14/11
07/11
02/11
25/10
18/10
10/10
08/10
02/10
22/09
21/09
13/09
10/09
07/09
04/09
02/09
31/08
25/08
22/08
19/08
18/08
14/08
09/08
05/08
02/08
30/07
Архив материалов
 
Протекционизм по Медведеву или по японски?

В своем видеоблоге премьер-министр РФ Дмитрий Медведев заявил, что уже «сформирован разнообразный набор инструментов государственной поддержки импортозамещения. Это и субсидии, и софинансирование исследований, различного рода грантовая поддержка, преференции при государственных закупках».

Вскоре мы увидим, действительно ли произойдет перемена в экономической политике властей, или дальше слов дело не пойдет. А пока предлагаю вспомнить, как другие страны занимались восстановлением своей промышленности.

В истории немало примеров успешных реформ, и чужой опыт выхода из непростой экономической ситуации может быть полезен и нам.

Я думаю, почти все смотрели кинотрилогию «Назад в будущее». Главные герои - Эммет Браун и его товарищ Мартин Макфлай попадают в разные исторические эпохи и выкручиваются из, казалось бы, совершенно безвыходных ситуаций. Фильм - потрясающий, но сейчас я хочу обратить внимание читателя не на достоинства картины, а на один очень красноречивый момент в сюжете. 

В 1985 году доктор Браун создает машину времени, и Макфлай попадает на ней в 1955 год. Браун видит свое же изобретение, которое на тот момент он еще не создал. Машина неисправна, а когда Браун берется ее починить, то находит сломавшуюся деталь и говорит: «Неудивительно, что она отказала — здесь сказано «Сделано в Японии». На что Мартин, человек из восьмидесятых, отвечает: «Да ты что, док. Все лучшее делается в Японии».

Обратите внимание, для 1955 года сделанное в Японии считалось очевидно некачественной вещью, а всего-то тридцать лет спустя столь же самоочевидным стал факт, что японская продукция - лучшая в мире. Более того, по сюжету Мартину на тот момент было семнадцать лет, но он не застал времени, когда японцы выпускали плохую технику. То есть Япония не в 1985 году, а гораздо раньше вышла в мировые промышленные лидеры. 

Скажут, что нельзя делать далеко идущие выводы из шутки, произнесенной в кино, однако описанное в фильме подтверждается серьезными исследованиям и статистическими данными о японской экономике. Японцы за двадцать лет действительно превратили нищую, отсталую и разрушенную войной страну в индустриальную сверхдержаву. Россия сейчас находится в куда лучших стартовых условиях, так что же мешает нам повторить этот успех?

Кому интересно углубиться в детали, рекомендую прекрасную работу В.В. Алексеева «Очерки экономики Японии», которой я воспользовался для написания этой статьи.
Итак, Япония до середины XX века представляла собой полуфеодальную страну. Социальные отношения находились на уровне XIX века, ведь почти половина земли обрабатывалась арендаторами, отдававшими помещикам до 60% урожая. Латифундистам принадлежала не только пашня, но и луга, и леса, и немалая часть оросительных систем. Причем численность городского населения лишь немногим превосходила 50%, а значит ситуация в сельском хозяйстве во многом определяла и облик страны в целом. 

Еще задолго до окончания войны сельское хозяйство сильно отстало от передовых стран. Так, например, в 30-х годах абсолютное большинство крестьянских хозяйств не располагало тягловой силой. По общей оснащенности техникой аграрный сектор Японии значительно уступал другим промышленным державам. 

Положение изменилось лишь после того, как государство выкупило у латифундистов значительную часть их земли, и потом небольшими участками стало ее продавать крестьянам по низкой цене. Эту реформу провели только после войны.

Что касается промышленности, то ее перспективы представлялись совершенно в мрачном свете. В 1946 году производство не достигало и трети от показателей 1934—36 годов. Инфраструктура была сильно разрушена американскими бомбардировками с применением зажигательных бомб и напалма. Стратегические запасы сырья и продовольствия, сделанные во время войны, оказались разворованы и выплеснулись на черный рынок. Вдобавок оккупационные власти потребовали раздробить крупнейшие индустриальные объединения «дзайбацу», служившие флагманами японской экономики. 

Правда, японцы постарались саботировать это решение, и ключевые концерны, несколько видоизменившись, сохранились в форме предпринимательских объединений «кэйрэцу». Тем не менее, следует учитывать, что во время войны заводы работали на пределе своих возможностей, а провести техническое переоснащение тогда было невозможно. В результате чего станки оказались мало того, что изношенными, так еще и устаревшими. 

Парадоксально, но этот факт имел и положительную сторону. Сама жизнь не оставляла шанса вести бизнес по-старому, и возрождение промышленности сразу началось с радикального обновления фондов. Более того, японцы взяли курс на создание совершенно иной структуры экономики.

Речь шла не просто о возвращении к довоенным показателям, а о том, чтобы освоить новые сферы деятельности. Так, например, в 30-х годах в текстильной промышленности работало порядка 40% от занятых в обрабатывающих отраслях, а в 1959 году - 21%. Резкий рывок произошел в транспортном машиностроении, металлообработке, в производстве электрооборудования, химической и нефтеперерабатывающей отраслях. 

Быстрыми темпами развивались радиоэлектроника, бытовая техника, автомобилестроение и многое другое. По объему промышленной продукции Япония обогнала Францию в 1961 году, в 1970 - ФРГ, а ведь и Франция, и Западная Германия в то время тоже переживали экономический бум.

Как же были достигнуты столь феноменальные результаты? О трудовой этике японского народа сказано многое. Однако японский народ и в 30-х годах отличался трудолюбием, но тогда Япония заметно отставала от мировых экономических лидеров. Значит были и другие причины индустриально-технологического рывка в послевоенные годы. Не стоит сбрасывать со счетов и американскую экономическую помощь, а также факт масштабных закупок иностранных технологий. Но решающую роль сыграло государственное управление на протекционистских началах.

Начнем с того, что государство в сотрудничестве с бизнесом разработало экономическую политику модернизации. В Японии не уповали на то, что некие стихийные процессы сами собой выведут страну на первые позиции. Осознанно выбрав ряд отраслей в качестве приоритетных, государство оказывало им особую поддержку. Обновление производств и создание новых предприятий получало существенные ассигнования из бюджета. В связи с этим применялось и сейчас применяется индикативное планирование.

Суть метода заключается в том, что государство сообщает обществу о целях и способах их достижения, для чего и разрабатывается комплексный план социально-экономического развития страны. Правительственная программа отнюдь не является предписывающей для частного сектора, но бизнес заранее получает важную для себя информацию о том, как власть видит будущее страны. Это помогает предсказать конъюнктуру рынка, то есть ситуацию в экономике на многие годы вперед. Понятно, что таким образом снижаются риски банкротств, а инвесторов и других предпринимателей подталкивают работать именно в сферах, необходимых государству.

Для этих целей в Японии существует Национальный институт прогнозных исследований и правительственное Управление экономического планирования, в составе которого находится Бюро планирования и Экономический совет. Кроме того, в разработке планов участвует Управление по науке и технологии, Министерство финансов и Министерство внешней торговли и промышленности. 

В Экономическом совете представлены предпринимательские, научные, профсоюзные круги и общественные организации. Поскольку разработки осуществляются в тесном контакте с крупным бизнесом, то кэйрэцу воспринимают планы хотя и не как жесткий приказ, но как руководство к действию и способствуют их выполнению. Кроме того, в Японии реализуются и государственные программы, рассчитанные на долгую перспективу. 

Роль государства проявилась еще и в строгом контроле за банковским сектором, благодаря чему уже в самом начале реформ удалось наладить эффективную систему кредитования предпринимателей. Внедрение нового оборудования стимулировалось специальными налоговыми льготами. 

Промышленность и аграрный сектор долгое время защищались жесткими протекционистскими барьерами, а некоторые из них сохраняются до сих пор. Как отмечает Алексеев, в отдельные годы до 80% сельскохозяйственного производства регулировалось государством, которое к тому же оплачивало кооперативам порядка 30% стоимости сельхозтехники. 

Также заслуживает серьезного внимания японский опыт управления ценами на сельхозпродукцию. Широкое применение получила практика государственных закупок сельхозпродукции по высоким ценам и последующая их продажа оптовикам, но уже со значительной скидкой. 

Финансирование научно-технических и инфраструктурных проектов в значительной степени осуществлялось за государственный счет, а в сфере валютного контроля влияние государства долгое время было абсолютно определяющим. Вплоть до 70-х годов курс иены устанавливался административно. 

Все это важные составляющие японского экономического чуда, послужившего примером и для других стран Азии. 

 http://www.km.ru/economics/2015/04/13/mirovaya-promyshlennost/757404-protektsionizm-po-yaponski-uroki-dlya-rossii


0.17124199867249