Интернет против Телеэкрана, 01.08.2014
Хаос, некроз и пища радикализма
Кара-Мурза С.Г.
Всякая цивилизация в своей истории прошла разрывы непрерывности — радикальные революции. Нередко они оказываются единственным способом выжить, ответить на исторический вызов. В таких случаях краткий период разрушения сменяется упорным строительством. Другие радикальные революции регрессивны, они подрезают корень цивилизации и отвергаются народом. Радикалом («первым большевиком») был Петр Великий. Регрессивной радикальной революцией, рассыпавшей Россию и взрастившей Гражданскую войну, был Февраль 1917 г. Радикальными же реставраторами России стали большевики. Они осуществили небывалую по напряженности модернизацию. Регрессивную радикальную революцию мы переживаем с конца 80-х годов. Ее олицетворяют Ельцин и продолжающие его проект нынешние «реформаторы». В тени незаслуженно оказался Горбачев, но мы не о личностях.

Разрушительную доктрину этой революции ложно назвали «либерализмом». Можно было бы и не вникать в суть, но ложное имя — это как хорошие документы у диверсанта. Конечно, главное — разобраться в том, что нас ждет впереди. Но это легче сделать, если сначала поймем, что же мы имели вчера. Ответим на вопросы: Можно ли считать либеральным то политическое течение, которое стало у власти после 1990 г. — т.н. «демократы»? Стали в результате их политики хозяйство и общество России либеральными — хотя бы в основных чертах?

Пройдем по главным точкам. Вот вопрос: «Что есть человек?». Для либерализма человек — свободный атом, индивид с неотчуждаемыми правами. С другими людьми он входит в отношения эквивалентного обмена. Государство, как «ночной сторож», смотрит лишь за тем, чтобы не было воровства при этом обмене. Поскольку «атом» мал, в своих соударениях на жизненном рынке он не может прозреть истину. Отсюда — развитая Поппером мысль, что общественные изменения могут делаться только малыми шагами, методом проб и ошибок.

По своей философии ельцинизм принципиально и радикально противостоит либерализму. Не только практика, но даже и риторика ельцинистов показывает, что самого понятия «права личности» для них не существует. Незаметно, но прочно в обиход вошел термин — «правовой беспредел». Именно то, что он прижился незаметно, говорит о его соответствии реальности. Никогда еще простой человек не был так радикально лишен его естественных и социальных прав и не был так беззащитен против произвола самых разных «сильных».

За отрицанием прав личности стоит радикализм сплоченного меньшинства, совершающего чудовищные по своей жестокости и преступные по своей безответственности разрушения в государстве, экономике, обществе, культуре. Усиливается изъятие ресурсов, уже включая минимально необходимые, у большинства населения меньшинством, которое опирается на политическую власть и криминальную силу. Псевдо-государство открыто отказалось быть «ночным сторожем», оно стало сообщником и защитником грабителей (у нас сегодня речь даже не идет об эксплуатации, об изъятии прибавочной стоимости, налицо именно угнетение).

Либерализм означал расцвет гуманизма, веру в свободу и прогресс. Все это вытекало из идеалов Просвещения. Философская база ельцинизма несовместима с духом Просвещения, она ему органично враждебна. Этот режим принципиально антиинтеллектуален. Он уничтожил русскую науку без всякой политической или экономической необходимости, со злорадством и даже сладострастием. Он воплощает воинствующую тупость и обскурантизм. Режим Ельцина — уникальное явление в истории культуры, он оказался совершенно бесплодным в духовной сфере. Целое десятилетие «революции новых русских» не дало буквально ни одной песни, ни одного стихотворения. Только всплеск эстетики безобразного.

Есть ли сходство с либерализмом в сфере политики? Ни в коей мере. Либерализм исходит из идеи равновесия. Уподобление жизни общества свободному рынку есть изощренный продукт культуры. Из него выросли представления о гражданском обществе, разделении властей и правовом государстве. Здесь немыслимо такое преобладание власти президента, к которому с самого начала стремились наши «демократы». В либерализме оппозиция должна быть почти столь же сильной, как власть, она по закону имеет на телевидении в своем полном распоряжении долю экранного времени, пропорциональную числу мест в парламенте.

Видим ли мы что-нибудь подобное в России? Нет, совсем наоборот. Здесь построена неустойчивая, крайне неравновесная политическая система по типу режимов Мобуту и Батисты, ее весьма условно можно назвать даже президентской республикой. То, что эта система не принимает зверских форм, определяется не ее конструкцией, а исключительно культурой населения. Идея равновесия, положенная в основу либерализма, предполагает обратимость процессов — здесь не допускаются фатальные решения, сломы. Напротив, политическое мышление наших радикалов катастрофично. Они не раз прямо заявляли, что их миссия — создание необратимостей. С либерализмом это просто несовместимо.

И мышление, и практика наших реформаторов предельно тоталитарны. Прославление Пиночета и крики «Даешь стадион!» — не экстравагантные выходки юмориста Иванова и придурковатого Нуйкина. Это — общая установка реформаторов, их философия. Вот откровение министpа Ясина: «Я, оставаясь пpеданным стоpонником либеpальной демокpатии, тем не менее убежден, что этап тpудных болезненных pефоpм Россия пpи либеpальной демокpатии не пpойдет. В России не пpивыкли к послушанию. Поэтому давайте смотpеть на вещи pеально. Между pефоpмами и демокpатией есть опpеделенные пpотивоpечия. И мы должны пpедпочесть pефоpмы… Если будет создан автоpитаpный pежим, то у нас есть еще шанс осуществить pефоpмы». Люди с таким мышлением в принципе не могут быть либералами ни в какой сфере.

Может быть, они следовали философии хозяйства, свойственной либерализму? Нет, они и здесь противоречили главным ее принципам. Главная категория либерализма — собственность. Как же отнеслись к ней? С нигилизмом, характерным только для уголовного мира. Неважно, что вся их рать от Селюнина до Яковлева изрыгала заклинания о священном праве собственности. Это — маска. Еще М. Е. Салтыков-Щедрин сказал: «Горе — думается мне — тому граду, в котором и улица, и кабаки безнужно скулят о том, что собственность священна! наверное, в граде сем имеет произойти неслыханнейшее воровство!». Так оно и получилось. То изъятие личных сбережений целого народа, которое демократы предприняли в 1992 г., не имеет прецедента. Внимательный анализ той акции снимает сам вопрос о либерализме. А ведь была целая серия подобных акций.

Беда в том, что по самой своей структуре и внутренней динамике регрессивный радикализм наших «реформаторов» таков, что он отторгает или уничтожает всякие зародыши конструктивных, восстановительных проектов. Он питается лишь омертвленными тканями страны.


0.061973094940186