22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
28/07
26/07
19/07
15/07
11/07
10/07
06/07
03/07
Архив материалов
 
Приватизация по белорусски

На прошлой  неделе мне вновь посчастливилось побывать в Белоруссии с очередным пресс-туром по республике, организованным для российских журналистов. Программа поездки – «Инновационное развитие Республики Беларусь» – предполагала знакомство с крупными промышленными предприятиями Гомельской области, где мы побывали на Гомельском заводе сельскохозяйственного машиностроения, гомельском литейном заводе «Центролит», Белорусском металлургическом заводе, Бобруйском заводе тракторных деталей и агрегатов.

Впервые мне довелось подробно познакомиться с заводами Белоруссии во время подобного пресс-тура в 2004 году. Тогда, помнится, работающие в 2–3 смены предприятия Минска, Витебска, Бреста, заводы, производящие вполне конкурентоспособную и продаваемую продукцию, произвели сильное впечатление. По контрасту с лежащей российской промышленностью, где на плаву были лишь ресурсодобывающие отрасли. Даже в Москве многие заводы фактически прекратили свое существование, а их помещения были переоборудованы под торговые центры. Что и говорить про небольшие провинциальные российские города, которые после ликвидации градообразующих предприятий оказались просто на грани выживания.

А Беларусь работала: выпускала машины, холодильники, телевизоры, несмотря на то что ей было во много крат сложнее, нежели большой и богатой ресурсами России. Ведь в советские времена республика являлась частью общего промышленного комплекса СССР, «сборочным цехом страны», как ее называли. После распада Союза и стремительной экономической деградации России 90-х годов белорусские предприятия остались и без поставщиков необходимых комплектующих, и без рынков сбыта. Но действовало государство, осознающее ответственность за своих граждан и будущее страны. И потому предпринимались все меры, чтобы возродить производство. Трудностей хватало, главная из них, как говорили нам еще четыре года назад, – это значительный износ основных фондов производства (до 70%) и энергетическая проблема. Но уже тогда множество прежде порушенных связей с Россией и другими странами СНГ возобновлялось, а производство практически достигло уровня 1990 года. В 2006 году, во время очередной поездки, у меня появилась возможность убедиться, что производственный потенциал Белоруссии не просто восстановлен, но промышленность достаточно успешно развивается. Нынешняя поездка подтвердила эти впечатления.


Гомельская область – одна из наиболее развитых в республике. Гомель – второй после Минска город Белоруссии с полумиллионным населением. Главным внешнеэкономическим партнером области является Россия, в прошлом году товарооборот между Гомельщиной и Российской Федерацией достиг 3 млрд долларов, а за полгода 2008-го уже превысил 2 млрд, рассказал заместитель председателя облисполкома Болеслав ПиРштук. Один из примеров сотрудничества между нашими странами – деятельность «Гомсельмаша». Это не просто успешно развивающееся предприятие, оно создает свои филиалы и совместные предприятия в других странах. Так, уже несколько лет успешно работает совместное белорусско-российское предприятие «Брянсксельмаш» (до Брянска из Гомеля едва ли не ближе, чем до Минска), производящее в кооперации с «Гомсельмашем» кормоуборочные и зерноуборочные комбайны. В ближайших планах организация собственных производств на Украине, в Китае, Казахстане. В Аргентине, которая активно закупает гомельские комбайны, недавно открыт филиал компании. Всего продукция «Гомсельмаша» поставляется в 22 страны.
«В середине 90-х нам было очень трудно, в том числе и со сбытом продукции, – говорит Иван Иванович Протуро, когда-то начинавший работу на заводе слесарем, а теперь первый заместитель генерального директора. – Ведь сельскохозяйственные предприятия очень обеднели и не могли позволить себе покупать нашу продукцию. Тогда и возникла идея универсального уборочного комбайна, которого, пожалуй, не было нигде раньше. Мы разработали универсальную машину, она может убирать с помощью сменных приспособлений самые разные виды продукции. Более 10 тысяч таких машин, показавших очень высокую эффективность, проданы в разные страны мира».


Комбайны продаются через специальную дилерскую сеть, центры которой существуют в разных странах и городах. Эти центры обеспечивают ремонт и обслуживание машин, что очень важно. Потому что без такого обслуживания через несколько лет крайне дорогостоящая машина может превратиться в груду металла, что, к слову, не раз случалось в российских хозяйствах после закупок импортных, например немецких, комбайнов. Естественно, обеспечена собственной техникой и сама Республика Беларусь. Зерноуборочные комбайны номенклатуры от 230 до 450 лошадиных сил выпускаются для разных потребителей. Помимо огромных самоходных зерноуборочных комбайнов, скажем, ПАЛЕССЕ GS 14 , завод производит и технику для мелких хозяйств, например, ежегодно продается до 3 тысяч конных косилок.


Во времена СССР 100% кормоуборочных комбайнов выпускали на «Гомсельмаше». Сейчас их производит и «Ростсельмаш». Как подчеркивали на белорусском предприятии, «мы хотим не создавать конкуренцию российским коллегам, а быть партнерами». Скажем, те же кормоуборочные комбайны на «Гомсельмаше» выпускают другой мощности, нежели в Ростове. Партнерство в данном случае – дело необходимое и взаимовыгодное. По словам генерального директора «Гомсельмаша» Валерия Алексеевича Жмайлика, 65% комплектации на завод поступает из России. Соответственно, большая часть экспорта продукции предприятия тоже идет в Россию. В итоге – в выигрыше обе стороны: предприятия обеспечивают друг друга заказами и работой. А в Брянске, где «Гомсельмаш» создал совместное предприятие, он помогает и с подготовкой кадров. Надо отметить, что в Республике Беларусь, в отличие от России, сохранена система подготовки профессиональных кадров. Хотя «Гомсельмаш», как и большинство белорусских предприятий, еще лет 10 назад был освобожден от так называемой «социалки» (детские сады, профтехучилища, жилье переданы на баланс государства), два профильных ПТУ по-прежнему считают на заводе своими. Ребята, которые в них учатся, проходят практику на заводе, и к ним заранее присматриваются. Как нам рассказали, генеральный директор лично проводит собеседования с желающими поступить на завод. Зарплата рабочих от 500 до 1,5 тысячи долларов, имеются солидные выплаты за стаж, профсоюзные дотации на путевки (до 80%). А победители в трудовом соревновании получают премию в 30% от зарплаты.

О трудностях речь тоже зашла. Прежде всего, они связаны с подорожанием ресурсов, которые предприятие экспортирует из России. Так, только с начала этого года металл подорожал на 40%, что существенно сказалось на доходах: завод работает по «пессимистической схеме». Тем не менее предприятие, на котором трудятся 18 тысяч человек, обеспечивающее половину бюджета Гомеля, остается рентабельным. Вторая проблема – рост цен на энергоносители. «Если бы нормально строилось Союзное государство, и с этим бы без особых проблем справлялись», – сетует Жмайлик. Однако поразительное дело: «Гомсельмаш», пусть не без потерь, но справляется куда лучше, нежели «Ростсельмаш». Белорусы старались никак не обидеть и не задеть ростовских коллег. Впрочем, о проблемах на «Ростсельмаше» хорошо известно, писала о них и наша газета. Почему же у одних получилось не просто сохранить свой потенциал, но и выйти на новый уровень, а у других – нет? «Ростсельмаш» сегодня совсем не тот, что был раньше. Там даже литья своего не осталось, только сборка и сварка», мельком заметил кто-то из гомсельмашевцев.

Судя по всему, дело действительно в этом. «Сохраняя хорошее, создаем лучшее» – такой лозунг мы увидели на другом гомельском предприятии – заводе «Центролит». Очевидно, это не просто лозунг, а один из главных принципов жизни сегодняшней Белоруссии. А ведь и «Центролит» в середине 90-х переживал не лучшие времена. Тогда, помимо многопрофильного литья для машиностроения, и наладили выпуск прежде непрофильной продукции: дорожной арматуры, элементов градостроения (фонарных столбов, оградок и т.п.), даже скульптур. Между прочим, Гомель украшен десятками небольших оригинальных скульптурок производства «Центролита». Декоративные столбы для фонарей на Невском проспекте Петербурга тоже произведены здесь.


«Вы не думайте, что мы выпускаем только скульптурки да фонари. Это всего лишь 6–7% нашей продукции»,– говорит главный инженер Владимир Семенович Гри­щен­ко, демонстрируя нам выставку подобной продукции. Литье для машиностроения остается основной сферой производства. 35 тысяч тонн чугунного литья, которое идет на экспорт в Италию, Францию, Испанию, Финляндию и, конечно, в Россию, выпускает предприятие в год. В России главные потребители – это, в частности, «Ижнефтемаш», Майкопский редукторный завод, Владимирский тракторный, Сасово, где выпускаются сложные токарные станки. Проектная мощность завода в советские времена была рассчитана на 93 тысячи тонн чугунного литья. На первый взгляд, ныне «Центролит» работает чуть больше чем на треть этой мощности. Но такое сравнение было бы некорректным, ибо в настоящее время производимое им литье куда более тонкое и сложное, нежели былые болванки.

ПО ТОМУ же принципу – «Сохраняя хорошее, создаем лучшее» – живут и в городе Жлобине. Население этого города – около 70 тысяч человек. По российским меркам, совсем небольшой город, да и по белорусским тоже. Но Жлобин сразу производит впечатление города развивающегося, благоустроенного и благополучного. «А вот наш спортивный комплекс, где ледовый дворец, современный бассейн и аквапарк», – с гордостью говорят нам. И гордиться, действительно, есть чем. В России немногие из подобных малых городов могут похвастаться такой инфраструктурой и уровнем жизни. А все потому, что градообразующее предприятие Жлобина Белорусский металлургический завод не только сохранено и работает, но вышло на совершенно новый, современнейший уровень развития. Аквапарк и Ледовый дворец – тоже его заслуга, потому что построены на средства БМЗ. Экономические показатели БМЗ впечатляют. Рост производительности труда – 8% в год, рост экспорта – на 136%, внешнеторговое сальдо положительное, экспорт в 50 стран мира, совместные предприятия в России, Германии, Польше, Австрии, Литве. В первом полугодии БМЗ инвестировал в основной капитал сумму, эквивалентную 1,5 млрд российских рублей, сообщил исполняющий обязанности генерального директора предприятия Виталий Чернель. Доля новой продукции в общем объеме производства в первом полугодии составила 27,9%, сертифицированной продукции – 74,1%.


Почти невозможно поверить, что и здесь, как нам рассказали, «с 1991 был развал и только в 1997 начали работы по реконструкции». В итоге возрождены не только уже существовавшие еще с советских времен (БМЗ был введен в строй в 1984 году) производства: сталеплавильное, прокатное и метизное, но и открыто совершенно новое производство – трубное. Новое оно во всех отношениях, поскольку является одним из самых современных в мире, а бесшовные трубы производятся по новейшим, зачастую уникальным технологиям. БМЗ выпускает в год 1 млн тонн арматурного проката, хотя проектная мощность 1984 года составляла лишь 800 тысяч. Разработчики технологии производства высокоуглеродной катанки (что необходимо для металлокордов сверхкрупных шин, а такие используются, скажем, для грузовиков БелАЗа) выдвинуты на соискание государственной премии Республики Беларусь.


Строительство трубного цеха и запуск нового производства заслуживают отдельного рассказа, поскольку также уникальны. Решение об этом было принято президентом Лукашенко в 2004 году. «Зачем продавать заготовки для труб, если можно делать и продавать сами трубы в 3 раза дороже?» – заявил он, посещая предприятие. Разработка проекта и строительство осуществлялись практически одновременно – и через два года производство было запущено. Ранее Белоруссия покупала ежегодно до 40 тысяч метров труб по импорту, теперь она полностью обеспечена своими и отправляет их на экспорт.


«Очень помогал нам российский МИСиС, когда открывали новое производство, – рассказывает заместитель директора по идеологии Надежда Горкуша. – Причем не на коммерческой основе, а потому что общим делом занимаемся. Сейчас на базе предприятия существует достаточно серьезный учебный центр, где проходят подготовку и переподготовку специалисты не только из Беларуси, но из России, с Украины». К слову, у БМЗ на балансе осталось и жилье, и детские сады, и техникум, и прекрасно оборудованная поликлиника (которую нам показали). На предприятии много молодых квалифицированных специалистов. Не забывают и о ветеранах: свыше 700 ветеранов предприятия получают от него доплаты к пенсии.
Сельскохозяйственное предприятие «Папоротниково» (в Белоруссии ко многим ведущим промышленным предприятиям были «прикреплены» сельскохозяйственные) из убыточного превратилось в передовое. Кстати, в информационных выпусках Белорусского телевидения новости о сборе урожая – на первом месте, что первоначально с непривычки очень удивляло: у нас с информационной политикой дела обстоят иначе. И не только с информационной: удивителен контраст между обихоженными полями на территории Белоруссии и заброшенными землями буквально по соседству – в России.


В Бобруйске тоже есть свой Ледовый дворец. Построен он не на средства конкретного предприятия, а на государственные, зато является самым большим в Белоруссии. Такие «излишества» в нестоличных городах возможны только в случае успешного экономического развития государства. Мощности Минского транспортного завода загружены полностью, а спрос на продукцию есть (в 2000 году МТЗ продал 20 тысяч тракторов, в прошлом году – 70 тысяч). А потому часть основного производства МТЗ переводит в свои филиалы. Так, до последнего времени Бобруйский завод тракторных деталей и агрегатов выпускал только детали и запчасти, а с прошлого года начат выпуск и тракторов МТЗ-320 для коммунального использования и небольших фермерских хозяйств. В этом году их будет выпущено 1000 штук, а к 2015-му собираются довести производство готовых машин до 10 тысяч в год.


Практически все заводы, которые мы посетили, в настоящее время являются государственными унитарными предприятиями. Однако в скором времени ситуация должна измениться. Как известно, ряд белорусских предприятий, в том числе и ведущих, готовятся к акционированию, а затем, возможно, и к приватизации. В перечне таких заводов находятся и «Гомсельмаш», и «Центролит», и МТЗ со своим бобруйским филиалом. О том, что можно ожидать от такого акционирования, хорошо это или плохо, было много вопросов и к руководителям предприятий, и к первому вице-премьеру Республики Беларусь Владимиру Ильичу Семашко – на итоговой пресс-конференции. Особую озабоченность вызывает наш, российский опыт «прихватизации» 90-х, в ходе которой огромная часть нашей промышленности была уничтожена, а все, что ныне является конкурентоспособным, отдано в частные руки за бесценок.
Очевидно, что в Белоруссии такого не будет, ибо руководители не раз подчеркивали, что этого просто не позволит белорусское законодательство. Условия акционирования и приватизации четко прописаны, в том числе там оговорены и обязанности возможных инвесторов. Прежде всего, инвестор должен иметь четкий план инвестиций, сырье для производства и рынки сбыта. В случае несоблюдения условий или законодательства договоры могут быть пересмотрены и расторгнуты.

 

Что касается ведущих белорусских предприятий, выставленных на акционирование, то их состояние и стоимость сейчас таковы, что покупать есть смысл только с очень серьезными производительными намерениями (а не для того, скажем, как часто бывало в нашей стране, чтобы уничтожить, а землю и строения сдавать в аренду). Так, Семашко привел пример Бобруйского шинного завода, который несколько лет назад один российский предприниматель хотел приобрести за 52 млн долларов. Теперь производство настолько модернизировано и развилось, что стоимость завода (если его решат приватизировать) не менее миллиарда. Другой пример: российские бизнесмены скупили ряд украинских НПЗ, амортизировали их – и фактически бросили. Но белорусские НПЗ (большинство из которых вот уже несколько лет акционировано, но являются государственными) находятся совсем в другом состоянии: уровень переработки на них достигает 70%, а не 50%, как на Украине и даже в России.
«Зачем вам приватизация, если завод так эффективно работает?» – спросили мы у одного из руководителей «Центролита». «Потому что износ активной части предприятия 60%», – последовал ответ. Понятно, что государство, сохранившее и развившее производство, не может больше дать достаточных для нового качества развития инвестиций. Скажем, на БМЗ, где проблемы износа основных фондов нет, и вопрос с акционированием не стоит.

 


«Мы долго готовились к приватизации и акционированию, мы проводим их в интересах государства и его граждан, учитывая негативный опыт соседей», – уверяют представители белорусского правительства. Хочется надеяться, что в Белоруссии, с ее государственным и ответственным подходом, все так и будет.

Е.Польгуева

http://www.sovross.ru/

 


0.21137595176697