22/05
15/05
13/05
12/05
10/05
05/05
28/04
24/04
18/04
13/04
11/04
08/04
07/04
06/04
04/04
01/04
29/03
27/03
26/03
22/03
19/03
16/03
15/03
13/03
12/03
Архив материалов
 
Времена, второе ноября: разбор.
Часть первая.

Что сразу обращает внимание в самом начале передачи, так это выбор «свежей головы». Николай Расторгуев, лидер группы «Любэ» – фигура на редкость популярная у самых различных групп общества. И практически у всех вызывающая явные симпатии. Познер умело рассчитывает: если ОН, Познер, приглашает в студию на роль «свежей головы» ТАКОГО человека – симпатии к этому человеку будут неосознанно экстраполироваться зрителями и на саму передачу, и на самого ведущего (С.Г. Кара-Мурза в книге «Манипуляция сознанием» называет этот приём «использование авторитета; вернее было бы сказать «паразитирование на авторитете»).

Познер начинает объяснять суть темы первой части передачи. «Конституционный суд признал неконституционными отдельные положения Федерального Закона, который называется так: «Об основных гарантиях избирательных прав»… Далее следует долгое и тоскливое перечисление пунктов и подпунктов Закона, способное запутать любого, кто задаст себе вопрос: а в чём проблема-то? Ну, перечисляет Познер разделы Закона – а когда он просто и по-русски скажет, в чём тема передачи?
Познер этого не делает. После перечисления всех пунктов-подпунктов он мимоходом говорит что-то об «общественном мнении» и тут же ловкий пируэт: «это что касается темы». Но тема сама никак чётко не формулируется. Это сделано явно намеренно, чёткая формулировка не выгодна Познеру и он, обрисовав много «деталей», ничего не сказал про главное: в чём суть вопроса. Фактически Познер умело «заболтал» тему разговора.

Познер представляет «свежую голову». Нет никаких оснований считать, что Расторгуев играет с ведущим «в одной паре» – не тот человек (знающие солиста «Любэ» лично, характеризуют его как человека прямого и порядочного). И Расторгуев блестяще это подтверждает, сразу же ляпнув «не то», что нужно Познеру. Он говорит, что эти детали, это решение Конституционного Суда, ничего не решат… Всё как было – так и останется. Это нормальная предвыборная история (ай да Расторгуев!)… Вы действительно так считаете? – «удивляется» Познер (с таким же успехом он мог бы удивиться, если бы услышал, что под видом приватизации было разворовано национальное достояние страны и народа). И, получив утвердительный ответ, оставляет за собой последнее слово – а я, на самом деле, так не считаю…

После этого Познер «нагоняет градус», рассказывая, как же важно для избирателя получать достоверную информацию (здесь ведущий неявно позиционирует себя с «теми», кто такую «объективную» и позарез необходимую россиянам информацию им предоставляет и, не щадя живота своего, их право на эту информацию отстаивает). Всё, пора представлять другого участника. Это… сам Вешняков, Александр Альбертович, поборник этого Закона (который мешает вам, дорогие телезрители, информацию эту получать) и руководитель Центральной избирательной комиссии. Вот он, сам к нам в программу пришёл …

Сразу вопрос Вешнякову: вот Конституционный суд признал, что вы (ЦИК) не правы – а вы говорите, что согласны и довольны решением суда. Что это значит («Ты кто такой? К чужой славе хочешь подмазаться!?» К/ф «Чапаев»)?. Вопрос, нужно сказать, умелый: он должен, по замыслу Познера, сразу поставить Вешнякова в «подчинённое» положение, заставить его юлить и оправдываться.
Однако Вешняков молодец. Он с ходу демонстрирует бойцовский характер и навязывает свой рисунок информационного боя, зачастую просто в открытую (но тонко и умело) игнорируя прямые вопросы ведущего.

С самого начала разговора создаётся впечатление, что Познер старается «смять» Вешнякова, показать кому-то, что тот слаб и неэффективен
Вешняков с ходу наносит «ответный удар»: так разговоры об этом Законе уже несколько месяцев идут, а мне слова до сего момента не давали (подразумевается: вы же и не давали, господин Познер). Далее Вешняков говорит исключительно авторитетно и убедительно (правда, если разобраться детально, получится, что ничего он толком не объясняет, а только «напускает туману»… Зато как умело – даже Познер теряется!).

Познер наседает: так зачем же вы эту статью «Ж» ввели? Ведь Конституционный суд признал, что она неконституционна. Ну так признайте прямо: тут вы совершили ошибку! Познеру просто необходимо, что бы Вешняков вслух признал свою ошибку – кроме констатации непрофессионализма, это ещё и констатация собственной слабости.

Однако Вешняков великолепно парирует: кто из нас ошибся – история рассудит… В этот момент камера срочно «съезжает» с крупного плана лица ведущего, но если посмотреть в записи, хорошо видно ошарашенное выражение в глазах Познера: так тонко и обидно ему ещё никто не хамил…

Вдогонку Вешняков поясняет: никто именно к этой статье не придирался. Заявители спорили с самим принципом, заложенным в Законе. Вот то, что суд признал Закон соответствующим Конституции, кроме одной статьи, признанной избыточной.

Познер продолжает цепляться к формулировкам, но уже видно: Вешняков будет стоять на своей позиции до конца, причём стоять умело. Его твёрдая позиция явно злит Познера – ведущий прямо заявляет: что вы тут мне, понимаешь, «история рассудит»… Она вместе с Конституционным судом уже рассудила. Так почему вы не признаете свою ошибку?

Вешняков ничего не признаёт… Он, когда его начинают припирать к стене, в лоб спрашивает Познера: чего вы от меня хотите? В споре этот приём означает: я со своего не сойду. Давай оставим эту тему по-хорошему да поговорим о чём-нибудь другом. А то ведь переругаемся – ни тебе, ни мне от этого лучше не станет. Дальнейший спор по этому вопросу для Познера явно бесперспективен; он сворачивает эту тему, умело порадовавшись, что теперь, мол, демократия – и можно спорить с самой властью… Вот, в наши благословенные времена мы, маленькие журналисты («и думцы») сумели доказать: в этом вопросе Центризбирком поcтупил НЕ ТОЧНО. И, боясь, что Вешняков вставит что-то «от себя», он торопливо повторяет: не точно… И тут же перебегает к другому вопросу…

В данной части передачи Познер стремился во что бы то ни стало показать, насколько он превосходит Вешнякова. Похоже, что те, кто платит деньги за выборы себя, сейчас в раздумье, кому лучше платить – ЦИКу, чтобы «правильно» считал голоса, или журналюгам, чтобы «обрабатывали» общественное мнение. Спор двух каст Жрецов Демократии…

Вопрос, которым Познер меняет тему – о «чёрном пиаре» (как будто бывает какой-то другой…). Нас от «чёрного пиара» можно оградить только в тоталитарном обществе, где всё полностью контролируется (тут Познер даже делает зверское лицо и сильно трясёт сцепленными руками: вот, мол, как сильно контролируется…). И для того, что бы у кого-то в голове не родилась мысль – а может быть чёрт с ней, с демократией? Может, в «тоталитарном обществе» (в СССР) не так уж было и плохо? – Познер «упреждает» эту мысль: ну, в СССР «чёрного пиара» не было, это общество такое (вот ужас-то!). А в демократическом обществе есть всякие минусы – в частности этот самый пиар… Здесь Познер умело выделяет из всех «минусов» демократии, таких, как развал страны, война в Чечне, наркотики, захлестнувшие школы и дискотеки, бандитизм, вымирание россиян, к «чёрному пиару». Дескать – вот он, характерный «минус». Остальные минусы – по умолчанию такие же неприятные, но малоопасные. То ли дело опасность жить при тоталитаризме!

Так вот вопрос: что лучше – чёрный пиар плюс возможность говорить о кандидатах, или никакого чёрного пиара – но тогда и говорить о кандидатах (читай: получать за их рекламу деньги, и не малые) будет нельзя?

Здесь Вешнякова подводят к тому, что он, борясь с «чёрным пиаром», вместе с водой выплёскивает ребёнка. Дескать боролся с «пиаром» — а в результате запретили информировать наших родных россиян вообще. Как они тогда, несчастные, без этой информации проживут!? Атака умелая. Но то, как на неё реагирует Вешняков, вообще должно войти в учебники информационной борьбы…

Вешняков немедленно переводит разговор из плоскости «вообще» в плоскость «здесь и сейчас». Так вы вспомните, уважаемый господин Познер, говорит он – из-за чего всё началось-то? Откуда такой «пиар» пошёл? 99-ый год забыли – как тогда ваши собратья по цеху «пиарили»? Вот и «допиарились»…

Удар мощный… Познер явно в нокдауне: это кого это вы имеете в виду конкретно? Члена КПРФ Доренко? (булыжник в адрес коммунистов – их Познер увязывает в аттрактивную ассоциацию человеком, ставшим символом PR-технологий). Но я же не Доренко!...

Вешняков снисходительно бросает: так к вам у меня претензий нет… Он явно переигрывает Познера по очкам.

Всё дальнейшее препирательство свидетельствует: Познер раздражён. Он явно «имеет что сказать» Вешнякову, что-то очень неприятное тому и очень эффективное в данном споре. Но по некоторым причинам сделать этого не может.
Вспомним: кого представляет (кому на самом деле служит) шеф ЦИКа? Сколько времени идёт по «Первому каналу» реклама «Единой России»? Оплачивается ли эта реклама «из избирательных фондов» (что-то соответствующих обсуждаемому Закону ссылочек на экране не видать)?

Вспомнив и сопоставив всё это, рискнём предположить: Познер мог бы сказать Вешнякову: ну что ты тут сказки рассказываешь? Твоя обязанность – протаскивать «партию власти». Тебя для того и поставили на твой пост. Вы же сами на нашем канале имеете неограниченное (и неоплаченное) время! И после этого у тебя хватает наглости петь о том, как ты заботишься об «объективности информации»?! Да тебя самого по твоему же Закону расстрелять полагается!
Конечно – этого Познер не скажет никогда. Ему просто голову оторвут за такие откровения. Это знает и он, и Вешняков. И Познер, видя, как его явно переигрывает «гость», вынужден отбиваться малоэффективными аргументами. Это, согласимся, кого угодно разозлит!

Камера показывает улыбающегося Расторгуева. Если в начале передачи он сидел нахмурившись (ему, похоже, не очень нравилась отведённая роль), то теперь его, скорее всего, забавляет грызня двух «Верховных жрецов»…

Спор продолжает разгораться. В ответ на кучу маловразумительных аргументов Познера (если их записать и разобрать подробнее, получится: это всё болтовня, рассчитанная на невнимательную публику. Вот, к примеру, Познер говорит: если кандидат – наркоман, и если я это скажу, то меня привлекут… Ну так ты приведи доказательства, что он «наркоман». Докажи это! И кто тебя с убедительными доказательствами станет «привлекать»? Вот застрелить, по нынешним временам, могут. Чтобы лишнего не болтал – на то она и демократия…) Вешняков чётко бросает: вы тут меня уже несколько минут воспитываете… Если перевести на русский, получится: да я тебя и все твои приёмчики наизусть знаю.

Ты, «популярный телеведущий» — шестерёнка, а ни какой не «властитель умов». Так что помни своё место…

Познер «помнит». Он несколько снижает тон и начинает говорить на том языке, который удобен Вешнякову. Один рассказывает, что нельзя себя плохо вести в период предвыборной кампании («нельзя лгать, нельзя показывать одних и тех же кандидатов и нельзя вести агитацию, не оплачиваемую из избирательного фонда»), второй с этим соглашается и «открывает Америку»: а журналист вообще никакой агитации вести не может – ни платной, ни бесплатной… Тогда это не журналист (вот это Познер верно заметил – тот, кто продаётся за деньги, называется иначе…)! Но таких же много! – возмущается Вешняков. Да не так уж и много – вон, моих знакомых в газетах привлекли – так оказалось ни за что! – огорчается Познер.

Одним словом – полная идиллия…

Владимир Владимирович, – начинает подведение итогов Вешняков (ему явно надоедает это переливание из пустого в порожнее; он мужик «конкретный» и конкретно видит: Познер – слабак по сравнению с ним), – у вас лично претензии к ЦИКу есть?

Нет – вынужден признать ведущий. Он тут же оговаривается: да я, мол, с вами боролся – времени не было у меня претензии к вам сформулировать… А то бы уж я… Но я же выиграл у вас… Во-во! – ухмыляется Вешняков, – об, мол, и речь… К нам за два месяца работы никто претензий не имеет, даже авторы запросов.

Вешняков продолжает «давить» Познера. Упоминает «чёрный нал», неотделимый от «чёрного пиара». После упоминания этой «острой темы» Познер вообще становится «белым и пушистым». Уж кому-кому – а не ему раскручивать тему «чёрного предвыборного нала» в своей передаче… Он робко замечает: может быть, может быть… Но вот некоторые (несколько минут назад он сам отчаянно ратовал за то, что бы указывать, кто именно, а не обвинять всех оппонентов огульно под вывеской «некоторые») хотели этот Закон использовать как средство для затыкания ртов честным журналистам… «Некоторые» — возможно, – слова уверенного в своей победе Вешнякова тяжелы и неоспоримы, как ядра Царь-пушки, – но сидящие перед вами к ним не относятся! У вас таких претензий ко мне не может быть (читай: только попробуй их предъяви – я про тебя тут такое скажу!...)! Да, подумав, дальновидно соглашается Познер. Не может…

Следующий предмет разговора – может ли журналист давать свою оценку кандидату – самой формулировкой вопроса сводится к ничьей… Можно давать оценку? – Конечно можно (у нас же демократия)! Вы только вот эти вот условия соблюдите – и давайте на здоровье! Вешняков понимает: Познеру необходимо хоть как-то сохранить лицо. Он и не против – этот раунд можно и вничью… Не враги же, в самом-то деле – одной Системе служат…

Здесь показателен только один момент: перечисляя наиболее «ярких» политиков, Познер упоминает двух: Зюганова и Жириновского. Эти двое явно уравниваются им: имиджевая оценка Зюганова привязывается к имиджевой оценке Жириновского. То, что Жириновского считают (мягко говоря) за клоуна – понятно. Но такая связка экстраполирует на Зюганова явную маргинальность Жириновского. Простейший пример «чёрного паира», о котором Познер только что так переживал…
Всё дальнейшее обсуждение не несёт сколь либо серьёзной информационной нагрузки. Кроме, пожалуй, одного момента.

«Проблемы», ставшие предметом обсуждения, столь же «серьёзны», сколь и «судьбоносны». Все красивые слова, все умные термины, все благие пожелания, озвучиваемые участниками дискуссии (кроме Расторгуева – когда его изредка показывают, заметно: он явно не понимает, за каким чёртом его сюда притащили? Честный человек – в наше время такому можно даже посочувствовать…) наводят на мысль, что её участники играют в приятную и интересную им игру. И играть в неё тем приятнее, что никакого влияния ни на что она не оказывает и, соответственно, игроки ни за что не отвечают.

Проще говоря: все эти «обсуждения» не значат ничего. Только, пожалуй, то, что выборы давным-давно выродились и уже совершенно не отражают ни волю «большинства», ни «меньшинства». Исключительно волю тех, кто взобрался на самую вершину власти и вцепился в неё, как клещ, мёртвой хваткой. Т. е. система выборной демократии уничтожила сама себя. И теперь выбирай – не выбирай… Ничего реально не изменишь.

И самое главное: все это прекрасно понимают. Это понимание превосходно озвучил в самом начале передачи Расторгуев.

Понимает это и Познер. Ему за то деньги и платят, что бы он объяснял нам, бестолковым – насколько по-настоящему демократична наша демократия. Поэтому следующие его пассажи как раз из этой оперы.

Вот тут многие сомневаются, что могут законным (разрешённым властью) путём добиться справедливости сегодня в России. Но вот небольшая группа журналистов смогла через суд добиться отмены того, что она считала неправильным в Законе (в отдельной его части! – замечает Вешняков. Ему на демократию плевать – он аппаратчик и прекрасно понимает, за что ему деньги платят. Он должен защищать СВОЮ позицию). Как вы думаете, Александр Альбертович – не урок ли это всем, кто сомневается, что у нас настоящая демократия? Пусть это немного ущемило ЦИК («да ладно тебе, Вешняков – ты меня и так отделал, как Бог черепаху… Хоть теперь мне подыграй – я же тоже за зарплату работаю…») – но это положительный урок в реальности нашей демократии, как вы полагаете?

Я полагаю – да, положительный! – честно отвечает Вешняков. Его ведомственные интересы в данном случае не затрагиваются – так почему бы и не похвалить демократию? Она ему (в отличие от всей страны) ничего плохого не сделала…
«Золотые слова!», – радуется ведущий (а что ему ещё остаётся? – только не делать в следующий раз глупости и не приглашать Вешнякова как оппонента). Тут же вопрос к Расторгуеву: а каково ваше мнение?

Своё «мнение» Расторгуев явно высказывать в слух не хочет (и большинство людей в нашей стране его хорошо в этом понимают). Он объясняет что-то общее, но с отчётливым уклоном в сторону сомнения в нынешней Системе. Быстро поняв, что толку от это «свежей головы» не добиться (на лице Познера можно прочитать: зачем мы его сюда пригласили? Что он несёт!?), Познер изящным «финтом» (о том, как «быстро» в Конституционном суде принимаются решения) дезориентирует своего «гостя» и просто затыкает ему рот. Зрители вежливо аплодируют – они явно сочувствуют Расторгуеву… Кстати, Вешняков демонстрирует умение извлечь выгоду для себя из всего. Он встревает в разговор и через дежурно-вежливое «вот очень интересно «свежая голова» сказала» проталкивает то, что ему нужно: о чём вообще думают законодатели? Сидят там, ничего не делают – а к выборам начинают бегать, как ошпаренные… Нехорошо (тут Вешнякова можно понять: к двум традиционным бедам России с полным основанием можно добавить ещё и парламентариев…).

Анонс. После рекламы мы поговорим о «войне на дорогах», говорит Познер. В этой войне наша страна ежегодно теряет больше, чем за время всей войны в Афганистане.

Часть вторая.

За прошлый год на дорогах нашей страны погибло 33 тысячи человек – продолжает нагнетать атмосферу Познер. Это больше – по крайней мере официальных цифр – чем погибло в Афганистане. Познер не может удержаться, чтобы не пнуть в очередной раз СССР. Вот вспомнить бы ему, что в Чечне только военнослужащих погибло больше, чем за всю афганскую войну (и за более короткий срок!). А уж сколько мирных жителей положили во время наведения «конституционного порядка (воистину: какая «конституция» – такой и «порядок») – об этом вспоминать страшно. Но задача Познера не в поисках истины, а в доказывании нам, что ТОГДА было настолько плохо, что, как бы страшно ни было СЕЙЧАС, мы всё равно должны быть довольны…

А за первые полгода этого года количество ДТП и пострадавших уже превысило прошлогодний уровень…Наши дороги – это «зона военных действий», как признала недавно очередная важная Комиссия… Вот Николай – вы водите? – вопрос к Расторгуеву. Да? И как ощущения?

Ну, какие могут быть «ощущения» от наших дорог… Их испытывает каждый, кто садится за руль. Это простой, но эффективный приём казаться «объективным» и «беспристрастным» поборником правды. Вот, скажут, услышав такое люди – как он правду-матку-то режет! Наш человек!

«Наш человек» ничего против власти не говорит (на самом деле – говорит, как видно из «Выводов» передачи. Но это, скорее, от недостатка ума…).
Расторгуев подтверждает: это нервы, это мат за рулём, и я правила нарушаю – ведь все нарушают… Расторгуев действует так, как это требуется Познеру – аудитория, соглашаясь с Расторгуевым, поневоле соглашается и с ведущим.
Вот наши гости. Это В. Яковлев (убранный не так давно из своей вотчины на невских берегах) – как раз руководитель той самой «комиссии». Рядом с ним – зам. Начальника ГУ ГИБДД-ГАИ МВД РФ А. Ю. Якимов. Рядом с Познером – бывший «главный гаишник» В. А. Фёдоров. На экспертной трибуне – адвокат Л. Д. Ольшанский.

Вопрос к аудитории: ухудшилась ли ситуация на дорогах? Как всегда: да-нет…
Вопрос Яковлеву: вы назвали ситуацию на дорогах «национальным бедствием»? Что это значит?

Да это ведь не только у нас такая беда – отвечает Яковлев. Это во всём мировом сообществе так! Уж ему выгоднее всего не акцентировать внимание «на нас»: он же теперь за «нас» отвечает. А о том, за что Яковлев отвечает, он никогда не будет говорить честно и прямо (но и лгать не станет – тот ещё лис…). Яковлев умело сводит разговор к «ситуации в мире», приплетая даже ООН…

Вот результаты голосования. Так – сотрудники ГАИ считают, что ситуация «резко ухудшилась». Причём единогласно, все 100% (ещё бы – штрафы-то снизились…). Водители – в подавляющем большинстве.

Так, вопрос Якимову. Ситуация печальна (следуют цифры – они и в самом деле кого угодно вгонят в уныние)… Что реально можно сделать, чтобы её улучшить?
Вот тут очень существенный момент: генерал-майору ГАИ задаётся прямой вопрос. Он сам-то понимает, ЧТО именно нужно делать, что бы исправить ситуацию?
Конкретике и точности формулировок Якимова позавидовал бы даже Черномырдин: нужны конкретные усилия… можно говорить довольно долго… реально это так… несовершенство инфраструктуры…

Но всё-таки главное – это человек (понимать так: водители во всём виноваты?)? – уточняет Познер. Да! – радостно отвечает Якимов. И дальше умело (нужно признать – действительно умело) сводит всё к тому, что во всех смертных грехах виноваты водители.

Познер демонстрирует «объективность»: да меня не это интересует, а вот что – как сделать так, что бы этот человек по другому себя вёл (как его, собаку, оштрафовать надо? Может просто посадить?)?

Вот это – великолепный приём Познера. Он, с подачи Якимова, как аксиому принимает установку, что виноваты ВОДИТЕЛИ, А НЕ КТО-ТО ИНОЙ. Вопрос о том, что в сложившейся ситуации может быть виновен кто-то помимо водителей, даже не обсуждается – он с ловкостью напёрсточника «прячется в рукав».
В разговор вмешивается Фёдоров. Он, как человек, занимавшийся долгие годы реальной работой, понимает, что нужно говорить.

Платить надо за безопасность. Мы прозевали «автомобильную революцию», инфраструктура совершенно не готова к такому количеству машин (это верно…). По нашим дорогам не проехать – вот мы и толкаем водителя на нарушение…
Познеру нужно не это. Дождавшись упоминания о Белоруссии, он встревает: так там водители просто БОЯТСЯ. Потому и не нарушают (следует отметить: когда нужно, Познер, как истинный либерал, возьмёт в союзники не то, что Лукашенко, но даже и самого дьявола)… Наказывать их надо сильнее!

Тему «слишком маленькие штрафы» самоотверженно поддерживает Яковлев. Для начала, согласившись, что «инфраструктура устарела» (он, правда, тут же отводит от себя угрозу: так ведь машин стало больше; за машины он не отвечает…), он всё равно сводит разговор к тому, что «штрафы слишком маленькие». В этот момент показывают трибуну с одинаковыми гаишниками. Они аплодируют тезису о «недостаточности штрафов» с таким неподдельным единодушием и воодушевлением, что им позавидовали бы депутаты партсъездов лет двадцать назад. Сразу видно – для них это больной вопрос.

Для «оживляжу» (надо же хоть что-то говорить) Познер затрагивает тему взяток. Однако говорит о ней так, что его собственная позиция остаётся непонятной. Ясно только одно: Познер считает, что чем больше штрафы – тем больше порядка на дорогах (как говорится, «узнаю птицу по полёту, а демократа – по кровожадности»).

Вопрос адвокату Ольшанскому: а как вы считаете – если увеличить штрафы – больше будет порядка на дорогах? Ведь не боятся же люди…

Нет – однозначно отвечает адвокат, это не выход.

Мысль у него, думается, правильная (мнение Группы Q: если необходимо сделать наказание строже – его нужно делать строже. Но ТОЛЬКО репрессивными мерами дорожную проблему не решить. Особенно – с такими «честными» инспекторами ГАИ…). Но вот аргументация… Тут и «объективность законодателей», и мнение Президента нашего, и бедность россиян (не все же могут платить большие штрафы!)…

Познеру это всё не нужно. Он перебивает Ольшанского (сообщив ему: «я вас перебью»… культурный человек!). У нас перед законом все равны (это утверждение способно вызвать у «дорогих россиян» только скептическую усмешку – явная ложь с телеэкранов давно уже воспринимается в нашей стране простым народом не как ложь, а как своеобразная «игра»). И меня не интересует, сколько зарабатывает учитель, выезжающий на встречную полосу и угрожая моей жизни.

Здесь Познер опять умело протаскивает мысль, что в беспорядке на дорогах виноваты не те, кто не развивает дорожную сеть, а сами водители.
В поддержку этой установки проводится голосование: если резко ужесточить наказание за нарушение ПДД – это приведёт к положительному результату?

Тут же в качестве «группы поддержки» влезает Яковлев: так не нарушай – тебя и штрафовать не будут! Ему, ради проезда которого в Питере перекрывали всё движение, виднее, как нужно ездить «не нарушая»…

За поддержкой Познер обращается к Расторгуеву: а ваше мнение?

Мнение у Расторгуева, после такой «артподготовки», правильное: во всём виновата недисциплинированность водителей. Чувствуется, что он понимает: не только в этом корень всех бед. Но, как человек вежливый и честный, он не хочет спорить с собравшимися в студии уважаемыми людьми. Похоже, что Познер всё-таки не ошибся в выборе «свежей головы». Она, эта «голова», если её правильно «дожать», говорит как раз то, что нужно ведущему…

Результаты закономерны: 93 % сотрудников ГАИ согласны с такой постановкой вопроса (то, что в рядах сотрудников ГАИ-ГИБДД есть 7 % разумных людей, откровенно радует: лучше 7, чем 0). И водители в количестве 59% процентов согласны… Начинают-таки понимать водители! – радуется Познер.

Тут Познер, «почивая на лаврах», допускает небольшую промашку. Он, пребывая в уверенности, что аргументами «смял» позицию Ольшанского, снисходительно его спрашивает: а вы не согласны (что, мол, против «обчества» пойдёте?).

Ольшанский, несмотря на скромную внешность, демонстрирует бойцовскую хватку – даром, что адвокат.

Нет, не согласен! И бьёт Познера (приводя пример с наказанием за квартирные кражи – от ужесточения этого наказания красть меньше не стали; а ведь с опером «договориться» неизмеримо сложнее, чем с гаишником) так, что тот, «пропустив» удар, переходит на личности (на Ольшанского): а почему вы, адвокат, равняете водителя и уголовника?

Познер, по свойственной ему манере, уже забыл, как пару минут назад равнял «учителя», «миллионера» и «убийцу». Равнял – и ничего, как будто так и надо. А тут, когда то же самое делает его оппонент, Познер взвивается. Демократия, ничего не скажешь…

Впрочем, тема для Познера «скользкая». Он понимает: адвокат привык к информационным дракам в суде. И у Ольшанского может хватить ума и профессионализма ткнуть в нос ведущему его же аргументацию (о которой мы писали выше). Чтобы этого не случилось, Познер очень торопливо переводит разговор на просмотр телесюжета.

Весь сюжет сделан, по «случайному совпадению» так, что бы полностью подтвердить правоту позиции ведущего: во всём (или почти во всём) виноваты сами водители.
Для объективности, правда, Познер организует сюжет так, что бы звучала «критика» в адрес ДПС (если хаять только водителей, это вызовет неприятие у аудитории – а именно её, в конечном итоге, и обрабатывает Познер). Но «критиков» только двое: девушка, которая показана первой (эффект от её появления в сюжете будет нивелирован вторым «критиком») и молодой вертлявый человек, говорящий вещи близкие каждому водителю («про поборы»), но своим видом вызывающий неуловимую неприязнь. Что и говорить – Познер дело своё знает…

А далее – опять: штрафы маленькие, распустили народ…

Было, впрочем, одно умнейшее замечание. Водитель в возрасте сказал про то, что нужно делать многоярусные развязки – «как в Японии». Психологическая и социально-политическая основа этого высказывания объяснена в статье «Выводы». Здесь отметим: этот момент попал в сюжет по невнимательности тех, кто сюжет монтировал. И это очень показательно.

То, что Познер говорит сразу после сюжета (что машин у нас всё-таки меньше, а смертей и бардака на дорогах всё-таки больше, чем в Европе и США и что нечего, мол, на количество машин всё сваливать), призваны, по его мнению, убедить людей в том, что они сами виноваты (а не те, кто не развивает инфраструктуру, позволяя на необходимые для этого средства покупать английские футбольные клубы и замки в Европе).

Но, вместе с тем,он парадоксальным образом подтверждает обратное: машин хоть и меньше, чем «в европах», но и дороги несравнимо хуже. Поэтому чтобы просто доехать, необходимо нарушать правила. А вся наша родная демократическая система, когда законы и порядки нарушают ВСЕ поголовно, сама толкает людей на нарушения. Что требовать от простых граждан, если верховная власть ведёт себя так, словно для неё законов вообще не существует (собственно, так оно и есть…)?

После рекламы Познер проводит «круговой опрос» — кто что хочет сказать.

Якимов: я, как живой участник законотворческого процесса, скажу: надо ужесточать наказания за нарушения (отметим: ничего больше он не предлагает; ему, похоже, и в голову не приходит, что могут быть какие-либо иные пути решения этой серьёзнейшей проблемы… только «держать и не пущать»).

Фёдоров: не надо просто штрафовать! Это не гуманно! Надо ещё и автогражданку ввести в действие! Вот тогда и заживём! (отметим: Якимов ратует за «штрафы», которые явно пойдут на пользу его подчинённым. Но Федоров уже ушёл из системы и ему откровенно плевать, сколько денег себе положат в карман рядовые инспектора. Его теперь «беспокоит» автогражданка. Абсолютно бескорыстно, надо полагать…).

Вопрос Яковлеву: доколе? Когда станет легче нам жить на дорогах?

Яковлев как всегда говорит только по существу: я хочу прежде всего поблагодарить вас, за то, что вы… Нужно повышать сознательность водителей… Пусть заклинания твердят… Даже если мы хоть одну жизнь на дорогах сохраним – можно считать, что мы не даром (получаем свои зарплаты, машины, загранпоездки, деньги на зарубежных банковских счетах и т. п.)… И нам всем нужно… И ГАИшники должны… И Комиссия начала работу… И руководители Мордовии и Челябинска…

В общем, на вопрос «когда ситуация на дорогах России улучшится?» Владимир Александрович ответил в своей традиционной манере – как всегда чётко и конкретно.

Вопрос Ольшанскому: не кажется ли вам, что в данном случае забота о людях, о столь дорогих нам с вами россиянах, заключается в ужесточении наказаний? А не наоборот?

Ольшанский (молодец мужик, хоть и не сказал всего того, что нужно было бы сказать) твёрдо стоит на своей позиции. Да ничего подобного! Репрессиями вы не добьётесь порядка! «Больше всего карманных краж совершалось на лобном месте, когда отрезали руку (наказание за воровство в средние века)». И вообще…

Познер его перебивает просто бесцеремонно, нагло затыкая рот: ты чо, меня с вором равняешь!? Да ты на кого батон крошишь, адвокатишка!?!? Показательно, как с детской радостью аплодируют в этот момент Познеру гаишники – им объяснение, что увеличение штрафов не приведёт к порядку на дорогах, как ножом по сердцу. Как это – «не увеличивать штрафы»!? Это же наши живые деньги!

Ольшанский борется за свою точку зрения до последнего, сразу видно – школа. Но та же школа подсказывает ему: здесь судья – Познер. А с судьёй, как известно, не спорят. Поэтому он, видя такой настрой «уважаемого судьи», замолкает – плетью обуха не перешибёшь. Познер, похоже, учитывает этот момент…

Познер напоследок разыгрывает демократизм и сопереживание малоимущим соотечественникам. Когда Расторгуев говорит, что «дешёвый хлам более опасен, чем дорогой и мощный автомобиль», Познер с трагическим выражением лица, скорбно склонив голову, «одёргивает» певца: но ведь не все могут себе позволить такой… В данном случае он старается «подлизаться» к небогатой аудитории: вот, смотрите, как я вам сопереживаю (хоть и хочу, что бы с вас драли три шкуры всеми возможными методами…). Простой и очень эффективный приём завоёвывать зрительскую популярность.

Заключение.

Стандартный приём манипуляции. Познер демонстрирует свою «неподкупную смелость», тонко издеваясь над Генеральной Прокуратурой. По всей видимости, он твёрдо знает: сейчас так шутить над ней можно (на то оно и телевидение). Вот он и наносит по ней для Прокуратуры не опасные, но повышающие ему его личный рейтинг и рейтинг передачи, удары. Закон нельзя нарушать, прокуратура должна быть святее папы римского – всё это Познер читает, цитируя то, что ему прислала сама Генпрокуратура. Удачный и эффектный Ход. В заключительной части своей передачи Познер как бы говорит зрителям: вот, смотрите, у нас сейчас всё-таки есть демократия! И она действует! Так что вы не думайте, что в нашей стране всё давным-давно куплено-перекуплено и схвачено-перехвачено! Мы ж для того и разрушали великую страну, что бы я сейчас с экрана мог болтать такие вещи (то, что людям в массе своей интересны не «такие вещи», «вещи» более прозаические – например безопасность, уверенность в завтрашнем дне или тепло в квартирах зимой – Познер, как правило, обходит стороной. Ему не за это платят).

Передача заканчивается на радостной, жизнеутверждающей ноте: демократия живёт и развивается! Главное – не задаваться вопросом: а какой ценой?..

0.10299491882324