 

Основной период войны можно охарактеризовать двумя основными направлениями действия русской армии, во-первых, это оборона основного укрепленного района занимаемого Россией на дальнем Востоке – Порт-Артура и, во-вторых, это действия полевой армии направленное на борьбу с японскими войсками, действующими в Маньчжурии. Обе эти задачи были равно важны для русской стратегии входе войны, но надо отметить, что пассивность в действиях армии генерала А.Н.Куропаткина привела к тому, что вместо взаимодействия двух элементов, они были разделены и существовали как бы сами по себе, не оказывая никакого влияния, друг на друга.

Очевидно, что после того как был упущен шанс сорвать высадку японских войск или задержать продвижение японских войск из Кореи в Маньчжурию, русская армия была обречена на разделение своих сил, потому что Маньчжурские части и части находившиеся в Порт-Артуре потеряли связь между собой и взаимодействовать не могли. Попыткой решить эту проблему стала директива данная наместником Алексеевым – Куропаткину о необходимости подготовить наступление на армию генерала Ноги, находившуюся вблизи Порт-Артура. Она поступила 18 мая 1904 г.

К сожалению, наступление и бой под Вафангоу оказались неудачными, так как осторожный Куропаткин выделил для него слишком мало сил. Превосходство японцев над корпусом генерала Штакельберга было более чем в полтора раза. Но не стоит излишне обвинять русское командование. Русская армия все еще находилась под воздействием иллюзии колониальных войн, когда войска европейских государств одерживали убедительные победы при трех-четырех кратном превосходстве противника. Ведь еще четыре года назад во время подавления восстания в Китае именно так и обстояло дело. Однако Япония уже была вполне современной державой, качество армии которой не уступало европейским образцам. России выпала участь доказать этот факт всему цивилизованному миру.

Но, несмотря на отступление русских войск, японцы уменьшили свою активность и все начало лета 1904 года, никаких серьезных боевых столкновений не было. К началу июля силы русской армии в Маньчжурии уже несколько превышали японские. В результате адмирал Алексеев решительно высказывался о необходимости предпринять наступление на Порт-Артур. Куропаткин был против этого, так как отсутствие достоверных разведывательных данных, привело к тому, что он переоценивал силы японской армии и считал более разумным продолжать свою стратегию отступления вглубь Маньчжурии, растягивая коммуникации японцев.

Но в результате совещания 7 июля был принят план Алексеева, который предусматривал оборону со стороны Кореи и наступление на Ляодунском направлении. Русским планам помешала развитая сеть японского шпионажа (о которой уже шла речь во второй части). Узнав планы русских, японцы сами предприняли наступление 10 июля силами армии Оку против Южного направления, которое предполагалось прикрывать небольшими силами. На следующий день состоялось сражение при Дашичао, в котором японские силы были разбиты, а их наступление отражено.

Несмотря на возможность дальше продолжать оборону, Куропаткин настоял на последовательной реализации своего плана, и русские войска были вынуждены отступить. 18 июля командование силами японцев в Маньчжурии принял маршал Ояма. Он сразу перешел в наступление и под Кангуалином нанес поражение отряду под командованием генерала Засулича, а на Янзелинском перевале – отряду генерала Келлера. В обоих сражениях впервые в ходе войны потери русской стороны превысили японские почти в два раза, хотя и в относительных цифрах были довольно невелики, составив 1671 и 1800 человек.

В конце июля русские войска оставили южную Маньчжурию и сосредоточились в хорошо укрепленный район Ляояна, который был выбран Куропаткиным для генерального сражения еще в самом начале войны. В начале августа русские войска сосредоточились на позициях у Ляояна в составе 147 тыс. штыков и 663 орудий. Силы японцев, находившиеся на расстоянии 10-15 км., были равны 125 тыс. штыков и 484 орудия. Несмотря на кажущееся превосходство русских сил, надо учитывать то, что они были вынуждены находиться в обороне большей территории и еще часть войск использовать для прикрытия флангов и тыла. Поэтому меньшая по численности японская армия могла обеспечить численное превосходство на участке наступления.

11 августа японские войска атаковали силами фланговой армии генерала Куроки русские войска передового X корпуса, которые занимали чрезвычайно растянутые по фронту позиции. В течение четырехдневных боев японцы были отражены, но Куропаткин приказал отойти на Ляоянские позиции, что и произошло к 16 августа. 17 августа началось генеральное сражение. Японцы атаковали всеми силами: 4-я армия генерала Нодзу и 2-я армия генерала Оку наступали на основном направлении удара, а 1-я армия генерала Куроки начала маневр с целью охвата левого фланга русских.

Несмотря на то, что фронтальное наступление было остановлено, силы Куроки начали переправляться через р. Тайцзыхэ. Эта угроза с фланга вынудила Куропаткина сосредоточение войск на левом фланге, в то время как против основных сил противника остались части резерва генерала Зарубаева, которые, несмотря на это, продолжали успешно отбивать атаки превосходящих сил.

Против 24 тыс. штыков и 60 орудий 1-й армии было выставлено 62 тыс. штыков и 352 орудия русских. Но японцы действовали решительно и наступали, в то время как русские войска, перебрасываемые на фланг, были не готовы к наступлению. В течение 19 и 20 августа при двукратном превосходстве над японцами русские отступали и остановились только тогда, когда наступление Куроки выдохлось из-за нехватки сил. Несмотря на то, что на основном направлении японские войска не добились успехов, а наступление 1-й армии на Ляоян было остановлено и пока что не представлялось возможным продолжить его, командующий русской армией генерал Куропаткин, потерял волю к победе и 21 августа приказал отступить.

Потери русских составили 18300 человек, потери японцев – 23714 человек. Соотношение потерь в нашу пользу очевидно доказывает тот факт, что продолжение сражения за Ляоян имело смысл и вполне могло кончиться победой русских. Японцы понесли тяжелые потери и даже не смогли организовать преследование отступающих русских войск. Японцы не имели сил для дальнейшего наступления и, заняв 22 августа Ляоян – остановились.

Маньчжурская армия отступила к Мукдену в 70 км. к северу от Ляояна. В конце августа прибыло пополнение и к русским и к японцам, в результате чего силы России были представлены 210 тыс. штыков при 758 орудиях, а силы Японии – 150 тыс. штыков при 648 орудиях.

В это время в течение лета японцы не спеша развивали наступление против Порт-Артура. Части японцев к середине июля были объединены в 3-ю армию под командованием генерала Ноги. Ее численность к 17 июля составляла 48 тыс. штыков (позже доведена до 80 тыс.) при 386 орудиях, против около 40 тыс. штыков и 646 орудий. Японцы предполагали взять город штурмом. В течение периода до 3 августа японские войска с боем заняли часть высот вокруг Порт-Артурских позиций и как результат этого – предложили сдать крепость. После предложения военный совет во главе с генералом Стесселем отклонил его. Тогда Ногой было предписано штурмовать порт-Артур 6 августа. В течение двух дней массированным огнем артиллерии предполагалось разрушить русские укрепления и затем, подавить сопротивление русских.

Необходимо отметить, что в пользу противника шло то, что японская армия недавно закончила перевооружение и большинство их орудий стреляло осколочно-фугасными и фугасными снарядами, снаряженными мощной взрывчаткой – «шимозой», в отличие от русской артиллерии, которая массово использовала уже устаревший черный порох. Также японцы имели на вооружении аэростаты для корректировки артиллерийского огня, что существенно повышало эффективность их обстрелов. У русской же стороны аэростатов не было.

6 августа начался Первый штурм Порт-Артура. Основное направление удара было направлено на высоту Угловая, которая после ожесточенного сопротивления была захвачена. В бой с русской стороны была введена даже артиллерия эскадры находившейся в порту. Но несмотря на локальные успехи японцев, русские войска восстанавливали разрушаемые артиллерией укрепления и остановили японские части, которые продолжали наступать вплоть до последней попытки штурма 11 августа. В это время силы японской армии уже были серьезно истощены и в ней начались бунты. Так 8-й резервный полк отказался идти в атаку. Под угрозой расстрела окружившими его другими частями японской армии, полк заставили выйти из окопов, а затем расформировали. Как мы видим уже в это время чрезмерное напряжение сил Японии начало сказываться на ее войсках. К сожалению, в России либеральные и революционные силы не видели и не хотели видеть этого, они предпочитали рассуждать об обреченности русского государства перед мощью прогрессивной Японской империи. Однако, после неудачного наступления 11 августа и получения известий о бунте, генерал Ноги приказал своим войскам остановиться.

 

Завершение войны

 

После того как в августе провалилась попытка взять Порт-Артур штурмом, японские войска начали планомерную осаду крепости. Японцы приближали свои позиции к укреплениям осажденных русских войск и периодически повторяли попытки штурмовать русские форты, параллельно обстреливая оборонительные сооружения из тяжелой артиллерии. Второй штурм состоялся с 6 по 18 сентября и позволил японским частям немного продвинуться вперед. Третий штурм продолжался 17 и 18 октября, но и он тоже был остановлен русскими войсками.

С каждым новым штурмом японские части получали все больше пополнений, а находившиеся в осаде русские только слабели. С 13 по 22 декабря генерал Нога произвел четвертый штурм укреплений, в ходе которого была потеряна ключевая оборонительная позиция – гора Высокая. Русский оборонительный фронт был разорван, дальнейшая оборона крепости оказалась бессмысленной. 23 декабря была подписана капитуляция Порт-Артура. Капитуляция не была почетной, гарнизон становился военнопленными, но офицеры все же могли, дав честное слово, не воевать против Японии, уехать в Россию. За время осады русские войска потеряли 6634 человек убитыми и 24146 раненными и без вести пропавшими.

В сравнении с потерями японцев, которые для осады задействовали 170 тысячную армию, потерявшую за период осады 110000 человек, в том числе 85000 в бою, результаты обороны Порт-Артура свидетельствуют в пользу русской армии, которая противостояла многократно превосходящему противнику и нанесла ему урон почти в четыре раза превосходящий ее собственные потери. Русский военный историк А.А. Керсновский по этому поводу писал: «Результаты в военной истории доселе неслыханные. Гази Осман притянул к Плевне «только» тройные силы на четыре месяца и причинил им потери, незначительно уступавшие численности гарнизона. … Защитника Артура свою задачу выполнили с честью – и нет награды более заслуженной, чем девять георгиевских знамен, пожалованных «за доблестную оборону Порт-Артура»».

Но по итогам обороны в общественной жизни разыгралась довольно печальная история хорошо показывающая, насколько сильным оказалось разложение русского общества духом революции и нигилизма. Генерал Стессель, до этого считавшийся героем-защитником крепости, был обвинен общественным мнением в предательстве. Был организован суд, который приговорил генерала к смертной казни. Чуть позже Стессель был помилован и заключен на 10 лет в крепость. Понятно, что обвинения Стесселя в сговоре с японцами и предательстве были абсолютно беспочвенны. Оборона Порт-Артура велась грамотно и профессионально. Она не могла быть бесконечной в связи с ограниченным ресурсом защитников крепости и возможностью японцев усиливать давление на обороняющихся, концентрируя против них любую военную силу.

Но когда судьба Порт-Артура еще не была решена, на полях Маньчжурии продолжали идти бои. В конце августа 1804 г. русская армия стояла на позициях у Мукдена. Сражение при Ляояне было сложным, носило позиционный характер, и его нельзя было признать победой японцев. Хотя русская армия и отступила, но это было проделано в полном порядке, а обессиленные японские части были не способны организовать преследование. Ситуация была похожа на положение в 1812 г. после Бородинского сражения. Проводя эти аналогии, русские надеялись на то, что небольшая передышка даст им возможность нанести контрудар, который уничтожит японцев.

23 сентября началось наступление, известное как сражение на реке Шахэ, которое по плану Куропаткина производилось по двум направлениям: вдоль железной дороги против армий Оку и Нодзу и в горах верхней Шахэ против Куроки. Японские силы отходили и к 27 сентября русские оттеснили противника за реку Шилихэ. На следующий день началось японское контрнаступление, которое из-за рассредоточенности сил по всему фронту удержать не удалось. Наши части отступили в долину Шахэ где продолжали бои до 4 октября, в результате которых японские части были разбиты и отброшены к прежним позициям.

Осень стала временем относительного затишья на Маньчжурском фронте. Последовал приказ о реорганизации армии, и 12 октября главнокомандующим вместо адмирала и наместника Алексеева стал генерал Куропаткин. Маньчжурская армия была разделена на 1-ю армию во главе с главнокомандующим и 2-ю армию под руководством генерала Гриппенберга. В конце ноября Куропаткин, сохранив функции главнокомандующего, сдал 1-ю армии генералу Линевичу, и была образована 3-я армия генерала Каульбарса.

Узнав в начале января о падении Порт-Артура, Куропаткин решил перейти в наступление, чтобы не допустить соединения японских войск с армией генерала Ноги, уходившей от взятой крепости. Диспозиция наступления была составлена уже разуверившимся в собственной силе и потерявшим веру в победу Куропаткиным. Поэтому она отличалась редкостной невнятностью и фактически отдавала оперативную инициативу на поле боя японской стороне. 12 января началось наступление. Части генерала Штакельберга взяли главный укрепленный пункт позиций армии Оку – Хейгоутай. Это было чрезвычайно опасно для японцев, чтобы исправить положение они подтянули резервы и начали сражение за Хейгоутай.

Куропаткин же в предоставлении подкреплений генералу Штакельбургу отказал, и русским войскам было приказано остановить наступление. Развернувшееся 16 января сражение при Сандепу было остановлено волевым решением главнокомандующего, несмотря на успехи русской армии. В знак протеста генерал Гриппенберг сложил с себя должность командующего 2-й армией.

В начале февраля к японским частям в Маньчжурии присоединилась осадная армия Ноги. После достижения превосходства на фронте японское командование решило само начать наступление. План японцев был довольно стандартен - произвести имитацию флангового удара и дождавшись, когда русское командование перебросит силы на отражение наступления – атаковать ослабленный участок фронта. 12 февраля с атаки японских войск на части генерала Линевича началось Мукденское сражение. Несмотря на первоначальный успех, к 23 февраля наступление противника было остановлено. 24 февраля генерал Куроки атаковал армию генерала Линевича, используя последние японские резервы, в том числе гвардию. При двукратном численном превосходстве Линевич не смог организовать фланговую атаку наступающих японских частей и предпочел отступить. Это было первое действительное поражение русской армии в войне.

После Мукдена Куропаткин был снят с должности главнокомандующего, которым стал генерал Линевич. В течение весны 1905 г. потери были восполнены, и к лету русская армия в Манчжурии была полностью боеспособна. Вместе с этим в Японии стали серьезно сказываться трудности военного времени. Страна располагал небольшим мобилизационным ресурсом, а потери в командном составе было почти никак не восполнить. Японские войска начали массово сдаваться в плен. Финансовая система Японии была дестабилизирована, страна стояла на грани банкротства. Японские войска перешли к пассивной тактике и не обнаруживали никаких признаков решимости. Понятно, что в начале лета 1905 г. необходимо было наступать, это принесло бы успех и позволило коренным образом изменить положение в ходе войны. В очередной раз сказалась неуверенность высшего командования. Эта неуверенность, без сомнения, плод «миротворческой» политики императора Александра III. Русская армия не воевала больше 20 лет, в результате боевой дух был утрачен и навыки командиров забылись. Даже Куропаткин, который после русско-турецкой войны считался лучшим после Скобелева генералом, оказался слаб и нерешителен, хотя его качества как штабного работника были по-прежнему высоки[6].

Поражение в Цусимском морском сражении окончательно подавило военное руководство Российской империи, вера в победу была утрачена вовсе и в июне при посредничестве США начались мирные переговоры. Каждому, кто изучит материалы Портсмутского мира, придет к очевидному выводу – этот мир не такой, который подписывают при проигранной войне. Уступки колониальных территорий это совсем не то, что теряют государства после военного разгрома. А ведь надо помнить, что Японии было отказано даже в контрибуции, за счет которой она планировала спасти свою финансовую систему. Но в итоге антигосударственная либеральная пропаганда превратила русско-японскую войну, в реальности закончившуюся с весьма неопределенным результатом, в поражение русского государства.

Это не удивительно, ведь революционной пропаганде было очень надо показать слабость России. А впоследствии большевики придали этой войне еще более мифологический статус, упирая на возврат потерянных территорий в войне с Японией в 1945 г. Естественно в этом случае надо было выставлять русско-японскую войну 1904-1905 годов в наиболее мрачном свете[7]. Но, несмотря на это мы будем помнить эту войну как блестящий пример героизма русской армии, как войну, которая велась в качестве колониальной, на окраине империи, но при этом поставила противника - великую державу, противостоявшую России, на грань военного поражения. И мы будем помнить, что империя, чтобы быть сильной должна воевать. Мирная жизнь губит великие государства. Примеров тому в истории было и будет предостаточно.

 

Новые хроники:12.12.2008; 22.12.2008; 26.01.2009; 5.03.2009

 

 

Приложение «Золотого льва»

 

 

 

Данные о потерях во время войны

 

 

Потери действующих армий России и Японии
(составлена по данным исследований Б. Ц. Урланиса)

Армии

Число

убитых

Число

раненых

Умерло

от ран

Умерло

от болезней

Потери

флота

Итого

Русская

25331

146032

6127*

11170

6299

194959

Японская

47387

173425

11425

27192

2000

261429

* Включая 613 офицеров и солдат, умерших от ран в плену.

Примечание. В таблице не учтены пленные и пропавшие без вести, а также заболевшие.

 

Потери воюющих сторон в корабельном составе

Наименование кораблей

Россия

Япония

Количество

Потери

Количество

Потери

Эскадренные броненосцы

15

15

8 (4)

2

Броненосные крейсеры

7

5

8

-

Крейсеры

16

14

15

3

Броненосцы береговой обороны

3

3

1

-

Канонерские лодки

7

7

14 (8)

6

Эсминцы

34

32

19 (21)

8

Миноносцы

10

2

28 (42)

4

Вспомогательные крейсеры

5

2

24

-

Минные крейсеры

2

2

-

-

Минные заградители

2

2

-

-

Вспомогательные суда

32

12

-

-

Подводные лодки

13

-

-

-

Примечания.

1) В число кораблей и судов российского флота вошли корабли: 1-й Тихоокеанской эскадры, Владивостокского отряда крейсеров, бригады подводных лодок, часть кораблей Сибирской флотилии, 2-й Тихоокеанской эскадры, вместе с отрядом Небогатова.

2) Число японских кораблей взято на начало войны (в скобках показано количество кораблей к началу Цусимского сражения). Их потери неполные.

 

Источник: http://media.astelecom.ru/books/lib.ru/MEMUARY/1939-1945/KRIWOSHEEW/ poteri.txt.html#w01.htm-005



[1] Анализ японской войны 1904-1905 гг. в «Золотом льве» см.: Д.К. Столетов. К 100-летию русско-японской войны (http://www.zlev.ru/35_9.htm); В. Балаев. Мнимое поражение России в русско-японской войне 1904-1905 г.г.  (http://www.zlev.ru/35_10.htm); А.А. Свечин. Русско-японская война 1904—05 г. (http://www.zlev.ru/35_ 52.htm); А. Уткин. Японский Бен Ладен (http://www.zlev.ru/39_14.htm); С.П. Пыхтин. Помнить войну. К 105-летию нападения Японии на России (http://www.zlev.ru/index.php?p=article&nomer =7&article=296). (Здесь и далее прим. ред. ЗЛ).

[2] Антинемецкая политика Александра III, включая союзные отношения с Францией, была ответом на враждебную политику Германии и Австрии, пропитанную философской ненавистью к славянам, которая осуществлялась ими с 50-х годов XIX века.

[3] Двумя абзацами выше автор указывает, что Германия видела тогда в России противника. Поэтому наивно предполагать искренность дипломатической риторики германского кайзера.

[4] Германия давно вынашивала план военного разгрома России вне зависимости от того, будут русские на стороне Франции или попытаются сохранить нейтралитет. Война Германией и Австрии с Францией и Британией была неизбежна вне зависимости от позиции России.

[5] В том и состоял исторический парадокс, что у России не было подлинных союзников, из-за русофобии, достигшей невиданных масштабов, толкавшей немцев на войну с русскими в 1914 и в 1941 годах, приходилось выбирать меньшее зло – союз с Британией.

[6] Упрек императору Александру III в том, что в его правление у России не было войн, представляется ошибочным. К тому же именно японцы напали на Россию через 10 лет после его кончины. Это не снимает ответственности верховной власти за обеспечение должного военного потенциала, соответствующего масштабу великой державы, за поддержание в постоянной готовности боеспособных армии и флота и создание выдающегося по своим личным качествам генералитета и офицерского корпуса.

[7] После 1937 года официальная история японской войны, как и публиковавшиеся произведения литературы и искусства на эту тему, были достаточно патриотичны, чего нельзя сказать о трактовках массовых беспорядков, бунтов и мятежей, которые получили название «первой русской революции». К 1945 году в ВКП(б) от социал-демократии 1905 года мало что сохранилось.

М.Диуинов

 


http://www.zlev.ru/index.php?p=article&nomer=13&article=594


0.059580087661743